«Это» – есть интерес к анализу картин и синтезу из этого анализа. Мне кажется, что способом «делай, как я» можно научить этому не умеющих, но желающих уметь. Чем больше примеров, тем больше шанс, что это прочтут, ну и т.д. Я сам так научился. Завёл коллекцию художественных ценностей в виде тетрадки с такими столбцами: «Зачем?», «Пример», «Где», «Ответ с точки зрения, что образует единство произведения», «Где списал». На середине тетрадки, - это значит, что через несколько лет (анализов катастрофически мало пишут) мне пришлось добавить шариковую ручку нефиолетового цвета – чтоб записывать то, до чего я додумался сам. Из этого получились вскоре самостоятельные статьи.
Кстати, так я научился открывать скрытый смысл произведений прикладного искусства: ЧЕМ выражено ЧТО. (Образ иногда ж трудно расшифровать.) А вскоре я наткнулся на «Психологию искусства» Выготского, и понял, что вся моя коллекция – это о произведениях второго сорта, сделанных из головы, не так, как произведения неприкладного искусства, сделанные, так сказать, и подсознательного идеала, не данного сознанию.
(До такой резкости определений я докатился недавно, от злости, что проходят десятилетия за десятилетиями, а у искусствоведов молчаливый заговор молчания: будто этой книги на свете не существует) Это при том, что чуть не каждый встречавшийся мне живой художник стихийно вёл себя так, словно он её читал, тогда как не читал. Это просто объективный закон. И только искусствоведы…
Вот Кира Долинина, историк искусства, потому является для меня почти бесконечным источником вдохновения. Во-первых, она, как историк, не обязана делать анализы и синтезы. Во-вторых, как нормальный человек, она то и дело доходит до верного синтеза без анализа. И за этим интересно следить. А иногда и мелко укусить.
Вот, например, о Кустодиеве:
«Море портретов, начинающих выставку, показывает в нем верного ученика репинско-крамсковской школы передвижнического психологического портрета… портреты крепко сделаны, но малоиндивидуальны… Так, некоторые его портреты – почти Серов, а другие легко могут быть приписаны столь же верным ученикам этой же школы Сомову и Баксту» (http://loveread.me/read_book.php?id=100990&p=55).
Вот малоиндивидуальность под Сомова.
Кстати, опровергает неверную мысль понимать слово «малоиндивидуальны» относящимся к чертам лица. Уж куда как оригинален сам по себе Ремизов. И права Долинина насчёт «психологического портрета». Ремизов же богомил. За дуализм сотворения мира – с участием Сатанаила. Это ж часть в цепи для формулы символизма (как в пословице): не согрешишь – не покаешься, не покаешься – не спасёшься. Это ж экстремизм. По фотографии это почти не видно, а Кустодиев – выявил всем на обозрение секрет души писателя.
Кстати, привелось прочесть доказательство, что у Николая IIбыл плохой художественный вкус:
«Ремизов вспоминал, что как-то Николай II спросил Кустодиева, кого он еще лепил, и тот ответил: писателя Ремизова. Последовала, в изложении Ремизова, реплика: «“А! Знаю, декадент!” — и он досадливо махнул рукой, что означало — “и охота тратить время на такое”. И вдруг оживился: “Постойте!” — и вышел… вернулся… раскрыл книгу — “вот это настоящее!” — сказал он и начал читать. И читал превосходно. А это был рассказ Тэффи»» (https://biography.wikireading.ru/164826).
В этом сложном (ремизовском) символизме есть в тексте в качестве момента дуализм в сотворении мира. А что такое декадент? Это принявший как должное равенство Добра и Зла. – Ах, это есть в тексте? Значит, автор – декадент! – Ну полная безвкусица. А царь.
Но есть у Долининой и та правота, что это – под Сомова – стиль, стиль модерн.
Что тот такое? – Ницшеанство философского уровня. То есть подсознательный (у Сомова) идеал метафизического иномирия, куда бежать из Этого скучного-прескучного мира. – Какая странность на это указывает? – Обычное для стиля модерн: столкновение живого и мёртвого (результат столкновением – катарсис: иномирие). Здесь живое – наведенное жирно, а мёртвое – тонко.
Кустодиеву было, конечно, душепротивна суть этого стиля. Но. Он дал себе задание его изобразить – и изобразил. Через не хочу. Или, может, не понимая всей глубины Сомова.
3 января 2024 г.