Здравствуйте, уважаемые.
Настраиваться на любое дело предпочтительнее, чем выйти и ни с того ни с сего запустить ракету в космос или ещё куда-нибудь. Любое дело требует, как минимум, мысленной проработки, а как максимум, поэтапного плана его исполнения.
Это же касается и силового тренинга. Только здесь не обязательно составлять план, хоть меня сейчас за эти слова могут прибить очень многие тренера. Здесь важнее настроиться внутренне, нежели записать намерение в виде символов.
Я, например, (хоть я и далеко не пример), никогда не знаю заранее, что именно сегодня буду выполнять, сколько раз в подходе и сколько подходов. В момент принятия решения «что» приходит ответ «сколько». Но вот дальше уже никак не скажешь, что и всё.
На эмоциональном уровне, за не столь долгое, в масштабах всего упражнения, время, я провожу серьёзнейшую настройку на то, что буду делать, вернее, как я буду это делать.
Казалось бы, бери и отжимайся, то есть принимай упор лёжа и отталкиваясь от пола, выводи себя на прямые руки. Что тут настраивать? Нет, мысленно я уже прошёл полный этап, я уже увидел, где надо будет перетерпеть временный дискомфорт и где дискомфорт переходит в непреодолимое желание закончить "этот театр абсурда", не возвращаясь к нему никогда более. Я готов к тому, что захочется проявить слабость и не дам себе её проявить, ещё не начав движение.
Чтобы вы поняли, речь идёт о многоповторных упражнениях. Если не говорить о приседаниях, где время подхода может доходить до 20-ти и более минут, отжимания, к примеру, могут занять более минуты, во всяком случае, в темпе, котором провожу их я, то есть время для описываемой мною драмы, вполне себе найдётся.
И понеслось. Десятый раз – полёт нормальный. Двадцатый – тут важно не увести тело влево, как это у меня очень часто бывает, когда сил ещё много и хочется включить форсаж. Левый локоть сразу же отомстит и заберёт на себя всё внимание, которое так необходимо процессу в целом, а не только локтю, не надо, чтобы он забирал внимание. Я заранее это предусмотрел и не поддаюсь на провокации.
Далее левый плечевой сустав, он полюбэ начнёт долбить после сорокового. Важно, чтобы не раньше, а лучше к пятидесятому, тогда сегодня будет 90.
И самое главное – шея после семидесятого. Как она меня достала ещё с юности, сколько раз на тренировках демонстрировал уникальную стойкость в мосту на удержание. За всё надо платить, это я помню, поэтому перетерплю после семидесятого повторения и до конца этот серьёзный болевой сигнал, как оплату за гордыню в юности.
Спрашивается, – где тут места мышцам, когда всё внимание на себя забрали суставы, мать бы их. Вот были бы здоровыми суставы, был бы чемпионом.
Шучу. Нафиг мне это чемпионство, всё равно на олимпиаду не поеду под чужим флагом, а раз так, то и не надо.
Года три назад у меня была статья о волевых настроях, там я упоминал про волевые настрои Елены Исинбаевой перед прыжком, это в продолжении разговора об олимпиаде и олимпийском комитете, вернее, о некоторых его членах. Если заинтересуетесь, прочтите, ну а эту я закончил.
До скорых встреч.
Подписывайтесь на канал, ставьте лайки и пишите комментарии.