Перед командиром части стояли Он и Она. Полковник, обычно с ходу принимавший боевые решения, впервые, наверное, за войну растерянно разводил руками:
— Ну и ну, задачка! Что же я могу для вас сделать? Да знаю-знаю, что вы два года ждали этого дня, но еще-то можете повременить?
Командир снова взглянул на опечаленную пару.
— Ладно! Своей властью объявляю вас мужем и женой.
Вечером за нехитрым столом расположилась самая близкая семья, все те, с кем Он и Она долгое время шли вместе полями сражений. За столом было шумно, весело.
Дружки со стороны невесты притворно строго спрашивали:
— А что за жених-то? Может, где в тылу отсиживался?
Им с готовностью отвечали:
— Скажете — в тылу! А медаль «За отвагу», ордена Красной Звезды, Отечественной войны II степени... Годится?
— Годится!
Наступал черёд дружек жениха:
— Интересно, а какое у невесты приданое?
Ответ не задерживался, звучал горделиво:
— Кое-что есть: медаль «За боевые заслуги», ордена Красной Звезды, Отечественной войны II степени... Подходит?
— Да у них чуть не поровну наград! Горько!
Было это в только что взятом и разрушенном Берлине в победном мае сорок пятого года И теперь осталось назвать имена главных действующих лиц.
Он — лейтенант медицинской службы Илья Зубрилов.
Она — тоже лейтенант медслужбы Татьяна Шелонцева.
Война, мы знаем, чаще разъединяла людей. Но порой и соединяла. В огне сражений, под грохот пушек вдруг возникала большая любовь.
Девушек немного было в действующей армии. Но среди них были и отважные снайперы, и связисты, и разведчики, и авиаторы... Нелёгкую службу несли они в медсанбатах, санитарных ротах, взводах, вынося из-под огня и спасая от смерти тысячи раненых.
На фронте все берегли девчат, старались окружать их и заботой, и вниманием. Для солдат они как бы олицетворяли оставшихся где-то там, дома, сестёр, подруг, невест... Одно появление их в землянке, траншее приносило бойцам радость.
Так произошло и с нашими героями летом сорок третьего года.
Шла полевой дорогой девушка в шинели и кирзовых сапогах, с вещмешком за плечами. На перекрёстке повстречалась с молодым офицером-медиком.
— Товарищ лейтенант, не скажете, где санрота полка?
— А я как раз туда же иду.
И пошли они вместе
При первом же разговоре, и удивлению обоих, выяснилось что в их жизни очень много общего, близкого. И Илья, и Татьяна окончили медицинское училище, только он в Барнауле, а она в Перми. Оба с самых первых дней войны на фронте. В тяжёлые дни, когда враг пытался захватить Москву, фельдшер Зубрилов вместе со своими санитарами в районе Волоколамска выносил раненых бойцов и командиров с поля боя. И здесь же, недалеко, фельдшер Шелонцева, с воспалёнными от бессонницы глазами оказывала раненым первую помощь, ассистировала врачам. И вот теперь они оказались в одном полку.
В стрелковом батальоне сразу заметили, что их командир санвзвода стал чаще обычного встречаться с Татьяной. Да и в медсанроте их быстро «расшифровали». Подружки уже сами разыскивали занятую где-нибудь делами Шелонцеву, шептали на ухо: «Беги, я заменю пока, там твой пришёл!».
Илья и Татьяна даже не подозревали, какое чудесное воздействие их любовь оказывает на окружающих. В пору, когда шла жесточайшая битва, на глазах гибли десятки и сотни людей, любовь двоих была, словно нежный цветок на разбомблённом поле, зелёная берёзка посреди сожжённого села... А ещё это была любовь-агитатор, не побоимся употребить здесь это слово. Да, агитатор, ибо, глядя на молодую пару, многие припоминали «свою весну» или мечтали о ней и от этих мыслей злее становились к врагу хотевшему порушить, искоренить самое святое — любовь.
А бои продолжались. Санитарный взвод, которым командовал Зубрилов, постоянно находился на передней линии огня.
Однажды, когда в полковую медсанроту прибыли очередные раненые, Татьяна спросила у одного из них:
— Вы лейтенанта Зубрилова не знаете?
Раненый боец печально мотнул головой:
— Убило его. Снаряд как бахнул...
Последних слов Татьяна уже не слышала, в голове стучали первые два: убило его... убило ..его... Кое-как отпросившись она, не разбирая дороги, побежала туда, откуда доносилась орудийная и пулемётная пальба. Где-то на половине её подобрала машина. Татьяна была как в бреду, но у неё всё время теплилась надежда: «Не может быть! Не может быть!».
Слезла с машины, кинулась, ещё не зная куда, и столкнулась... с Ильёй. Его вёл к машине солдат. Оказалось, ничего особо страшного. Илья со своим санитаром шёл, пригнувшись, от ротной землянки к траншее. Каким-то особым чутьём они уловили приближение снаряда и скатились в воронку. Мощный разрыв громыхнул совсем рядом, обоих засыпало землёй. Когда Илья выбрался, то в первую минуту удивился — почему вокруг тихо? А это их оглушило. И ещё нарушилась координация движений.
Его хотели отправить в дивизионный медсанбат, но он упросил оставить в полку. Здесь была самая прекрасная сиделка на свете — Татьяна. Она почти и не отходила от него, ухаживала за ним, если выдавалась свободная минутка, водила на прогулку, и кто скажет, что любовь не целительница? Через неделю лейтенант Зубрилов был снова в строю.
Так они с боями дошли до Берлина, заслужив каждый по дороге к нему ещё по два ордена — за личную храбрость, за спасение раненых.
Здесь-то, как нам уже известно, Илья и Татьяна и сыграли свою свадьбу, истинно фронтовую и столь долгожданную.
А вот с приказом командира части об официальной регистрации брака вышла маленькая история... Нет-нет всё было в порядке и в конечном итоге оба начали носить одну фамилию, но полковник говорил: «После демобилизации». А из армии-то их не отпускали. И лишь спустя год с небольшим демобилизовали, но лишь одну Татьяну. Что делать? Однако как раз в это время Илья, причём совершенно случайно узнал, что при комендатуре открылось и работает и наше советское бюро ЗАГС.
И вот оно — старое свидетельство о браке с печатью политического советника при Главнокомандующем советскими войсками в Германии и с указанием места регистрации — город Берлин.
— Исторический документ, — говорит Илья Павлович.
Это действительно большая реликвия. Двое фронтовиков с боями дошли от Москвы до Берлина и здесь в знак Победы жизни над смертью заключили вечный союз.
На родину муж и жена Зубриловы вернулись в сорок восьмом и стали оба работать в фельдшерско-акушерском пункте села Озерки, что в Тальменском районе: Илья Павлович — заведующим, Татьяна Константиновна — акушеркой.
Их в округе хорошо знают. Ещё бы! Два народившихся поколения сельчан прошли через руки Татьяны Константиновны. А скольким людям Илья Павлович возвратил здоровье.
Илья Павлович продолжает трудиться и сей час, а Татьяна Константиновна недавно ушла на заслуженный отдых.
Продолжается и род Зубриловых. Эту фамилию носят ещё две семьи: одна в Новосибирске, другая здесь же, в Озерках. Растут внуки.
... По телевизору в преддверии 40-летия Победы показывают кадры военных лет — Берлин, рейхстаг...
Двое пожилых людей смотрят хронику.
— А помнишь, Илья, мы вон там, на колонне, свои подписи ставили? — говорит Татьяна Константиновна.
— Как не помнить? Ты ещё своё имя выше моего все старалась написать!
Каждый год, в мае, у мужа и жены Зубриловых двойной праздник: День Победы и день их свадьбы.
Б. РОЖДЕСТВЕНСКИЙ (1985)