В инее синем застыли мосты – спят, подморозив горбатые спины; и не заменят цветные витрины двум одиноким сердцам теплоты... Запах кофейный и сладкий бисквит, сакса плывущее пьяное соло... где-то, в холодном безумье, дрожит кем-то потерянный солнечный всполох... Бъётся над городом белая рать: снежным покровом повержены крыши; сонно под утро прикрою тетрадь: Ангел уснул... и во сне он не пишет.
В инее синем застыли мосты –
спят,
подморозив горбатые спины;
и не заменят цветные витрины
двум одиноким сердцам теплоты...
Запах кофейный и сладкий бисквит,
сакса плывущее пьяное соло...
где-то,
в холодном безумье, дрожит
кем-то потерянный
солнечный всполох...
Бъётся над городом белая рать:
снежным покровом повержены крыши;
сонно под утро прикрою тетрадь:
Ангел уснул...
и во сне он не пишет.