Первый раз я прочитала «Зеленые помидоры» десять лет назад. Сейчас, естественно, уже все позабыла, но неожиданно 30 лет спустя после выхода первой книги вышло продолжение, как тут удержаться? Я решила перечитать.
Если вспоминать не сюжет, а ощущения, то десять лет я помнила эту историю как очень милую и уютную. И в какой-то степени так и есть, послевкусие от романа даже во второй раз осталось сахарным. Но, если вдуматься...
Вчера, когда я обмотавшись одеялом и затолкав замерзшие ступни под мужа, открыла эту книгу, я почти сразу поняла, что трукрайм мне нравился еще десять лет назад, потому что смертей, убийств и трупов в этой книге побольше, чем в среднем подкасте про маньяка.
Но, пожалуй, стоит начать сначала.
Перенесемся на юг США в 1985 год. Каждое воскресенье Эвелин вынуждена вместе с мужем навещать свою свекровь в доме престарелых. И если муж прекрасно проводит время с мамой, то Эвелин скучает и чувствует себя лишней. Поэтому обычно она забирается в укромный уголок дома и ест там сладости, пока не приходит время уезжать.
Все меняется, когда в одно из воскресений она знакомится с Нинни — пожилой постоялицей этого места. Нинни — добродушная бабуля, которая любит поболтать, ей нравится вспоминать времена своей молодости, рассказывать о людях, которые были вокруг нее. Истории Нинни о небольшом городке Полустанок и его жителях очаровывают Эвелин, и она начинает искать старушку каждые выходные, что приезжает к свекрови. Они быстро становятся подругами, с удовольствием сплетничают, болтают и едят сласти. Со временем жители Полустанка становятся для Эвелин такими близкими и родными, что ей кажется, будто она лично знает Иджи и Руфь, обедала в кафе «Полустанок» жареными зелеными помидорами, завтракала в шумной и большой семье Тредгудов, переживала, когда Культяпка попал под поезд. Жизни людей, многие из которых уже умерли, становятся для нее ближе ее собственной.
У меня такое чувство, словно я застряла… застряла где-то посередине. Слишком поздно началась борьба женщин за независимость, у меня уже были муж и двое детей, и вдруг на тебе! Оказывается, замуж выходить было вовсе не обязательно. А я думала, все должны. Что я вообще знала! А теперь уж ничего не изменишь… Как будто и не жила вовсе. — Она повернулась в слезах к миссис Тредгуд: — Ох, миссис Тредгуд, я слишком молода, чтобы стать старухой, и слишком стара, чтобы быть молодой. Я везде лишняя. Мне хочется убить себя, да смелости не хватает.
Для кого-то столь сильная увлеченность рассказами посторонней старушки может показаться странной, но не Эвелин. Она — запустившая себя домохозяйка за сорок, которая осознала, что не знает, зачем она живет. Отношения с мужем охладели, дети уехали, быт опротивел. Эвелин боится смерти, и одновременно желает ее. А Нинни — ее единственная подруга и отдушина, ведь в Полустанке Эвелин наконец-то чувствует себя дома.
Нет, не смерти она боялась. Она боялась жизни, которая стала напоминать ей серую комнату ожидания в отделении реанимации.
А ведь в Полустанке действительно много концентрированной хтони маленьких городов (я сама из небольшого поселка, поэтому знаю, о чем говорю). Бытовые смерти из-за игр на рельсах — это такие мелочи, что на них уже едва кто-то обращает внимание. Жестокость, расизм, алкоголизм и местный «Робин Гуд», ворующий еду с проезжающих мимо поездов, - это обыденность жителей Полустанка. А если герои воспринимают это как данность, то куда уж тут деваться читателю!
Я, конечно, иногда чувствовала себя как на семейных посиделках — тебе рассказывают про родственников, ты уже давно запутался в именах и семейных связях, а переспросить как-то неловко. Так и слушаешь, ждешь, пока в рассказе проскользнет хоть какой-то намек. Но все равно жуть как интересно!
Спустя десять лет я уже не испытываю такого невероятного восторга, как раньше. В моем читательском багаже теперь куда больше книг, да и жизненного опыта стало чуть побольше. Но все же Флэгг все еще дарит мне странное чувство уюта. Будто бы я вернулась домой.
Конечно, какие-то вещи за тридцать лет уже устарели для современного читателя — едва ли кто-то сейчас искренне верит в силу Мэри Кей и розовый кадиллак. Но когда Флэгг писала этот роман, она верила, ее герои верили. Они жили, переживали, проваливались в депрессию, хотели мести, хотели любви, чувствовали себя счастливыми, пьяными, нужными, одинокими. А это чего-то да стоит.
Проходите, располагайтесь, Книжный Енот вам всегда будет рад и расскажет о самых уютных, захватывающих и интересных книгах.