Вверх бегут по спирали чудесные эти ступени. Я по ним поднимаюсь назло поглощающей лени. Я на них танцевала в минуты счастливой поры, За перила держалась, кривясь от тоски и хандры. На плечо чудака опиралась, дрожала рука, Пульс в висках подгонял: «Выше-выше, жива ты пока!». Отдыхала. Сидела, болтая, как в детстве, ногой. Душу — настежь друзьям, не боясь показаться нагой. Пусть вершина моя только сопка, а не Эверест. Так непросто сорваться однажды с насиженных мест. Отпускаю синицу, согрев её в нежных руках И курлычет журавль, что летит надо мной в облаках. За плечами тот груз, что не тянет, как прочие, вниз. Только опыт и крылья. А дальше? Приятный сюрприз! ©Тамара Милохина
Вверх бегут по спирали чудесные эти ступени.
Я по ним поднимаюсь назло поглощающей лени.
Я на них танцевала в минуты счастливой поры,
За перила держалась, кривясь от тоски и хандры.
На плечо чудака опиралась, дрожала рука,
Пульс в висках подгонял: «Выше-выше, жива ты пока!».
Отдыхала. Сидела, болтая, как в детстве, ногой.
Душу — настежь друзьям, не боясь показаться нагой.
Пусть вершина моя только сопка, а не Эверест.
Так непросто сорваться однажды с насиженных мест.
Отпускаю синицу, согрев её в нежных руках
И курлычет журавль, что летит надо мной в облаках.
За плечами тот груз, что не тянет, как прочие, вниз.
Только опыт и крылья. А дальше? Приятный сюрприз!
©Тамара Милохина