С 30 ноября по 12 декабря 2023 года в Дубае (Объединенные Арабские Эмираты) прошла 28-я Конференция участников Рамочной конвенции ООН по изменению климата (COP28).
Всего в саммите приняло участие около 80 тысяч человек. Одним из самых заметных был английский король Карл III. «Если мы быстро не восстановим уникальную экономику природы, наша собственная экономика и выживаемость окажутся под угрозой», заявил монарх, прибывший в Абу-Даби на роскошном авиалайнере.
Тремя разными личными самолётами добирались в столицу ОАЭ и другие представители британской элиты – премьер Риши Сунак, глава МИД Дэвид Кэмерон и лидер лейбористов Кейр Стармер.
Британцы (и развитые страны Запада в целом) снова предъявили всем остальным требование поэтапного отказа от ископаемого топлива.
Это встретило нервную реакцию нефтяных держав.
- «Абсолютно нет», – едва не вскричал министр энергетики Саудовской Аравии принц Абдулазиз бен Салман, обвинив Запад в лицемерии.
- ОАЭ в лице главы госкомпании ADNOC заявила, что «нет научных данных», указывающих на необходимость поэтапного отказа от ископаемого топлива для ограничения глобального потепления. Подобная мера не позволит обеспечить устойчивое развитие, «если только вы не хотите вернуть мир обратно в пещеры». (А что, может действительно хотят?)
Ещё одной темой, которую Запад постоянно проталкивал, является отказ если уж не от всего ископаемого топлива, то хотя бы от угля. Твердое топливо было «криминализовано» ещё на саммите в Глазго (2021 год). Однако по этому вопросу прямо сейчас сформировалась своего рода фронда из России, Китая и Индии.
Мы знаем о сложности индийско-китайских отношений. Однако и Нью-Дели, и Пекин в кои то веки проявили ЕДИНОДУШИЕ и отказались поддержать документ, обязующий ускоренно закрыть существующие угольные электростанции.
Это в высшей степени логично. В настоящее время на Россию, Индию и Китай приходится примерно 70% от суммарного годового потребления угля в мире. При этом в Индии на долю угольного сырья приходится 72% от выработки электроэнергии, в Китае – свыше 60%, в России – 22%.
То есть по сути Пекин и Нью-Дели приглашают вместе с углем, отказаться ещё и от промышленности.
Кстати в США угольная энергетика составляет примерно 17% энергобаланса. А запасов угля там больше всех в мире. На втором месте по запасам угля – России. Поэтому ни нам, ни американцам, ни, тем более, китайцам с индусами, полностью отказываться от его использования неразумно. Гораздо целесообразней вкладывать средства в модернизацию угольных ТЭЦ.
Тем не менее вопреки разуму и логике (и углеродным бунтовщикам) итогом COP28 стало принятие документа об ОТКАЗЕ от ископаемого топлива (нефть, газ, уголь) к 2050 году.
И это ещё нам надо радоваться. Генеральный секретарь ООН Гутерриш требовал, чтобы развитые страны уже к 2035 году перешли на «экологически чистое» (безуглеродное) производство электричества, а остальные страны сделали это к 2040 году.
Нас, естественно, интересует позиция Россия. И её будущее. Давайте представим: в 2050 году добыча газа прекратится. Как мы тогда будем кипятить чай и жарить яичницу?
В калейдоскопе пугающих и сенсационных международных событий как-то прошёл незамеченным виртуальный саммит лидеров «Большой двадцатки» (G20). Он состоялся 22 ноября 2023 года. И между прочим с участием президента России. Владимир Владимирович заявил, что Россия намерена достичь углеродной нейтральности до 2060 года.
Эту же дату назвал глава российской делегации на COP28, советник президента по климату Руслан Эдельгиреев (бывший председатель правительства Чечни). Эдельгиреев заявил о планах России достичь углеродной нейтральности не позднее 2060 года.
Итак, мы как все. Но попозже.