-Мадина Николаевна, беспокойно предупреждает Зариф. Вы себя плохо чувствуете? Почему вы не выходите из автомобиля?. Голос Зарифа прозвучал озабоченно, полон заботы и нежности. Парни смотрят на меня с опаской, и я поспешно встаю.
— Нет, нет. Все хорошо, я сейчас... Меня перебивает мелодия входящего вызова. Смотрю на экран — Кадир. Сердце скачет, словно истеричная. И недавно оно было полно радости даже от одного только упоминания о муже... Принимаю вызов, и голос его сразу же наполняет меня.
— мадина, почему ты так долго сидишь в машине? Ты уже десять минут как приехала. Поднимаю голову и в окне вижу мужа с телефоном в руке. Интересно, гости тоже там?
— Я просто наслаждаюсь воздухом, — отвечаю сдавленно. Моя охрана недоверчиво поглядывает, и я с тяжелым вздохом начинаю выбираться из автомобиля.
— Поднимайся в мой кабинет, я представлю тебя нашим гостям, — нетерпеливо приглашает муж. Он отключается, и я с печальным расположением духа иду к лифту, с трудом ставя одну ногу перед другой. Пешком точно не поднимусь, хотя совсем недавно летала по лестнице, словно на крыльях. Пока двигаюсь, пытаюсь понять, почему Кадир решил представить меня Росомахе. Ладно, тому второму, но с Росомахой мы знакомы гораздо теснее, чем, наверное, хотелось бы самому Кадиру. Речь идет о мне. Если бы можно было вернуться в прошлое и изменить ту ночь, я выбрала бы преграду себе на пути.
Ночевать прямо на земле под каким-нибудь кустом. Все, что угодно, только чтобы Росомаха не нашел меня. Вот только Кадир это знает, и Росомаху знает. Но все равно сводит нас лицом к лицу в его доме, делая вид, словно мы не знакомы. Зачем? Внезапно меня накрывает мысль: а вдруг я ошиблась, и это не Росомаха? Может быть, я плохо его рассмотрела, и за рулем серебристого кроссовера сидит совсем другой мужчина? И все это время я изображала... Мне нравится эта мысль, и я немного оживляюсь. Даже нахожу в себе силы улыбнуться, подходя к кабинету. Верно, я изображала. Зачем я вообще могла видеть что-либо? В доме у Сулеймана темно, словно в погребе, и я тогда Росомаху не видела. В моем иллюзорном сне он выглядел совсем иначе. Скорее всего, он напоминал Кадира. В кабинет я вхожу улыбаясь и сразу обращаю взгляд на Кадира. Он сидит в кресле у окна, беседуя со своими гостями, которые стоят спиной ко мне. Муж замечает меня, и его взгляд становится таким, что хочется укутаться в него, лечь и заснуть. Чтобы больше не просыпаться. Как Спящая Красавица. Здесь все есть для этого, даже подходящий замок. Остается только найти подходящую злую фею с прялкой.
— Господа, позвольте представить вам мою жену, — Кадир выпрямляется в кресле и с видом полного превосходства смотрит на мужчин, стоящих перед ним.
— Мадина, дорогая, подойди поближе. Мужчины оборачиваются, и моя улыбка замирает, надежды на погреб Сулеймана не сбываются. Передо мной стоит действительно Росомаха. Наши взгляды встречаются всего на мгновение, и я поспешно отводила глаза. Я не актриса, мне трудно притворяться, что мы незнакомы. Проще просто не смотреть. Буду смотреть на второго гостя. Он так причудливо осматривает меня, и чем дольше он смотрит, тем счастливее выглядит. Мне кажется, что сейчас он скажет "фуу!" и перекрестится.
- Познакомься, моя дорогая, - в это время Кадир приближается ко мне, так как я так и не могу сдвинуться с места, - это Фонарёв Никита Егорович. Юрист.
Юрист? Забавно. Я думала, что он король. По его милостивому виду, по меньшей мере. И по тому, как он так любезно кивает. К тому же, я никогда не слышала, чтобы юристы зарабатывали так много денег. И я никогда не видела, чтобы хоть кто-то из них мог позволить себе такой костюм, который он сейчас носит.
- Очень приятно. Мадина Николаевна, - церемонно киваю в ответ.
Юрист Фанарев с уважением поднимает бровь, это его "фуу!" становится еще более осязаемым. Кадир и Росомаха озадаченно переглянулись и с подозрением вглядываются в Никиту Егоровича. Он с недоумением смотрит на них, потом на меня, и негодующе фыркает.
- Зачем вы так смотрите на меня? Я тут ни при чем, - снова оглядывает меня своим исследовательским взглядом и уверенно добавляет:
- Она слишком молода.
- Ты уверен? Тебе на тот момент было двадцать два, - возражает Росомаха, и от звука его голоса меня охватывает трепет. Ведь голос я тоже узнаю.
- Нет, точно нет, - уверенно заявляет Никита Егорович, но их разговор остается для меня загадкой.
- А это Артем Сериков, - продолжает представлять Кадир.
- Он врач, хирург. Один из лучших, кого я знаю.
Муж взглядом указывает на Росомаху, и я заставляю себя поднять глаза. Вот он, Артем. Но для меня все равно Росомаха больше подходит.
Доктор Сериков смотрит на меня так, словно видит меня впервые. Его лицо не выражает ничего, и внутри меня то жарко, то холодно.
Чужой, абсолютно чужой мужчина. Сама мысль о том, что нас что-то связывает, кажется дикой и фантастической.
- Кадир, твоя жена потрясающе красивая девушка, - говорит заметно повеселевший Никита Егорович. Кажется, он ожидал чего-то неизвестного.
Может быть, он думал, что Кадир женился на мне из жалости? Или из сострадания?
- Я знаю, - муж берет мою руку и прижимает ее к губам.
- Я сам себе завидую.
Мы встречаемся взглядами, и во мне просыпается несмелая надежда. Может быть, Кадир все-таки не готов расстаться со мной? Он с таким трепетом держит мою руку, в его глазах столько безграничной нежности, что я начинаю немного успокаиваться.
Самат приходит, чтобы сообщить, что стол для обеда накрыт, и господа могут пройти в столовую. За обедом я молчалива, и Кадир все чаще оглядывает меня встревоженным взглядом.
Наконец, он не выдерживает и, как только мы встаем за стола, начинает допрашивать.
- Мадина, что с тобой? Ты расстроена? Или тебе плохо? Ты почти ничего не ешь!
- У меня нет аппетита, - слабо отмахиваюсь.
- Тебе что-то сказал доктор? - сейчас Кадир действительно тревожится.
- Нам надо поговорить, Кадир, - не могу сдержаться и глажу его по руке. - Очень нужно.
Муж смотрит мне в глаза и настойчиво кивает.
- Хорошо, пойдем. Господа, я скоро вернусь. Прошу меня извинить, - он говорит гостям, берет меня за руку, и мы возвращаемся в кабинет.
- Что ты хотела сказать? Расскажи, - он оборачивается ко мне, как только дверь закрывается за нами. И вдруг его лицо светится.
- Или ты притворяешься, чтобы отвести глаз? А сама ты, как и я, не можешь дождаться ночи...
Он недвусмысленно притягивает меня к себе на колени, и я вынуждена отталкиваться от него локтями.
- Нет, Кадир. У меня действительно есть новость. И она... - я запинаясь, - в общем, ты вряд ли будешь рад.
- Что случилось? - муж напрягается, сжимая мою руку.
- Кадир, - собираюсь с духом и выплескиваю, - я беременна.
Из меня уходит вся жизнь, когда я вижу, как его лицо превращается в глиняную маску.
продолжение следует...