21 декабря официальный день рождения Сталина. Дата фейковая, так как настоящий день рождения у него 18 декабря. Поэтому и пост будет не про настоящего Сталина, а про фейкового.
На третьем курсе университета, чтобы получить автомат по отечественной истории, мне нужно было прочитать и обсудить с преподавателем три работы, посвящённые периоду от ВОВ до 1990-х гг. включительно. В итоге я тогда рассказывал о докторской диссертации Кирилла Александрова про офицерский корпус РОА, сборнике воспоминаний «Революция Гайдара» про начало 90-х, а также о книге «Сто сорок бесед с Молотовым». С 1969 по 1986 гг. советский литератор Феликс Чуев регулярно общался с опальным бывшим председателем Совнаркома и министром иностранных дел, а после его смерти обработал свои дневниковые записи об этих встречах и в 1991 г. выпустил книгу.
Сначала я думал, что это будут «обычные» воспоминания, в которых отставной политик рассказывает о своей жизни. Но чем дальше я читал, тем больше осознавал, что главным героем «бесед» является вовсе не Молотов, а Сталин. Я не знаю, действительно ли они 17 лет в основном обсуждали Сталина, или это специфика выборки Чуева, но факт остаётся фактом – «Сто сорок бесед с Молотовым» посвящены не Молотову, а Сталину.
Как по мне, так главная ценность этой книги вовсе не в «уникальных свидетельствах» Молотова, а в столкновении и последующем взаимоопылении двух сталинистских нарративов – «оригинального» молотовского и «национал-большевистского» чуевского. Для родившегося в 1890 г. Молотова Сталин – это марксист, революционер-интернационалист и верный продолжатель дела Ленина. По репликам родившегося в 1941 г. Чуева видно, что он принадлежит уже к другому поколению сталинистов, кого прозвали «Русской партией». Сталин был для них в первую очередь защитником Русской Державы от Запада, масонов и евреев. В книге есть примечательный эпизод, когда Молотов начинает рассуждать о России как о «тюрьме народов», а Чуев пытается парировать тем, что Россия «несколько раз спасала весь мир».
«Сто сорок бесед» фиксируют, как при Брежневе сталинизм, который фактически оставался в полу-диссидентском положении, стал мутировать из марксистско-ленинской в национал-большевистскую форму. В Перестройку «красно-коричневые» впервые смогли выйти из аппаратных кабинетов и литературных кружков к широкой общественности. На первом этапе их «хождение в народ» провалилось. Победу одержал союз либеральных интеллигентов и наиболее ушлой реформаторской номенклатуры во главе с Ельциным.
Однако сталинистская «Русская партия» всё же смогла прочно засесть в созданной в 1990 г. Компартии РСФСР, на основе которой спустя три года возникла КПРФ. В течение 90-х на волне разочарования в либеральных реформах «красно-коричневый» нарратив, который совмещал и Сталина, и имперский ресентимент, и защиту русских, конвертировался в электоральные успехи зюгановской Компартии, но самое главное – стал формировать обывательскую картину мира и представления об истории. Идеологически «всеядный» путинизм просто не мог пройти мимо и не только вобрал в себя большинство элементов этого дискурса за исключением, пожалуй, открытого прославления Сталина, но ещё прочнее закрепил его.
Обывательская «тоска по Сталину» схожа с тоской определённых слоёв американского общества по «золотым» 1950-м, британцев – по Черчиллю, французов – по де Голлю, немцев – по Аденауэру, испанцев – по Франко, а португальцев – по Салазару. Но на Западе этот консервативный ресентимент связан с «правыми» фигурами, а в России самым близким по времени оказался «советский» Сталин, которому обыватель тем не менее несправедливо приписывает как раз скорее «правые» и «державнические», чем «левые» и «прогрессистские» черты.
Хорошо об этом всём сказано в старом видео Рог Пиара (была ж эпоха, кто понял, тот поймёт😭):
P.S. В 1992 г. Чуев выпустил следующую книгу «Так говорил Айтипедия Каганович», где собрал записи своих разговоров с бывшим сталинским наркомом с 1986 по 1991 гг. Подзаголовок у неё следующий: «ИСПОВЕДЬ СТАЛИНСКОГО АПОСТОЛА».
