Из совсем свежего. Коллега вчера к своему неврозу паническую атаку проучила, благодаря…лапочке-дочке.
Дочка там на самом оное лапочка. Умница, учится в меле, учится хорошо. Только вот раздолбайкой бывает именно по отношению к семье, и не из злобности своей, а именно благодаря безалаберности (или, может быть, юношеской наплевательности?).
В общем, история.
Позавчера вечером сработала в общежитии пожарная сигнализация. Да не просто так, а по причине задымления в одной из комнат этажом ниже.
Сами понимаете, эвакуация была объявленная немедленно, все студенты, накинув кто что, и схватив гаджеты, отправились снимать тик токи и видео сообщения друзьям и родственникам.
Вот коллегина красавица тоже прислала маме в телеграмчик окошечко, как она, в пальто на пижамку, идёт вниз. Похвасталась, что она умочка, и документы тоже взяла.
Спустя пару часов написала, что вроде все нормально, и… исчезла из сети.
— Ну, уснула, — решила мать.
Но наутро девушка не появилась. И в семь утра, и в восемь, и в девять, когда должна уже, вроде как, быть на парах. И в десять… в одиннадцать мать решила, что гиперопека и родительская тревожность, которыми упрекают взрослых – вполне таки нормальная штука. Коль существует договор по утрам и вечерам писать маме, что все хорошо, то отсутствие сообщений можно считать пугающим признаком.
В двенадцать мать своей красавице позвонила. Трубку не взяли… сами понимаете, что до часу она набрала номер дочери черт знает сколько раз, проверила все новости (вроде как огромного пожара или нападения маньяков там не нашла), прошерстила контакты, позвонила соседке дочери по комнате и послушала длинные гудки.
Уже задыхаясь, она бросилась одеваться и в город, но потом сообразила найти номер вахты общежития или коменданта. И после сердце ее успокоилось, так как комендант, услышав историю, поднялась на этаж и обнаружила двух сладко спящих и в ус не дующих студенток. Которым вчера на лекцию надо было только на одну, и ту после трёх, и они этим воспользовались, чтобы продрыхнуть.
Соней отругали, скомандовали матери отвечать, все закончилось почти хорошо — если не считать того, что коллега до сих пор, скорее всего, трясётся.
И мы с нею задумались, а что можно считать гиперопекой и нездоровой родительской тревожностью в наше время?
Ее мать когда-то училась в новосибирском педагогическом институте, а родители матери жили в Чимкенте. Телефонов особо не было, разве что переговорные пункты, потому писали друг другу письма. Письма шли долго. Ежевечерне никто не общался, по нескольку раз на дню не списывались.
Это было нормально.
Сейчас, если от студента родители будут получать весточку раз в месяц, то от тревоги себя изведут. Не все, но многие.
Конечно, звонить каждый час или два — это неправильно. Но вот узнать утром и вечером как дела — наверное, нормально.
И обеспокоиться, когда нет ответа несколько часов, особенно после ЧП накануне — тоже.
А вот девица так и не понимает, а что мать там нервничала? Говори, она взрослая, умная и в беду не попадёт. Эх, все они такие, взрослые да умные.
Интересно, это наплевательство или юношеская глупость, не понимать, почему за тебя волнуются?
Зы. А соне-девице прочитали лекцию все сотрудники общежития. Там семью знают, до этого ее сестра пару лет жила, старостой этажа была. «Вот она такого безобразного отношения к матери себе не позволяла!», говорят грозные тетеньки…
