Старый Тотти пропал на закате четвёртого дня.
Не оставил большого наследства. Другого не ждали. Кипа мёртвых счетов, пара жёлтых плетёных сандалий, кружка с надписью "Босс" и блестящая пряжка ремня.
Тотти жил бирюком. Позволял себе виски со льдом. За квартиру исправно платил, и на этом спасибо. Но под вечер спускался по лестнице, кашляя сипло. Вероятно, дыхание Тотти давалось с трудом. Шёл по городу Тотти, минуя китайский квартал. Отраженные в лужах огни прилипали к подошвам. Тосковали дома, безнадёжно застрявшие в прошлом.
Тотти нравился Город, поэтому Тотти взлетал. Это было забавное зрелище. Скинув пальто, он сутулился, что-то насвистывал, шлёпал губами. В близоруких глазах появлялось нездешнее пламя. Настоящее пламя. Обидно — не видел никто.
Одинокая Дженни исчезла гораздо поздней.
Спохватились не сразу. Могли бы вообще не хватиться. Да в конце-то концов, не такая уж важная птица. Говорили, что странность друзья замечали за ней. Одинокая Дженни к себе не водила гостей, по ночам выходила во двор. Огибая ограду, изучала ботинками море бензиновых радуг, покупала кофейное счастье любых крепостей. Дженни шла мимо ярких витрин до восьмого угла, оставляя довольно отчётливый запах сандала.
Дженни помнила Город, поэтому Дженни взлетала, потому что умела летать, потому что могла. Это было весёлое действо, практически торг с притяжением. Дженни нелепо махала руками. Саламандра лежала на камне, и плавился камень. Очень жалко, что зрители спали. Полнейший восторг.
И безадресно падали звёзды в кирпичный провал, и луна серебрила перила усталых балконов. Древний Город готовился к празднику. Ждали драконов, без которых бы Огненный Город не существовал.
Стих: Наталья Захарцева (Резная Свирель)
Арт от ИИ MIDJOURNEY