В первую неделю после пережитого ужаса я даже не думала, что когда-нибудь буду чувствовать себя иначе.
Я одновременно испытывала шок, боль, страх и необычайную ярость.
Но в глубине души я верила, что через неделю мне хоть немного станет легче.
Однако этого почему-то не случилось - даже через два месяца. Шок прошел, но осталась глубокая печаль.
Это состояние не только не проходит, а, напротив, усиливается, когда сталкиваешься со все новыми и новыми трагическими историями.
Тревога отступила, но возникло сильное беспокойство за наших солдат и заложников в Газе.
Нарастает злость, когда наблюдаешь за бесчувственностью, глупостью, а порой и откровенной подлостью наших руководителей.
Если в первые недели было чувство единения и сплоченности, то в последнее время проявления агрессии снова стали заметны на улицах и в соцсетях – даже в том, что касается вопроса возвращения заложников.
Это приводит к отчаянию, парализующему волю.
Подобные ощущения испытывают многие израильтяне. Нам очень тяжело.