Друзья, сегодня представляю вам историю Лены, которую я получила в виде письма. Публикуется с сокращениями и минимальной редактурой.
"Добрый день! Меня зовут Лена. Возможно, моя история будет кому-то полезна. В частности, тем, кто до сих пор советует в случае травли «не обращать внимания».
Я училась в школе с 1991 по 2002 год в Петербурге. Семья была не богатая, так что мне удалось прочувствовать всю "радость и удовольствие" от обучения в обычной школе, даже в трех обычных школах.
В первой школе я проучилась только год. Ничего особенного там не случилось. Хорошая, опытная первая учительница примерно сорока пяти лет. Она смогла держать класс в порядке. Строгая, но справедливая.
Во втором классе я пошла в другую школу, т.к. мы переехали. Сначала появились проблемы с учебой. Учительница была молодая, неопытная, только что окончила институт. Я ничего не понимала, хоть на второй год оставляй. Помню, способы сложения она объясняла так, что для меня это звучало словно на китайском. Но вот моя мама, взялась мне помогать и все объяснила, хотя тогда не очень было принято родителей привлекать к учебе. Тогда дело пошло. Учеба наладилась, успеваемость выровнялась до твердых четверок.
В классе у меня появилась близкая подруга, назовем ее Маша. Она тогда казалась наивнее и младше моих дворовых подруг. У них в семье было принято верить в Бога и не материться. Совсем. Не то что при взрослых, например, или при еще каких-то условиях, а просто никогда. В моем окружении это считалось странным. Девочка была очень доброй. Нам скоро по 40 лет, но мы и сейчас общаемся.
В шестом классе произошло два события. Я сблизилась в классе с девочкой-второгодницей, которая к тому моменту уже курила. Назовем ее Лиза. Она была из неблагополучной семьи. И к нам пришли сразу две новенькие. Они быстро объединились. Моя школьная подруга, которая была очень добрая и не материлась, решила, что нам надо с ними дружить. «Им трудно, - сказала она, - они же новенькие». Я согласилась.
Одна из тех девчонок, назовем ее Катя, оказалась скромная и приятная, а вторая, назовем ее Оля, злобная, но я это поняла поздно. В первые дни она мне нахамила, но общаться продолжили. Я тогда удивилась, но списала на нервы и забыла. Зря забыла. Дальше все стало стремительно портиться. Маша стала много общаться с Катей. А Оля оказалась еще и моей новой соседкой по дому. Они тоже в наш дом переехали.
Злобная Оля была отличницей, никому не хотела помогать и быстро настроила весь класс против себя. Как-то ей дали проверять тетради. Была такая практика у учительницы - давать хорошим ученицам проверять тетради и дневники. Часть тетрадей досталась Оле. Как это делать, никто не объяснил. Оля проверила так, как было принято в прошлом классе. Понаписала красной ручкой "Где орфограммы?". Еще она исправила ошибки. В итоге, упражнения стали все сплошь исписаны красной ручкой. Одноклассники скорее всего испугались, что родители обратят внимание, что все красное. И вообще их это взбесило. Ну и еще она дневники проверила так, что везде вопросов наставила, типа "Где записи?" Одна девчонка даже выкинула в истерике этот дневник и завела новый. Одноклассницы пожаловались на нее классному руководителю, и она после уроков общалась с нами без мальчиков, их впутывать не стали. Долго общались, пришли к тому, что Оля поубавит свою гордыню, а одноклассницы не будут так нападать на новенькую.
Я сама не заметила, как в процессе этих разборок меня весь класс просто возненавидел. Я всего-то говорила, что не надо всем так набрасываться. От нее отстали, но прочувствовали мою слабость и началось... Весь класс, кроме буквально троих человек, меня оскорблял, иногда распускали руки, ломали мои вещи. Никто не помогал отбиваться. В подругах осталась только добрая Маша.
Одноклассники озверели. Помню один из самых страшных дней. На истории оскорбляли без перерыва, одновременно кидая записки с оскорблениями, плевались и ржали. Они знали, что учительница не сможет с ними справиться и отрывались по полной. Надо было выбегать, наверное, из класса, но я перестала соображать. Дома мне советовали только одно - не реагировать. Я и не могла уже реагировать. Отвернулась в стену. Но травильщикам было все равно. Они орали, кто-то старался пнуть. Подключились и мальчишки. Второгодница Лиза, которая раньше была мне подругой, выделялась особой жестокостью. К ней присоединилась ее подруга из прошлого класса, которую тоже перевели к нам, оставив на второй год. Когда учительница попыталась среагировать, она крикнула мою фамилию. Класс покатился в истерическом хохоте. Потом они мне сказали, что я слабачка, и только и смогу, что пожаловаться классной. Больше я не стала говорить классной.
Я сказала маме. Она встретила у школы двух второгодниц, Лизу и ее подругу, и поговорила с ними по-хорошему. Так ей казалось правильным. Они ей поулыбались, сказали, что они так шутят. На пару дней они притихли, но потом все продолжилось. И так до конца года.
Сила травли зависела от их настроения и присутствующих учителей. Кто-то это разрешал, кто-то нет. К концу года я узнала, что мы опять переезжаем. Не из-за этого всего, просто так сложилось. На время это обрадовало.
В один из последних дней я потеряла учебник по географии. Его украли и спрятали так, что я не нашла или перепутала учительница. Учебники пора было сдавать. У злобной Оли, которая все еще считалась моей подругой, оказалось два учебника. Но не один из них не был мой, я это знала, я же свои подписывала, а один из ее учебников был без подписи. Возможно, учительница подошла с учебником к нашей парте, случайно взяла мой, а свой оставила. Ну, а Оля сунула себе в рюкзак оба. Естественно, я попросила у нее этот учебник. Она сказала, что даст только за деньги. Я пообещала ей деньги, забрала, и сдала тот учебник. Я знала, что денег мне на учебник мама не даст. Обычно я не вру, но я посчитала, что Оля такого заслуживает. На следующий день я принесла еще учебники, чтобы сдать. Про деньги сказала, что денег нет. Тогда она украла у меня учебник биологии. Пришлось за этот учебник все-таки заплатить. Не Оле, а школе официально.
Так я уходила из той школы. Летом мы переехали. В тот момент я была глубоко травмированным ребенком. Теперь я знаю, что травмы от травли нужно прорабатывать с психологом. И мне тогда обязательно нужно было это сделать. Не скажу, что мама совсем ничего не знала о психологах. Но у ее подруги как раз тогда тоже были проблемы с сыном в школе. Она рассказала, что ее сыну «поставили «диагноз» совершенно не контактный», а никаких рекомендаций не дали. Мама тогда сделала свои выводы и сказала мне, что сводила бы меня, но психологи бесполезны. Говорила раздраженно, ей не нравилось, что я умудрилась так вляпаться. Можно сказать, что она винила меня. Это усугубило мою низкую самооценку. Мне почти 40, а я и сейчас еще не решила, это я на самом деле неполноценная, или это комплекс неполноценности, который развился. Это же случилось со мной. Я же это позволила.
Таким образом, в новую школу я пришла с травмой и в депрессии. Сил на учебу почти без троек, как не странно, хватало. Я хотела попытаться начать жить в новой школе по-тихому. Может если я скромно, у стеночки, молча постою никто не заметит? Заметили!
Подруг в начале года в новом классе у меня не нашлось. Только одна девочка решила проявить инициативу и сесть со мной, взяла телефон, созванивались после школы. Но гулять не звала и на перемене она ходила со своей подругой. Постепенно набрались и ненавистники.
Помню, как-то на перемене я подхожу одна к кабинету. Около кабинета почти никого не было. Только одна одноклассница, назовем ее Ира, в этот момент списывала у другой. Я молча встала. Даже не смотрела в их сторону. Вдруг до меня донеслось, что, если я расскажу математичке, меня побьют. А у меня и в мыслях не было доносить. Но в моменте я отреагировала: «Обязательно расскажу». После этого Ира начала докапываться постоянно. Все время искала способ сказать гадость. Ей стали помогать другие. Наблюдая за Ирой, кстати, я заметила интересное поведение учителей. Лицемерие. Ей говорили в лицо, что она хорошая, просто лентяйка. Это была неправда. Она была хамка, курила, пила, материла свою мать, не училась. Но хорошо мыла стены и полы. Все! Этим мытьем она нарабатывала себе то, чтобы к ней относились лучше.
В тот же год, в седьмом классе, я узнала, как учитель может косвенно быть причиной травли. У нас была хорошая классная, пожилая учительница русского. Постоянно критиковала внешний вид, "девочкам нельзя ходить в брюках". Но я все равно ходила, у меня вообще был один комплект одежды для школы, денег на другой комплект попросту не было. После прилюдных замечаний учительницы и моих объяснений ко мне стали докапываться за то, что я не могу купить себе одежду. Классная продолжала зудеть о моем виде. При этом она была добрая, умела в своем присутствии сдерживать класс от безобразий. Но вот учениц своих переоценила, не знала к чему такие прилюдные замечания приводят. Эта учительница в конце года заболела и уже не вернулась. Ушла на пенсию. Пришла молодая, ей до моих брюк дела не было, но лучше уже не стало, маховик уже был запущен.
За 7-й, 8-й и 9-й классы я все-таки нашла себе нескольких подруг и жизнь улучшилась. К некоторым из них одноклассники и так относились плохо, а некоторым говорили прекратить дружить со мной, чтобы не позориться. Никто не прекратил. С одной из них я близко общаюсь до сих пор.
После 9-го класса три подруги ушли, Кто в училище, кто в другую школу. Мама мне переходить не разрешила. "Не страдай фигней, у тебя и так это третья школа". В 10-м нас смешали с параллельным классом и сделали один 10-й класс. Оставшаяся подруга прямо после первого сентября заболела бронхитом на целый месяц. Я осталась одна. Многих одноклассников я не знала. У одной из одноклассниц подруга тоже ушла в училище, и она стала ходить с одной из отличниц. Причем в прошлом году она о ней нелестно отзывалась. А у меня она часто списывала и делала вид, что относится нормально. Но тут, в первые дни сентября мне понадобилось что-то по делу спросить, и она меня послала матом. Я была в шоке. Не моргнув глазом, она меня послала, потому что теперь она дружила с отличницей и списывание ей было обеспечено. Так как я многих не знала, а оставшиеся, как оказалось, теперь все меня недолюбливали, я ушла в себя, замолчала. Я могла не сказать весь день ни слова, если учителя меня не вызывали. Одноклассники у меня ничего не спрашивали. Наверно у меня стал такой несчастный вид, что это заметили, и началась вторая страшная волна травля. Главным травильщиком стал один парень под 180 см росту. Тоже мне, нашел себе жертву! Лез бы к тому, кто физически мог ответить. Но его это не смущало. Он мог говорить мне гадости, не получая реакции, весь школьный день. Естественно, у него образовались преданные зрители, что меня еще больше парализовало и сделать я уже ничего не могла.
Так продолжалось 2 года. Никто не помог. Иногда кто-то из умных учениц говорил что-то вроде: "Вы переходите границы" или "Это принижает мужское достоинство". Но это даже не была попытка помочь. Это скорее была попытка помочь ему, чтобы не опускался. Мне было плохо, я терпела и ждала выпускного. Я до сих пор думаю, что надо было дать ему между ног и будь что будет или попробовать пойти в милицию. Хотя в милиции послали бы к классному руководителю. Но я знаю, что она бы сказала: "Нехорошо, не делай так" или "Вы взрослые, сами разберетесь. Что за детский сад?". Я до сих пор виню себя, что он остался безнаказанным. Я даже не смотрела на него. Я ему ничего не сделала. Почему-то именно его я помню лучше всего, наверно, потому что он был последний. А может, потому что мы были уже половозрелые и совсем не удобно, что тебя унижает парень, а куча уродов любуется.
Есть ли для меня польза от такой, как сейчас говорят, социализации? Нет, конечно. Потраченные нервы и здоровье. Всем, столкнувшимся с травлей, я бы посоветовала не слушать совет "Не обращай внимания". Почему-то именно это мне советовала мама и немногие доброжелатели. Хотя, наверное, я знаю почему. Мама говорила что-то вроде: «Единственное что ты можешь сделать, это не обращать на них внимания». То есть никто не верил, что я могу ответить словами или физически дать сдачи. В итоге, я и сама не верила. Доставать своими проблемами классного руководителя или директора было не принято, или об этом не знали или не думали в моей семье. Якобы, если не отвечать на травлю, агрессору будет не интересно, и он уйдет. Так вот, если кому-то посоветуют "не обращать внимания", знайте, агрессор будет знать, что вы его слышите и видите, что просто делаете вид, что не слышите и вам все равно. Ему не станет скучно и травлю он все равно продолжит. И все будет на радость зрителям, к сожалению. Ну а если совет "не обращать внимания" помог, то значит и особой проблемы не было, так, легкий конфликт. Я так думаю".
А что вы думаете, друзья, про совет "не обращать внимания"?
Неравнодушных педагогов и осознанных родителей я приглашаю в Телеграмм-канал «Учимся учить иначе» и в привязанную к каналу Группу.
Книгу «Травля: со взрослыми согласовано» можно заказать тут.