Навигация по каналу "Вечера у камина"
Эту историю рассказал мне один знакомый. А может, я услышала её от старушек, что сидят на лавочке у подъезда. А может, она приснилась мне, как добрая, наполненная надеждой сказка. Не знаю, вам судить, сказка это или быль, а может, мечта…
Словом, читайте и решайте сами.
Жизнь устроена так, что дети, вырастая, покидают родительский дом, чтобы строить свою собственную жизнь, идти своей дорогой. А родители… Родители продолжают жить, зачастую одиноко, в ожидании весточки от повзрослевших детей. Сколько в наших деревнях доживающих в одиночестве свой век пожилых мам и пап, стареньких бабушек и дедушек, коротающих время в ожидании чуда, что приедут в гости дети или внуки. А зачастую эти старики совсем одиноки и чуда им ждать неоткуда, и тогда… Тогда что? Одинокая старость в ожидании неизбежного…
Этот рассказ - смесь правды и вымысла. А может, надежды. Надежды, что чудеса всё же случаются. И такое чудо может объединить судьбы нескольких людей и позволить им не доживать, одиноко коротая свои дни, а жить. Жить, зная, что они кому-то нужны.
Деревня Надеждино была самой обычной деревней в русской глубинке. Ничем выдающимся отмечена она не была. Когда-то шумная и многолюдная, деревня постепенно вымирала. Из былой сотни дворов, что располагались на косогоре, осталось домов десять жилых. По лету ещё с десяток домов оживали за счет дачников. Тихо и незаметно исчезали некогда крепкие деревенские подворья, оставшиеся без хозяев. Некоторые брошенные дома съел огонь пожаров, какие-то разобрали «добрые люди» на дрова и стройматериалы. От школы, магазина, колхозной конторы остались только бетонные коробки, изрядно заросшие кустарником, сорной травой да молодым подлеском. Словом, обычная такая деревенька, коих на просторах русской равнины множество. Она тихо доживала свой век и не умирала пока потому, что оставались в ней люди, прикипевшие к своей малой родине душой и не желавшие покидать свои дома и уезжать из родной деревни, а кому-то и некуда было ехать…
История 1. Елена Егоровна
В конце деревни, особняком от других, стоял добротный большой дом. Он отличался от многих, вековой постройки домов, своей молодостью. При взгляде на него было понятно, что дому не так и много лет. На высоком фундаменте под синей железной крышей, он гордо смотрел глазами-окнами на речку, что петляла в низине, на густой лес, что вплотную подступал к Надеждино, захватывая некогда обширные колхозные поля.
Дом был обнесён невысоким крепким деревянным забором, за которым виднелись сараи, двор, баня. А также невидаль для деревенского дома - большая терраса у входа.
На этой самой террасе за круглым, накрытым белоснежной скатертью столом, сидела женщина лет шестидесяти пяти и средних лет мужчина.
— Мам, послушай меня. Уже конец августа, скоро зима. Дороги опять заметёт, не выбраться из деревни будет. Я не могу часто к тебе приезжать. Опять одна зимовать будешь, печку топить, дрова таскать. Да и с хозяйством пора завязывать. Ты не молодеешь, зачем тебе куры, поросята? Пока вы с отцом вдвоём жили - одно дело. Но ведь отца пять лет, как не стало. Хватит тебе одной здесь куковать, поехали в город. Квартира у нас большая, Полина не против, что ты с нами жить будешь.
Женщина, чуть наклонив голову, казалось, внимательно слушала сына, но, на самом деле, мысли её были сейчас далеко. Она смотрела на приближающееся к краю неба солнце и вспоминала свою жизнь. Как она молоденькой девчонкой приехала работать в эту деревню фельдшером. Как познакомилась на танцах в клубе с будущим мужем. Как, вопреки воле родителей, вышла замуж и осталась в Надеждино. Вспоминала своих мальчишек-погодков, как ждала и мечтала о дочке, но трижды не суждено было этим мечтам сбыться. Вспоминала она своего мужа и то, что ни разу не пожалела, что пошла против мнения родителей, став деревенской. Как дружно они жили, работали, растили сыновей. Как сидели они одной летней ночью на пепелище. И как её муж, её Ваня, обнимая её за плечи, говорил:
— Ничего, родная, главное - сами живы. А дом новый построим. Большой, чтобы и нам с тобой, и сыновьям с семьями места хватало. А ещё перед домом террасу сделаем, как ты мечтала. И будем сидеть на ней вечерами, пить чай да на закат смотреть.
Она, тихонько всхлипывая и согласно кивая головой, добавила:
— И пусть крыша у нас синяя на доме будет.
— Почему синяя? — удивился Иван.
— А чтобы не как у всех, и чтобы дом издалека виден был.
Иван улыбнулся:
— Синяя, так синяя. Вот мальчишки приедут на каникулы, и начнем дом строить.
И ведь построили. И с террасой, и с синей крышей. Сыновья помогали, да и соседи не бросили погорельцев в беде. Так уж заведено в деревнях было: строительство дома - дело серьёзное. И не помочь в этом деле, значит, себя не уважать. За три года встал дом-красавец на месте пепелища с террасой, синей железной крышей, с резными наличниками. Сколько сил они с Иваном положили на строительство, никому не известно. Сыновья помогали дом строить, а потом сараи, баню крепкую. Жили они тогда с Иваном в уцелевшей старенькой баньке. И мечтали, что в новом доме будет всегда много народа жить и всем места хватит, с запасом ведь строились. Да только не суждено было этому сбыться. Сыновья выучились, женились и разлетелись по большой стране. Старший сын ближе всех жил, в областном центре за сто километров от Надеждино. Та стройка подкосила Ивана, и пять лет назад осталась она одна в большом доме. Раз в год приезжали на недельку младшие сыновья, да раз в месяц старший заезжал мать проведать. Звали сыновья к себе её жить, все звали, особенно старший. И вроде одиноко ей частенько бывало, но как оставить дом, который они с Иваном не просто выстроили, но и выстрадали? Как бросить дворового пса Шарика, что нашел Иван щенком в лесу? Кому отдать одноглазого бандита Ваську, да и остальную живность, что хрюкает и кудахчет во дворе? А в городе… Она за столько лет уж и забыла, как это - в городе жить, давно уже деревенской стала.
— Мам, ты меня слушаешь?
— Слушаю, сынок, слушаю.
— Ну, и что ответишь? Поедешь в город со мной?
Женщина помолчала, посмотрела на сына:
— Сынок, всё, что ты говоришь, я понимаю. Но не могу я бросить этот дом. Силы у меня пока есть, буду здесь жить. Что я в городе делать буду? На скамейке у подъезда сидеть? А тут нужна я людям, сам знаешь, вся медицина у нас в деревне - это я. Да и, опять-таки, хозяйство у меня. Не сердись, сынок, — женщина с виноватой улыбкой посмотрела на сына.
Мужчина покачал головой.
— Мама, мама… — он вздохнул. — Я буду приезжать раз в месяц, но если ты передумаешь или я увижу, что тебе совсем тяжко тут, то сразу заберу в город. Договорились?
Женщина засмеялась.
— Как же ты меня заберешь, силой, что ли?
Мужчина улыбнулся.
— А что, может, и силой. И сдам тебя тогда в стардом, чтобы под присмотром была и не сбежала в деревню.
— Так прямо и в стардом сразу?
— А что? Зато не одна будешь там, всё веселее.
Женщина махнула рукой, не в силах что-либо сказать сквозь смех. Мужчина тоже рассмеялся своим словам и обнял мать.
***
***
январь 2024 г
автор: Светлана Буланова
Большое спасибо, что дочитали до конца) Если не сложно, поставьте лайк, если публикация понравилась) Буду очень признательна за лайки, комментарии и конструктивную критику)