Рубрика "Заметка из жизни"
В этот праздник мы с женой окончательно признались себе и друг другу, что не любим икру. Причем ни в каком виде: ни в рыбном, ни в кабачковом. Несколько лососей и кабачков могут спать спокойно.
А тут обнаружилось, что в холодильнике есть и та и другая, причем у обеих подходит срок годности к концу. Вообще, задняя стенка холодильника — уникальная территория. Сколько всего там можно обнаружить, если отодвинуть кастрюлю и упаковку сосисок. И подаренный кем-то соус ткемали, и одну-единственную банку тушенки, закупленную в порыве истерии времен буйства ковида. Иногда кажется, что если хорошенько присмотреться и подвигать всякое, то получится отыскать фрагменты мамонтов или скисшее молоко, на котором собирались испечь блины еще в 1857 году.
Да, вот такие мы лентяи, редко проводим инвентаризацию холодоса. Но рассказ не о нём. Рассказ про икру, что было жалко выбрасывать, а есть не хотелось. Предлагать её соседям казалось странным, и я решил, что будет логичнее всего отдать банку бомжам. Только где вот их взять — бомжей-то?
Подошел с этим вопросом к человеку, чей авторитет не вызывает у меня сомнения — к жене, разумеется.
— Ты же на работу с утра до остановки ходишь?
— Хожу.
— Знаешь, где бомжей можно найти?
— Знаю.
Честно говоря, я не такой ответ ожидал услышать. Особенно не с таким невозмутимым лицом. По наводке жены я узнал, что бомжи тусуются на теплотрассе близ стадиона. А еще то, что они вежливые и со всеми здороваются.
Ну, думаю, надо идти, да и отличный повод провести инвентаризацию. Достал свою книгу учета продуктов, сдул вековую пыль и начал собирать. В общей сложности набрался целый пакет всякого. Холодильник впервые показался мне большим. Как быстро летит время, всё меняется. Подумать только, еще вчера я не знал, как разместить в нём сотейник гречки, а сегодня хоть два ставь.
Выйдя на улицу, я уверенным шагом поспешил к стадиону. На улице дубак — минус 25. Как назло, бомжей на месте не оказалось. Может, мигрировали в теплые страны, а может — на другие трубы, как знать. Пошел по району. Не обратно же всё нести, не могу я так с холодильником подло поступать. Он, можно сказать, только жить начал, избавился от тяготившего его душу груза.
Дошел до гаражей, до пруда, но нигде никого не нашел. «Как же трудно в наше время найти бомжа», — подумалось мне то ли с радостью, то ли с грустью. Позвонил знакомому, спросил, не знает ли он, где нынче гнездятся эти товарищи. Тот предложил прочесать остановки вдоль трассы. Делать нечего, пошел. Солнышко яркое и бестолковое: руки мерзнут, нос течёт.
До трассы оставалось с полкилометра, когда я увидел его: мужичка с огромной сумкой, в перчатках, тянущегося за алюминиевой банкой, что пряталась под контейнером для специального мусора.
Осторожно, чтобы не спугнуть, я обошел его с фланга и обратился:
— С новым годом, у меня тут всякое, может, глянете, вдруг чего пригодится?
Человек сначала реально испугался, решил, видимо, что я к нему с мечом, а я с икрой. Показал ему перерасход учета продуктов, в ответ получил вопрос:
— А это как?
— Ну вот так. Брать будете? Не пригодится — выбросите или отдадите кому.
— А я вам что-то должен? — он всё еще не спешил брать пакет.
— Нет. И не переживайте, там ничего не вскрыто, хранилось в холодильнике.
— А ты чего, добрые дела, что ли, делаешь? — расплылся он в улыбке.
— Да ну, какие добрые дела. Я же ничего не покупал, да и тут половину скоро уже надо будет выбрасывать, — в этот момент даже как-то неудобно стало.
— Не надо ничего выбрасывать!
Наконец пакет был передан. Миссия завершилась успехом. Ну, о благодарностях я писать ничего не буду. Конечно, ему приятно было, а я тут задумался и пожалел, что пожадничал. Надо было еще полку с соленьями освободить и тоже передать. У нас там и грибы, которые нам бабушка тоннами ссылает, а мы способны съесть только ложку и отложить к дальней стенке холодильника, и хренодер, и еще какие-то литровые, трехлитровые сокровища, что так и не нашли отклика ни в моём желудке, ни в желудке супруги. Мы только огурцам верны. Их можно присылать нам бочками.
Морали тут нет, это была взаимовыгодная сделка, а еще я немного размялся и подышал свежим воздухом, а пока возвращался обратно, мне пришло оповещение, что мой заказ на «Озон» доставлен. Мы там три банки вьетнамского соуса заказали. Вот так и происходит обмен банок в природе, наверное.
Александр Райн