Франция последовательно покоряла Алжир, начиная с 1830 г. Наряду с солдатами, чиновниками и торговцами сюда также отправилось значительное число переселенцев, причём не только из Франции, но также из Испании и Италии. В итоге к середине XX в. в Алжире проживали до 1 млн. европейцев, которые составляли около 10% местного населения – это было нетипично много по сравнению с большинством других колониальных регионов. Впоследствии этих переселенцев прозвали «черноногими» или «пье-нуар». Прибрежные районы Алжира были юридически интегрированы в состав континентальной метрополии в качестве «обычных» французских департаментов.
Тем не менее большинство населения в Алжире всё равно составляли местные мусульмане – арабы и берберы. После покорения региона французы фактически установили здесь режим «апартеида» в непосредственном значении этого слова, то есть «раздельное проживание». Европейцы и местные евреи имели статус «граждан» и жили по Гражданскому кодексу. Мусульмане имели статус «подданных» и продолжали жить по шариату. До поры до времени такая ситуация в принципе всех устраивала.
Однако в течение первой половины XX в. появилось большое число алжирских мусульман, кто получил французское образование, стал рабочим на французских заводах или воевал за Францию в обеих мировых войнах. Эти люди тоже захотели стать полноценными гражданами. После Второй мировой войны правительство метрополии пошло на уступки и предоставило гражданские права всем жителям колоний, стремясь ассимилировать их в едином «Французском Союзе».
Но ассимиляция наткнулась на нежелание «черноногих» делиться своим привилегированным статусом с «туземцами». Выборы в региональную Ассамблею по-прежнему оставались сегрегационными: половина депутатов избиралась от 1 млн. европейцев, а другая половина – от 10 млн. мусульман. Тогда же в алжирском обществе случился первый демографический переход. Многочисленной мусульманской молодёжи стало тесно в арабских деревнях, но лучшие земли уже были заняты европейскими фермерами, а индустриализация в алжирских городах не поспевала за ростом рабочей силы.
В общем, к середине 1950-х гг. в Алжире возникла классическая гремучая смесь – огромная масса безработной сельской молодёжи и неудовлетворённый своим политическим положением образованный класс. Осенью 1954 г. здесь началась Война за независимость.
Несмотря на всю заграничную поддержку от арабских и социалистических государств, восставшие не могли победить регулярную французскую армию. Но и французы не были способны быстро задавить повстанческое движение. Война в Алжире превратилась в долгую изматывающую «контртеррористическую операцию», которая с каждым годом всё больше надоедала французскому обществу на континенте.
Кроме того, война чрезвычайно усилила политическую роль французской армии. Дошло до того, что в мае 1958 г. военные подняли путч и свергли парламентскую Четвёртую республику. Генералы призвали национального героя Шарля де Голля вернуться к власти. Де Голль принял предложение и установил во Франции режим президентской Пятой республики, который существует до сих пор.
В наследство от Четвёртой республики президенту перешла и «алжирская проблема». Де Голль раздумывал над несколькими путями решения конфликта:
– Подавить восстание и полностью интегрировать мусульманский Алжир во Францию как её неотъемлемую часть;
– Разделить Алжир на «французский» и «алжирский»;
– Дать Алжиру автономию и, следовательно, передать власть местному мусульманскому большинству, но со сложно выстроенной системой сдержек и противовесов, а также гарантиями европейскому и еврейскому меньшинству;
– Полностью отпустить Алжир в свободное плавание.