Визг тормозов прерывает мою беспорядочную речь. Машина начинает ехать в сторону и резко тормозит, что почти сбрасывает меня с моего сиденья. Хорошо, что я всегда пристёгиваюсь.
- Моего кого? - Артем разворачивается ко мне, и я недоверчиво смотрю на его глаза, которые круглые, как фары.
- Вашего ребёнка, - я повторяю уже не так уверенно. - Я же беременна. От вас.
Теперь Артем начинает кашлять и кашляет так долго, что мне приходится постукивать его по спине. Он перестаёт кашлять и произносит пару ругательных слов. Затем он опускается на спинку сиденья и растрепывает короткие волосы. Тогда они были такими длинными, как у Кадира.
- Мадина, ты не можешь быть беременной от меня, - он говорит с уверенностью. - Я спал всю ночь, как убитый. И вообще, я не пользуюсь услугами массажисток, у меня есть женщина. Огонь, а не женщина. Боже, Мадиночка, моя дочь чуть младше тебя!
- Почему вы так меня называете? - я подозрительно смотрю на него.
Если бы Росомаха в этот момент ринулся на меня и принялся задушить, я было не испытала столько шока, сколько ожидалось.
- Что за чудачество? - прошептала я с захваченным ужасом в голосе, - как это может быть? Тут же никто больше не мог быть! Если он сейчас начнет утверждать, что это был Сулейман, клянусь, это будет для меня смертельным ударом.
- Там еще один человек был, мой пациент, - ответил Артем, глядя на меня с полным сочувствия взглядом, - он приехал на реабилитацию. Я его оперировал, операция была сложной, и ему потребовалось длительное восстановление. Из-за этого мне пришлось снять дом. Я врач, - продолжил он, словно повторял все это для идиотов, - изначально я думал, что он спит, и поэтому не стал тебе об этом рассказывать.
- То есть, - хрипло проговорила я, - вы опоили меня не специально?
- Что ты говоришь, Мадина! - возмущенно воскликнул Артем, еле сдерживаясь от злости, - он случайно выпил лекарство, которое я оставил для тебя, и вышел прогуляться. Поэтому вы и не пересеклись.. Я безмолвно стою, потрясенная его признанием. Это кажется каким-то ужасным сном. Я протягиваю руку и умоляю Росомаху:
-Ущипни меня.
-Зачем? - он смотрит на меня с опаской.
-Ущипни! - повторяю я требовательно.
-Я хочу проснуться. Если ты ущипнешь меня сейчас, сон исчезнет. Это реальное безумие, а не сон. Но вместо того, чтобы щипнуть меня, Артем берет мою ладонь обеими руками.
-Ты не спишь, Мадина, - говорит он убедительно, - точно не спишь. Я вцепляюсь руками в волосы и ударяюсь лбом об машину.
-Боже, почему это не ты? - стону я горестно, - "лучше бы это был ты!" Артем дергается, вытирает лоб локтем.
-Не думаю так, - бормочет он и решительно обращается ко мне.
-На самом деле, это не такой ужасный сон, как ты думаешь, Мадиночка. Мой друг... Он... Он достойный, уважаемый человек.
Я смотрю на мужчину полушаленым взглядом.
-Только не говори, - хриплю я в ужасе, - "не говори, что это Сулейман. Или Эмиль.
-Ты что! - испуганно восклицает Росомаха.
-Да Эмиль тебе в дедушки годится! Как и Сулейман.
-Не знаю, - бормочу я, выдыхая с облегчением, - поняла, что после моего отчима они самые уважаемые здесь.
-Нет, Мадина, отец твоего ребенка, конечно, старше тебя, но не настолько. Я пригласил эту чертову массажистку из салона Асмы для него, - говорит Артем, почему-то озабоченно глядя на меня. Почему только, непонятно.
-Мне все равно, - норовило перебиваю его, - мне абсолютно наплевать, кто там по ночам обслуживает моего отца.... Запинаясь, я кусаю язык. Я не могу, я не могу сказать это вслух. Может быть, потом я привыкну. Когда я откажусь от мысли, что отцом своих детей является только Кадир. Этого вашего достойного человека, - заканчиваю я мысль и замечаю скептический взгляд Росомахи.
-Ладно, поехали, - говорит Артем заводя машину, -что-то мы с тобой затянулись.
-Точно, - соглашаюсь я, - и мне еще нужно взять билеты.
-Какие билеты? - ошеломленно смотрит на меня Росомаха.
-Ну хоть какие-нибудь. Сначала я хочу уехать из города, - объясняю я ему, - а потом решу, куда поеду. Сейчас посмотрю расписание поездов.
-Зачем тебе поезда, Мадина?, - продолжает тупить Артем, - мы же едем в аэропорт. Кажется, тебя там кто-то ждет
. -Никто меня там не ждет, - качаю головой, - и на самолет у меня нет денег. Так что разверните машину, мы едем на вокзал.
-Мне сказали, куда ехать, туда и поеду с тобой, - упирается Артем.
— Артем! — возмущенно стучу по панели.
— Я требую, чтобы меня отвезли на вокзал.
— Давай, для начала, доедем до города, — примирительно предлагает он, — дорога все равно одна. А там будем разбираться.
— Ладно, — соглашаюсь покорно.
Мы въезжаем на горный серпантин. Артем так уверенно ведет машину, будто он всю жизнь кружил по горным дорогам. Некоторое время молча следую за ним, а затем говорю тихонько:
— Артем, красивое имя. И все-таки, вам намного больше идет Росомаха.
Артем улыбается кончиками губ, а за ним следует длинное витиеватое ругательство. Автомобиль резко тормозит, и я с неудовольствием рассматриваю гору камней, которая возвышается посреди дороги и преграждает нам путь.
— Откуда они здесь взялись? — спрашиваю Росомаху.
— Или обвал, или... Подожди, Мадина, — он выходит из машины и идет к каменной насыпи. Смотрит вверх, потом по сторонам, а потом оборачивается ко мне и машет рукой. — Ложись на пол, Мадина! Не высовывайся!
И как подкошенная падаю среди камней, а вокруг раздаются неприятные свисты, треск и хлопки. Пока до меня доходит, что это выстрелы, распахивается дверца, и внутрь заглядывает незнакомый бородатый мужчина. Один в один, как в фильмах про контрабандистов.
Увидев меня, он хмуро ухмыляется и жестом показывает на выход. Понимаю, что сопротивляться глупо — сзади него еще двое с автоматами.
Выбираюсь из автомобиля и высматриваю Артема, но среди камней ничего не видно.
— Вы что, его убили? — кричу на одного из автоматчиков, замахиваясь кулаками.
— Успокойтесь, госпожа Абдуллы, с вашим спутником ничего не случилось. Он просто отдыхает и скоро очнется, — говорит бородатый контрабандист. Кстати, без акцента.
— Мне нужны вы.
— Кто вы? — спрашиваю уже не так воинственно.
— Что вы хотите от меня?
— Мне ничего. Но мой друг очень желает вас видеть.
— А если я не хочу? — дерзко вскидываю голову.
— Боюсь, это его мало волнует, — хищно скалится мой похититель и исчезает. Вместе с окружающим миром.
Нет, я не потеряла сознание, просто мне на голову надели мешок.
— Что за страна. Что за люди, — бормочу я, пока меня ведут к машине и сажают на заднее сиденье. — Приду — украдут. Уйду — снова украдут. Как же вы достали со своими дикими обычаями!
Но мои возмущения не производят ни малейшего впечатления на похитителей. Я могу только догадываться, куда меня везут, об этом настойчиво говорит моя интуиция.
Когда меня долго ведут сначала по вымощенной дорожке, а затем по длинным коридорам, я только утверждаюсь в своих догадках.
Поэтому, когда с меня наконец снимают мешок, совсем не удивляюсь, увидев знакомое неприятное лицо. И даже не жду, пока со мной поздороваются. Больно надо.
Приглаживаю волосы и говорю, стараясь, чтобы это прозвучало надменно и высокомерно:
— Не думала, господин Ахмедов, что вы из тех мужчин, которые даже с десятого раза не понимают слово "нет". Что ж, значит, я тем более не ошиблась и сделала правильный выбор.
Глаза Юсуфа Ахмедова гневно вспыхивают, и я с удовольствием отмечаю, что попала в самую точку.
продолжение следует...