Жена сидела за рулем, крепко ругалась. Я и сам не понял, как мы оказались в этих дебрях. Вроде ехали по навигатору, казалось, что все нормально. А потом стена леса с одной и с другой стороны выросла. В конце концов Оля ударила по тормозам. Она приостановила машину, но наотрез отказалась выходить.
- Ага, я тут выйду, а меня какая-нибудь лисица за ногу укусит? Ты видишь здесь где-нибудь медицинский пункт? Вот и я не вижу, рисковать не буду. - Отрезала Оля.
Я ее слушать не стал, надо было выдохнуть и размяться. Вышел из машины, прошелся вдоль дороги.
- Не помню, чтобы лес был. - Сказал я.
Прекрасно знал, что из-за меня заблудились. Кулаком в грудь себя бил, что и так все знаю без навигатора. Я по этой дороге не ездил лет 10, что я, не вспомню что ли?! Как оказалось, не вспомнил. Не было тут никакого леса! Значит свернул куда-то не туда, а теперь еще и неизвестно где находимся.
- Ни связи, ни интернета! - Сказала жена.
Она держалась изо всех сил, хотя я видел, что она едва не плачет. Отчаяние, которое буквально сквозило в ее голосе, заставляло меня еще больше чувствовать себя виноватым. Оля вообще не хотела ехать, как чувствовала, что я опять перепутаю дорогу.
Сколько я мысленно не проходился по дороге, никак не мог вспомнить, где мы свернули не туда. Навигатор постоянно вис, а по бумажной карте дорогу через лес я найти так и не смог.
- И что мы делать будем? Назад поедем? - Спросила она. - Мы уже часа четыре едем по этой дороге, она бесконечная!
Я и сам так подумал. Побоялся сказать Оле, потому что знал, что она перепугается. Деревья все были одинаковые, дорога идеально ровная и... одинаковая. Мне даже показалось, что этот пенек мы проезжали несколько раз уже. Как будто мы застряли что ли...
- Вадик, ну зачем я с тобой поехала?! - Чуть ли не сквозь слезы процедила Оля.
- Да ладно, ну застряли мы немного. Просто свернули не туда, давай все-таки назад поедем? Выедем обратно, поедем домой. В другой раз на моей малой родине погостим. - Отмахнулся я, чтобы немного ее успокоить. Теперь мы сидели рядом снова.
Оля вдруг замерла. Остекленевшие глаза смотрели куда-то вдаль. Когда я повернул голову и увидел то, на что она смотрела, то и сам замер. Среди частокола темных деревьев была лишь тьма. Не виднелись другие деревья, веточки, кустарники. Только тьма.
И вот среди этой тьмы проступила сначала голова, а затем туловище. Я узнал, что это очертание лося. Но... Я никогда в жизни не видел таких крупных лосей. Вся его шерсть отливала красным светом, глаза светились алым огнем. Мне показалось, что даже туман вокруг его ног становится алым.
Я толкнул Олю в плечо, чтобы она немного отошла от оцепенения, но она по-прежнему молча таращилась на жуткое создание. Лось медленно приближался, переступая с ноги на ногу, раскачиваясь всем телом. И чем ближе он подходил, тем сильнее я ощущал жуткий страх.
Вдруг Оля отошла от шока, вырулила машину, рванула на обратный путь. Я не знаю, сколько мы летели по этой дороге, но бензин был на исходе. Я видел, как она по-прежнему остекленевшими от страха глазами смотрела только на дорогу.
Всего через час, хотя мне показалось, что прошла целая вечность, мы вылетели на дорогу, едва не столкнувшись с автобусом. Оля ударила по тормозам, закрыла лицо руками, просто сидела в тишине.
Мы действительно поехали домой. Теперь я уже сидел за рулем, она молча таращилась в окно на соседнем сидении. Мы как будто сговорились, ни словом не обмолвились о том жутком лосе.
Я потом эту дорогу на всех картах искал, да не нашел. А через пару лет даже попытался проехать, хотя бы съезд найти, чтобы там лес виднелся. Да только ничего больше не нашел.
Кто его знает, куда мы на самом деле свернули...