По снежным улицам засыпающего города не спеша брела Снегурочка с Дедом Морозом на плече. Она была рослой, широкоплечей, в короткой голубой шубке и в шапочке, украшенной пластмассовыми снежинками. Толстая русая коса с ярко-синим бантом доставала до пояса. Мужественное лицо с лёгким румянцем светилось, карие глаза сияли.
Дед Мороз застонал.
– Опусти меня, – слабым голосом прошептал он.
Ростом он оказался меньше Снегурочки. Щуплый, узкоплечий. Борода сдвинулась на сторону вместе с усами, обросшими изморозью. Красный халат поверх пальто был ему великоват, шапка постоянно надвигалась на лоб. Образ завершал посох. Он возвышался на полтора метра над Дедом.
– Давайте посидим? – Снегурочка присела на скамейку, старичок примостился рядом и устало закрыл глаза, вдыхая вкусный морозный воздух и оживая на глазах.
Рядом с ними остановилась обшарпанная машина, трясясь от непонятной музыки. Из неё выскочила живописная группа, за рулём остался только олень.
– Дед Мороз! Дед Мороз! Борода из ваты! – хором закричали пьяные кролик, лиса и зверёк неизвестной породы.
Измученный праздником пенсионер встал, поправил бороду:
– Здравствуйте, зверята!
– Выпьешь с нами? – к нему потянулись руки со стаканчиками.
– Пить вредно! – неожиданно строго ответил Мороз. – Рассказывайте стихи, подарки буду дарить!
Звери выпили сами.
– Мы стихи все забыли! Лучше споём!
Они вразнобой завыли что-то иностранное, медленное, тошнотное.
– Вот вам по конфетке, ребята! Молодцы! – грустный пожилой Дед сел на лавку.
– А может, Снегурочка станцует?- загыгали зверушки.
– С удовольствием! – она встала, сгруппировалась и с криком “Киай!” подпрыгнула, выбросив длинные ноги вперёд.
Звери кинулись к своей машине, олень никак не мог завести её. Нервничал. И было с чего: Снегурочка крутилась на месте, подскакивая и что-то гортанно крича, выбрасывала то руку, то ногу вперёд. Видно, у неё за плечами был не только Дед, но и прошлое в секции киокушинкай, по-простому – каратэ.
Кролик выскочил и стал толкать машину, она, наконец-то, сдвинулась с места, обдав несчастное животное облаком чёрного дыма. Ушастый, кашляя и чихая, еле успел впрыгнуть в допотопный транспорт.
– Придурки! – в открытое окно крикнул несуразный зверёк в очках и в шапочке без ушей…
Снегурка, согревшись, успокоилась.
– Сэнсей! Вы отдохнули? Шесть утра. Двинем?
– Пошли, сэмпай. Удивляюсь, как я согласился всех наших на дому поздравлять.
– А мне понравилось. В следующий раз Морозом буду я, ладно?
Он взвалил Деда на плечо и, весело напевая, широким размашистым шагом прошёл метров десять. Улыбнулся, подпрыгнул: “Киай!” И получил посохом по спине.