Фундаментальное одиночество

Когда включаешь в пустой квартире телевизор, хотя не смотришь его, для чего ты это делаешь?

Каждый человек вынужден справляться с глубинным чувством одиночества, даже если оно осталось неосознанным. Оно причиняет страдание в течении всей нашей жизни, начиная с той точки, в которой человек по-настоящему осознал своё бытие. Оно не проходит ни в кругу семьи, ни в кругу друзей и единомышленников, от него можно отвлечься, но оно всегда просачивается наружу. И я задаюсь вопросом, для чего с эволюционной точки зрения, нам дано чувствовать такое одиночество, если его всё равно невозможно заглушить? Я не нахожу ответа, возможно именно изъяны делают брильянт особенно ценным и уникальным.

Если социальную изоляцию и связанное с ней чувство одиночества можно разложить на составляющие и найти вполне конкретные рецепты решения этой проблемы, то с фундаментальным одиночеством мы оказываемся безоружными. Когда клиент с экзистенциальным запросом приходит к терапевту, он приходит к человеку, у которого точно такое же экзистенциальное одиночество, и когда слепой ведёт слепого…интересно сколько они пройдут до первого оврага?...

В этой жизни есть такие вещи, с которыми мы не в силах что-либо сделать, для человечества они являются вызовом и напоминанием о нашей слабости и бренности. Мысли о таких вещах могут быть невыносимы, поэтому индустрия бегства от реальности приобрела колоссальные масштабы. Родители, боящиеся непостижимых вещей, учат своих детей ещё более виртуозному бегству, и мы оказываемся в обществе, в котором неприлично говорить, например, о смерти.

И когда неожиданно жизнь сталкивает человека с реальностью, то для одних это становится дверью в депрессию, для других это психотический эпизод, для третьих везунчиков – творчество, для четвертых – всё сразу.

Так что же делать с этим щемящим чувством полного одиночества в этой необъятной вселенной? Что делать с нашей конечностью, с непостижимостью мира, с утратой, с непоправимостью поступков?.. Это всё то, что не вмещается в нашу картину мира и вызывает тревогу, и это всё то, что делает нашу слабость нашей силой. Да, мы именно те существа, которые одиноки, конечны и по существу слабы перед мощью природы и это делает нас частью этой природы и принятие этой данности, глубокое и безоговорочное, способно не только расширить нашу внутреннюю картину миру, но и принести нам освобождение. Ошибка заключается в самой постановке вопроса, «что делать?» - так мыслит технический рациональный ум и заходит в тупик, потому что ответа не существует. Это постоянная точка фрустрации, от которой можно либо бежать, либо сойти с ума – что, впрочем, также является бегством.

Если я тот человек, у которого есть фундаментальное одиночество, если я это увидел, принял несмотря на всю боль и сопротивление, то я как минимум свободен от внутреннего конфликта, а любой разрешенный конфликт освобождает для Эго ощутимое количество психической энергии. Принятие – это та добродетель, которая является краеугольной практически в любом религиозном дискурсе.

И если уж коснулись религии, то не лишним будет напомнить, что фундаментальное одиночество это некая изначальная данность, с которой был создан первый человек. Адам был в раю, был совершенен, имел прямое общение с Богом, и ему всё равно было тоскливо, ему не хватало кого-то подобного себе и даже, когда Бог создал из его же генетического материала ему жену, мы всё равно уже через некоторое время видим крах идиллии, потерю единства с женой по причине совершения греха, упрёк Адама Богу, что Ты дал мне такую жену, которая соблазнила меня съесть запретный плод. И как следствие этой трагедии – возвращение состояния глубинного одиночества, когда пропасть между человеком и Богом и между человеком и человеком по причине греха так увеличилась, что уже невозможно стало исцелиться от щемящей пустоты внутри. И невозможно по сей день.

Это тоска не только по утраченному единству двух любящих людей, это также тоска по потерянной симбиотической связи со своей матерью. Когда младенец появляется на свет, он проходит в своём развитии этапы, самые ранние из которых: первичная реципрокность (вход в объектные отношения), оральный период. В эти месяцы ребёнок полностью зависит от матери, от её любви и это такой особенный период, в котором ребёнка принимают целиком и полностью, и это не проходит бесследно; слияние и принятие так и остаются отпечатком в бессознательном, который каждый из нас жаждет повторить и не может повторить никогда. Грустить над этой правдой не менее нормально, чем желать повторения, и грустить это более здоровый подход, чем обманывать себя.

Одиночество уменьшается в тот момент, когда люди, которые поняли себя, начинают понимать друг друга и в этот момент рожаются мгновения единства и умиротворения. Всего лишь мгновения, но они бесценны.

Автор: Анна Шелест
Психолог

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru