«— Чего они от нас хотят? — вздохнула Вэра Лёвенхаупт. — Что они на нас лезут? Почему не оставят нас в покое, не дадут жить и работать? Чего они хотят, эти нильфгаардцы?
— Нашей крови! — рявкнул комес Вилиберт.
— Нашей земли! — взвыл кто–то из толпы кметов.
— Наших баб! — подхватил Шелдон Скаггс, грозно вылупив глаза».
…
«Ведьмак. Некоторыми ведьмином прозываемый. Вызывать его оченно опасно; токмо тогда надобно, когда супротив чудищев и поганцев разных ничего поделать уже не можно, ведьмак справится. Однако ж следить надыть, чтобы к ведьмаку не прикасаться, ибо от оного запаршиветь можно. И девок от него прятать, потому ведьмак охоч до них сверх меры».
А. Сапковский, цикл романов о Ведьмаке.
Судя по иллюстрациям в американских дешёвых фантастических журналах времён расцвета этого жанра, самые разнообразные инопланетные (а также подземные, подводные, иновременные и т.д.) монстры самой желанной добычей считают человеческих самок. Над этим штампом задолго до Сапковского стебались американские классики, например Гарри Гаррисон в «Билле — герое Галактики»:
«Билл воткнул бритву рядом с надписью: «НЕУЖЕЛИ ТЫ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ ТВОЯ СЕСТРА СТАЛА ЖЕНОЙ ЧИНДЖЕРА?» — и посмотрел на свое отражение в центре буквы «О» в слове «ЖЕНОЙ». Обведенные черными кругами, налитые кровью глаза глядели на него из зеркала, пока он водил жужжащей бритвой под подбородком. Понадобилось какое-то время, чтобы смысл вопроса дошел до рассудка, помутившегося от измождения.
— Нет у меня никакой сестры, — пробурчал он, — а если бы и была, то какого черта ей выходить замуж за ящерицу?
Вопрос был чисто риторическим, но на него неожиданно последовал ответ с последнего стульчака во втором ряду:
— Не надо понимать так буквально. Задача лозунга — возбудить в нас непримиримую ненависть к подлому врагу».
С той же целью героям романа Джо Холдемана во время «психологической накачки» перед высадкой на вражеской планете крутят ролик, в котором инопланетяне зверски насилуют человеческих женщин. Притом, что инопланетяне данного биологического вида на это чисто физически неспособны. Что, однако, не мешает приведению солдат таким зрелищем в должный градус боевой ярости. Любопытно, если бы в солдаты Земной Империи в каком-нибудь фантастическом будущем по каким-либо соображениям набирали женщин, что бы им показывали в аналогичных целях? Гнусных инопланетянок, коварно соблазняющих их ухажёров, или же такое же разнузданное насилие, только применительно к людям мужского пола?
Симпатичные инопланетянки в фантастике также периодически появлялись. Но они при этом были куда менее разнообразны. Точнее говоря, выглядели либо копиями землянок, либо, по крайней мере, имели ярко выраженные вторичные половые признаки. Совсем отвратных щупальцасто-педипальповых тварей женского пола художники-иллюстраторы практически не рисовали. Что вполне понятно, ведь потребляли такое чтиво обычно подростки мужского пола, а значит, нужно было угождать их вкусам. Ведь и сейчас на обложке дамского фэнтези кавалер, будь он хоть драконом, хоть чёртом, имеет при этом весьма гламурную, но ни в коем случае не отвратительную внешность.
Обычно писатели-фантасты, которых иллюстрировали таким образом (равно как и современные писательницы жанра «романтическое фэнтези») на вопрос о том, с какой стати существо иного биологического вида вдруг воспылает страстью к человеку, какого бы пола этот человек ни был, ответа не дают. А вот влюбилось и всё! Скажите, много вы знаете людей, влюблённых в таракана? Ну ладно, если ограничиться млекопитающими, в тюленя или носорога? Однако в фантастике и фэнтези подобные девиации — обычное дело. Почему так?
На самом деле это весьма древний сюжет, идущий прямиком из сказок и мифов. Там постоянно всякие феи похищают красивых юношей, а драконы — девушек. Не отстают от них и боги с богинями, которые, судя по их возможностям, находятся на столь высоком уровне развития, что разница между ними и людьми сопоставима разве что с разницей между человеком и инфузорией. Однако архетипу (а столь живучий и распространённый сюжет не может быть ничем иным) это без разницы. Но откуда этот архетип взялся и зачем он нужен, с точки зрения биологии?
В древности люди из другого племени, даже живущего поблизости, воспринимались как не совсем люди. А уж чужаки, которые даже выглядят иначе (рыжие, слишком смуглые или наоборот, слишком светлые, и т.д.) и вовсе воспринимались как существа из иного мира. Пришельцы из мира духов, заведомые нелюди, или наоборот, божественные существа. Именно так аборигены Америки восприняли первых приплывших к ним европейцев. И, судя по найденным у современных людей генам неандертальцев и денисовцев, внешние и культурные отличия ничуть не мешали кроманьонцам скрещиваться со странными незнакомыми существами.
Было ли это биологически оправдано? Да. Чем человекоподобное существо страннее выглядит, тем сильнее его генетическое отличие от местных. А значит, тем меньше шанс близкородственного скрещивания. И тем выше шанс получить какие-нибудь полезные гены, которых заведомо нет в местной популяции. Любовь к чужакам противоположного пола, таким образом, способствовала эволюции нашего вида. Но следствием этого был тот факт, что для мужчин нашего племени любой чужак становился заведомым соперником в борьбе за внимание молодых самок. И, судя по распространённости сюжета «инопланетные монстры похищают земных красоток», в этом отношении человеческая психология с глубокой древности абсолютно не изменилась.