Поклон Вологодской земле. Часть 2.

День второй. Кириллов-Ферапонтово-Горицы-Пустынь-Шексна-Кириллов

Неисповедимым путям российских дорог

Утром мы обнаружили, что погода по крайней мере выправилась в плане осадков: на чистом небосводе, украшенном несколькими облачками, сияло солнце.
Сразу же после завтрака мы выдвинулись к Сиверскому озеру и, начав с дальнего берега залива, проделали путь до двери в монастырской стене, выходящей к воде. Воспользовавшись открытым проходом, зашли на территорию монастыря и практически сразу обнаружили выставку археологических экспонатов Белоозера, о которой мне накануне успели рассказать местные жители, настоятельно рекомендовавшие с нею ознакомиться.
Выставка действительно оказалась познавательной – ведь белозерский край был освоен людьми много веков назад, и в культурном слое за годы исследований обнаружено огромное количество исторических находок. Те же жители Кириллова, что советовали сходить на выставку, рассказывали о том, как сами находили и обломки керамики, и кремниевые наконечники, и старинные монеты, и металлические украшения.
Осмотрев экспозицию, мы погуляли по территории монастыря и поднялись на галереи крепостных стен. С тех участков, которые были открыты для посещения, открывались виды на внутренний двор монастыря и на берег Сиверского озера.На выходе из КБМ не преминули посетить сувенирный магазин. Его ассортимент, в основном, состоял из образцов местной авторской керамики, отличающейся разными способами обжига и лощения, благодаря чему некоторые предметы издали выглядели, словно изготовленные из дерева – казалось, что сохранена даже структура древесины.
Не обошлось и без забавных курьёзов – нам показали изделие в форме уточки со сквозным каналом, проходящим через «клюв» и «хвост», и предложили отгадать его назначение. Оказывается, с помощью такой утицы традиционно выбирают скопившуюся между двойными оконными рамами влагу. А ещё в помещении магазина стояла огромная изразцовая печь – и это был не сувенир, а действующее средство обогрева.
Следующим пунктом нашей программы стало Ферапонтово, что в двадцати километрах от Кириллова (если ехать по существующей автомобильной дороге).
В Ферапонтовом монастыре нам удалось обойти все экспозиции, среди которых, конечно же, наиболее сильное художественное и духовное впечатление произвели фрески Дионисия, а наиболее познавательной стала выставка народного быта Белозерья. Но она же оставила и грустное впечатление – поскольку очень многие традиции русской домовой культуры, как оказалось, безвозвратно утрачены. Смотрительница выставки, охотно продемонстрировавшая в действии и ткацкий стан, и приёмы обращения с прялкой, посетовала, что не сможет воспроизвести для нас непосредственное прядение нити, так как не научилась обращаться с веретеном – а местные старушки уже (уже!) говорят, что лишь наблюдали за тем, как это делали их бабушки и матери, а самим им заниматься этим не пришлось.
Ну а под стеклом музейных витрин Казённой палаты монастыря мы с удивлением увидели несколько книг середины прошлого века… оказывается, такие издания уже попадают в разряд исторических экспонатов….
Стремясь отделаться от внезапно навалившегося груза времени, мы пошли к деревянной ц. Ильи Пророка, которая находится недалеко от монастыря. Калитка ограды была незаперта - в отличии от храмовой двери, так что пришлось удовольствоваться лишь внешним осмотром памятника. Церковь реставрируется, и весьма прилежно – об этом говорит её аккуратный вид и груды стройматериалов во дворе.
Поскольку погода оставалась ясной, хотя и прохладной, было решено съездить в Горицы – разведать тропу на Маурову гору. Мы вернулись в Кириллов и, повинуясь рисунку на карте, начали объезд озера, однако вскоре достигли широкого шоссе, уходящего на Череповец. У встреченного местного жителя выяснили, что нужно было ехать по другой отворотке на развилке (хотя я точно помнил, что содержание щита-указателя, мягко говоря, не состыковывалось с такими объяснениями – не говоря уж о содержании карты). Однако мы послушно вернулись к развилке, по пути сделав остановку для осмотра часовни в память растрелянных в годы советской власти великомучеников Кирилловских и поклонного креста на холме, а также спустились к берегу Сиверского озера и полюбовались на панораму КБМ. Невдолге дорога привела нас к подножию Мауровой горы. Разведав тропу, обустроенную силами национального парка «Русский Север», мы решили отложить посещение горы на следующий день и, прокатившись в Горицы (с беглым осмотром монастыря), направились в Белозерск.
По пути обнаружили «родовое поместье» автора эти строк – и, влекомые любопытством, не преминули свернуть на грейдер с целью более детального осмотра неожиданной «достопримечательности».
Однако селение оказалось практически заброшенным – жизнь теплилась лишь в нескольких домах, остальные (в том числе и каменные казематы совхозного толка) были оставлены людьми довольно давно.
Вернувшись на асфальт, поехали дальше, но дорога неожиданно закончилась тупиком и лесной свалкой. Снова возвратились к последней отворотке и поехали по второстепенной дороге – разбитому грейдеру, на котором, впрочем, встречные машины встречались с завидной регулярностью. Однако этот путь тоже оказался тупиковым – мы приехали к очередной монастырской постройке, в Пустынь. В покинутой обители ныне пребывает артель инвалидов, и дух покорного забвения там ощущается особенно остро и проявляется буквально в каждой детали окружения.
Мы не стали задерживаться в Пустыни надолго и поехали искать пропущенный поворот к Белозерску. Методом исключения обнаружили его довольно быстро – но время уже клонилось к вечеру, и, доехав до берега Шексны и ознакомившись с расписанием парома, мы оценили свои шансы успеть к концу работы переправы и сочли их весьма небесспорными.
Таким образом, визит в Белозерск был оставлен до лучших времён (в том числе – и погодных условий), и мы, изрядно проголодавшиеся, вернулись в Кириллов, где плотно отужинали в гостиничном кафе и отправились спать.