— Анжела, как теперь жить? Как назвать наши отношения семьей? — причитаю я. Моя подруга обнимает меня и прижимает к себе. Я не сдерживаю слез, они сами начинают заполнять комнату. Проклятая слабость и безнадежность, которые окутывают меня с каждым рыданием, начинают подточить мою силу воли. Я чувствую гнев, обиду и разочарование, и каждая слеза только усиливает эти эмоции.
— Не из-за него ты плачешь… Плачешь для себя, — успокаивает меня моя умная подруга.
— И гормоны несут свою лепту в этой истории. Твои эмоции сейчас выходят из-под контроля.
Я допиваю остывший чай и постепенно начинаю успокаиваться. Упаковка с мороженным лежит без внимания на лавочке.
— Тебе что-нибудь купить? — спрашивает она.
Я отрицающее покачиваю головой. Еда будет только отвлекать меня от процесса мышления. Мне нужно сконцентрироваться, проанализировать все произошедшее и придумать, что делать дальше.
— Я больше не могу ему доверять. Это не случайность, он сознательно соврал, — утверждаю я. Мне это причиняет еще больше боли. Что мне делать? – спрашиваю
-Ир я на твоей стороне, как бы сложилось, - берет Анжела меня за руку и слегка ее пожимает.
- Если ты решишь, что лучше закрыть на все глаза и остаться с ним, я тебя поддержу. Если скажешь, что больше не можешь жить вместе, я помогу тебе перевезти вещи.
- А куда? - спрашиваю, испустив вердикт о своей семейной жизни...
- К нам, конечно! - ответила подруга.
- У нас много места. Вдобавок, Паша сейчас в отпуске. Как хорошо, что у меня есть Анжела! Мне было очень важно услышать, что рядом есть человек, который сможет дать мне поддержку. Некоторое время мы молчим, мое сердце разрывается на части. Человек, которого я любила, которому я доверяла, который стал для меня первым во всех смыслах, предал меня. Я вспоминаю его слова, когда я была в больнице - "У меня никого нет. Эта женщина сумасшедшая", - это звучало так безразлично и цинично. Теперь я понимаю, почему он не целовал меня, не обнимал, почему он скрывал взгляд и стремился уйти как можно скорее. Если я ему противна и точно не интересна, зачем оставаться с ним рядом?
- Анжел, я не смогу жить с Володей, - говорю я с двойственными ощущениями. Облегчение от того, что решение принято, и боль от того, что самый важный человек в моей жизни предал меня.
- А что насчет нашего ребенка? - спрашиваю с унынием.
- Иришка, ты справишься! Мы справимся! - говорит она, выделяя слово "мы", и ее уверенность передается и мне.
- Я только на секунду зайду в туристическое агентство, нужно подписать договор, ведь через полчаса у нас встреча.
- Анжел, если тебе нужно работать, давай потом.
- Неужели ты думаешь, что я передумала? - она решительно выходит из машины.
- На работе справятся и без меня, они уже не маленькие. Или ты передумала?
- Нет! - отвечаю я решительно. Анжела выскакивает из машины, и меня снова охватывает паника. Нужно решить столько проблем, так много изменится в моей жизни. И все уже никогда не будет так, как я мечтала... Вова приходит с работы, и после ужина мы идем гулять в соседний парк. Он гордо толкает коляску по аллеям, я держу его за руку, и я чувствую счастье. Вечером он купает нашего малыша, а я уже с полотенцем в руках... О чем только я думала? Насколько он сможет измениться? Будет ли он проводить вечера с Александрой или найдет кого-то моложе? А мы все-таки сможем жить сами. Ну, если он не вписывается в нашу семью, я построю свою собственную. "Вот такой у нас папа", - я мысленно говорю малышу. - Прости, что тебе придется расти без него. Прости, что я принимаю это решение за нас обоих. Но мы справимся с любыми трудностями! Мама всегда будет рядом". Анжела возвращается, и мы отправляемся за вещами. После больницы я взяла ключи, чтобы больше не пользоваться домофоном. Открываю дверь. На кухне звучит радио, Надя, неверно попадая в ноты, подпевает молодому певцу. Быстро и осторожно проходим в мою комнату. Сердце начинает бешено стучать, словно я совершаю преступление. Но на самом деле я просто спасаю себя и остаток своей жизни.
- Собирай самое необходимое! - подруга садится на стул и осматривает комнату.
- Что же считается самым необходимым? В моей голове каша и оркестр прыгающих лягушек.
- Вот я теперь буду все беременность тащиться? - я стою на середине комнаты, не зная, куда бежать.
- Ира, давай по порядку! - успокаивает меня подруга.
- Сначала выбери, а потом уже складывай вещи. Я беру рюкзак, который покупала для занятий в спортзале. Бросаю в него блокнот - веду утренние страницы, за ним следует недочитанная книга Бакмана. Затем сверну пижаму.
- Ирина, зачем вам это? - Анжела смотрит на меня удивленно, и я не понимаю, почему. Ведь я беру только необходимое.
- Ну хорошо! - подруга встает.
- Пока сиди здесь. Где у тебя документы?
- В спальне в сейфе.
- Хорошо, тогда не сиди. Бери их побыстрее.
- Беру все? - Ирина, конечно же, все. Главное - паспорт, остальное на твое усмотрение. Ноутбук твой? - она берет компьютер со стола. Я киваю и выбегаю из комнаты. Когда я возвращаюсь, Анжела ругается по телефону.
- Как можно быть таким идиотом? Как? Она проходит по комнате. Ее лицо выражает расстройство и разочарование.
- Представь себе, у нас были клиенты в офисе, а этот бездельник с дырявыми руками! - она задыхается от возмущения.
- Все так плохо? - похоже, сейчас моя очередь успокаивать и поддерживать подругу.
- Мы готовили авторскую экскурсию для почти полутора миллионов. Там занятые люди, у них нет секунды свободного времени, - она подтверждает значимость тех, с кем работает, указывая пальцем вверх. - Они хотели подписать контракт, а этот идиот пролил на него кофе.
- Беги! - я указываю на дверь.
- Справишься сама? Ты точно уверена?
- Анжел, конечно!
- Я постараюсь быстро! Я только подпишу новый контракт и вернусь. Она целует меня в щеку и спешит к выходу.
- А подожди! - она возвращается.
- Давай сразу возьмем рюкзак - тебе не надо таскать тяжести. Я положила в него ноутбук, ридер, планшет, короче, все, что нашла на столе. И тогда я понимаю. Конечно же, документы, техника, деньги - вот что значит "самое необходимое". А пижаму можно купить в любое время.
— Я тоже положила бакмана твоего, так что не переживай. Все, ушла. Сопровождаю подругу, а Надя продолжает устраивать караоке на кухне. Возвращаюсь в комнату и извлекаю из гардеробной дорожную сумку. В дно сумки отправляется папка с документами, второй телефон, который я даже не распечатала. На полке у меня спрятан конверт с деньгами. Родственники подарили на день рождения, но я так и не нашла времени потратить их. Мой взгляд падает на шкатулку, в которой хранятся мои "богатства". Пара колец, цепочка - родители подарили на мой восемнадцатилетний юбилей. Я высыпаю их содержимое в маленький карман. Если будет совсем тяжело, смогу сдать их в ломбард. В сейфе у Володе в кабинете находятся еще несколько моих "сокровищ" - колье и кольца с бриллиантами, но я не собираюсь брать их с собой. На столе вибрирует телефон. Мама звонит, как всегда не вовремя.
Но я не могу ответить, она сразу же позвонит Владимиру или Наде, и мой план может провалиться.
— Мама, что-то срочное? — стараюсь говорить как можно тише.
— Соскучилась по тебе. Чем ты занимаешься?
— Да так, ничем особенным.
— Я слышу по твоему голосу, что у тебя что-то случилось! Вот, мама, такая прозорливая. На самом деле мама всегда меня чувствует.
— Собираю вещи, — признание вырывается у меня само собой, но я даже чувствую облегчение в этом. В конце концов, родителям лучше знать о моих планах. Мой папа вскоре вернется с... Мама удивляется и спрашивает:
-Какие вещи? Вы в отпуск собираетесь?
Я отвечаю:
-Свои. Я ухожу.
Мама удивленно продолжает:
-И почему это?. Вновь ком в горле, я говорю:
-Владимир мне изменяет. Ухожу от него.
Взрывается мама:
-Ты с ума сошла? А с матерью сначала не надо советоваться? Как мы будем жить? Ты подумала о нас? Профессору платят копейки на кафедре. А бабушкины лекарства, знаешь сколько они стоят? Ты собираешься уйти!
Я не ожидала такую реакцию от близкого человека. Ощущаю волну обиды и разочарования, которая захлестывает меня. Я выдавливаю слова со слезами:
-Ты хочешь, чтобы я жила с мужем-изменщиком? Только ради комфорта и оплаты счетов?
Мама говорит:
-Ирина, ты слишком драматизируешь! Конечно, не тебе с ним жить. Я принимаю решение и соглашаюсь, запихивая одежду в сумку. Белье, футболки, пару платьев уже взяла. Анжела забрала рюкзак. Мама продолжает меня "успокаивать: "
-От тебя одни проблемы. Теперь голова болит, давление поднялось!
Я бросаю трубку и сейчас думаю только о себе и о малыше.
-Не бойся, маленький, мама о тебе позаботится. Все будет хорошо, моя звездочка", говорю я, крадусь из комнаты. Слушаю кухонный концерт в коридоре, осторожно беру за ручку входной двери. Вдруг сзади раздается грозное рычание:
-Далеко собираешься?. Оборачиваюсь — Вова. В его глазах гнев, руки сжаты в кулаки, испарина на лбу. Впервые вижу его таким разъяренным.
продолжение следует...