Существует устойчивое мнение, что до революции профессия актера была настолько неуважаемой, что их даже хоронили в неосвященной земле, за пределами кладбища, вместе с самоубийцами. Объяснения даются самые занятные - мол, это все потому, что считалось, что у лицедеев нет своей души - потому что они все время перевоплощаются. И тем самым, дескать, "принимают на себя чужое естество" и даже "чужие грехи".
Мнение это широко распространено, причем тиражируют его и сами актеры. Вот, например, Михаил Ефремов в одном из интервью так и заявил: "Профессия странная, профессия подозрительная. И хоронили актеров всегда за оградой кладбища".
Правда ли это?
Давайте по порядку.
Действительно ли раньше профессия актера была не уважаемой?
Это правда. Как и сегодня, она была очень востребованной, известные актеры были очень популярными людьми, но вот воспринимать их как равных себе, а тем более как моральных авторитетов (как это часто бывает сегодня) мало бы кто согласился.
Достаточно сказать, например, что в общественном мнении профессии актрисы и проститутки не разделялись. В дискуссиях при легализации публичных домов аргумент с актрисами и балеринами использовался постоянно - вот, мол, люди этим самым практически официально занимаются, но никого это не шокирует, даже в газетах про них пишут. Или вспомните хотя бы рассказ Чехова "Панихида", где отец умершей актрисы подал в церкви записку «За упокой рабы божией блудницы Марии»:
"... осуждаешь, поносишь, непристойным словом обзываешь, да еще кого! Усопшую дочь родную! ...
— Но ведь она тово... извините, актерка была! — выговаривает ошеломленный Андрей Андреич.
— Актерка! Да кто бы она ни была, ты всё после ее смерти забыть должен, а не то что на записках писать!
— Это точно... — соглашается лавочник.
— Наложить бы на тебя эпитимию, — басит из глубины алтаря дьякон, презрительно глядя на сконфуженное лицо Андрея Андреича, — так перестал бы умствовать! Твоя дочь известная артистка была. Про ее кончину даже в газетах печатали... Филозоф!
— Оно, конечно... действительно... — бормочет лавочник, — слово неподходящее, но я не для осуждения, отец Григорий, а хотел по-божественному... чтоб вам видней было, за кого молить. Пишут же в поминальницах названия разные, вроде там младенца Иоанна, утопленницы Пелагеи, Егора-воина, убиенного Павла и прочее разное... Так и я желал..."
Вопрос второй: Действительно ли до революции актеров хоронили за оградой кладбища?
Ответ - нет. Достаточно пройтись по старым кладбищам и посмотреть на могилы, чтобы убедиться, что это не так. Вот, например, два первых попавшихся надгробия с Ваганьковского кладбища
За кладбищенской оградой христианских кладбищ хоронили только людей, не принадлежавших к церкви, отлученных от нее или же те, кто сам ушел из церкви (самоубийцы попадали именно в эту категорию).
Вопрос третий: откуда же взялся этот слух?
Истоки этого мифа уводят нас во времена раннего христианства - именно тогда церковь впервые сформулировала свое отношение к актерам. Античные театральные представления были либо языческой мистерией, либо, извините, порнографией. Поэтому даже посещение театра считалось тяжким грехом, а уж игра в нем была несовместима к христианством. Позже это было оформлено и письменно - решением Трулльского (он же "Пято-Шестой") Вселенского Собора (691 — 692 гг.).
51-е правило этого собора гласит:
«Святый вселенский собор сей совершенно возбраняет быти смехотворцам, и их зрелищам, такожде и зрелища звериныя творити и плясания на позорищи. Аще же кто настоящее правило презрит, и предастся которому либо из сих возбраненных увеселений: то клирик да будет извержен из клира, а мирянин да будет отлучен от общения церковнаго».
Подобное отношение было во всем христианском мире - в том числе и на Руси, где существовал особый Чин Покаяния для "шпильманов и глумцов", то есть актеров.
Однако люди не могут без зрелищ, и уже в Средневековье отношение становится двойственным - представления на темы из Священной Истории вполне дозволялись церковью, а осуждались только развлекательные. То же примерно было и на Руси - скоморохов гоняли только в путь, причем гоняли жестоко, но вот служба в официальном театре уже со времен Алексея Михайловича считалась если не респектабельным, то вполне допустимым занятием.
К XIX все эти решения времен античности окончательно стали никем не исполняемой формальностью, и в 1866 году Святейший Синод официально снял устаревшие ограничения.
Игра в театре сама по себе перестала рассматриваться, как грех.
Что, конечно, не отменяло личных грехов каждого из актеров.