Попались мне на работе дневники Софьи Андреевны Толстой, его жены. Она многие годы прожила с писателем, поддерживала все его начинания, страдала от непонимания мужем: "вся духовная сторона моей жизни ему совсем не интересна и не нужна". Но иногда Толстой удивлял. В записи от 7 ноября 1897 года встретились такие строки:
"Мы решили ехать в Ясную [Поляну]. Был опять сильный, Лев Николаевич все 35 вёрст проехал верхом, бодро и весело <...> Доехали мы в три часа времени, и слава богу не простудились <...> Пили весело вдвоём чай. Лёвочка сам постелил мне постель и после 35-вёрстной езды верхом был настолько бодр, что страстно отнёсся ко мне.. Пишу об этом, как о замечательной бодрости его, ведь ему 70-й год... Сегодня утром шёл мягкий, пушистый снег"
Не простым был Толстой, отнюдь не простой. Великий русский писатель подал достойный пример отношения к супруге, прямо как Троцкий. Но есть вещь интереснее данной цитаты - цензура. Процитированное содержится в издании 1929 года. А уже в издании 1932 года запись от 7 ноября 1897 года вообще отсутствует. В издании 1978 года запись есть, но после строк "пили весело вдвоем чай" идут даже без многоточия "сегодня утром шел мягкий, пушистый снег". Как-то обрезали достойную биографию писателя, а главное - зачем?
Короче, он не только на словах был Львом Толстым. Матёрый был человечище. Глыба. Чтоб нам так жить.
****
Благодарю вас за внимание! Также канал можно читать в Телеграме.
Желающие могут добровольно и посильно поддержать "Историка на полставочки" - 2200 2404 1720 4357