Внезапно появившиеся головные боли наш пациент (чуть старше 50 лет) сначала пытался игнорировать, но, когда спустя две недели они стали нестерпимыми, да и общее состояние оставляло желать лучшего, пошел на компьютерную томографию, чтобы уже с результатами обратиться к врачу. Мужчина и попал к врачам - только не на прием, а сразу на операционный стол. Обследование было сделано, врачи описывали снимок, а мужчина ждал в коридоре. Внезапно состояние стало резко ухудшаться «Он буквально «поплыл», стала западать речь, - рассказывает врач-нейрохирург Пушкинской больницы имени профессора Розанова В.Н. Нина Николаевна Вознесенская. - В коридоре мы его и поймали, в прямом смысле этого слова. Посмотрев снимок, взяли в операционную. Если бы он в этот момент был где-то на даче, к примеру, мы бы его уже не спасли - состояние было критическое. Во время операции (трепанации черепа) мы убрали 200 мл крови, гематоме, судя по ее виду, было около 2 недель. Травмы не было, но повредить сосуд достаточно лег
Внезапно появившиеся головные боли наш пациент (чуть старше 50 лет) сначала пытался игнорировать, но, когда спустя две недели они стали нестерпимыми, да и общее состояние оставляло желать лучшего, пошел на компьютерную томографию, чтобы уже с результатами обратиться к врачу. Мужчина и попал к врачам - только не на прием, а сразу на операционный стол.
Обследование было сделано, врачи описывали снимок, а мужчина ждал в коридоре. Внезапно состояние стало резко ухудшаться «Он буквально «поплыл», стала западать речь, - рассказывает врач-нейрохирург Пушкинской больницы имени профессора Розанова В.Н. Нина Николаевна Вознесенская. - В коридоре мы его и поймали, в прямом смысле этого слова. Посмотрев снимок, взяли в операционную. Если бы он в этот момент был где-то на даче, к примеру, мы бы его уже не спасли - состояние было критическое. Во время операции (трепанации черепа) мы убрали 200 мл крови, гематоме, судя по ее виду, было около 2 недель. Травмы не было, но повредить сосуд достаточно легко и в повседневной жизни».
Уже на следующий день после операции мужчина стал ходить, речь вернулась, через неделю его выписали. На 10-й день, во время перевязки, на которые он продолжал ходить, сняли швы. «Конечно, сейчас есть некоторый косметический дефект, - продолжает Нина Николаевна, - но он ходит в кепочке, а через полгода мы поставим ему титановую пластину, и будет опять красавчик».
Нейрохирург признается, что хоть совпадений не бывает, но в ее более чем 20-летней практике это вторая подобная ситуация. «Иду по коридору, перед кабинетом КТ стоят мужчина с женщиной, - вспоминает она. - Мужчина начинает сползать по стене. Подхожу - речь бессвязная. Говорю: «Срочно брить голову и в операционную». Женщина (это была его жена) в шоке, мы быстро завозим его на КТ - огромная гематома. Побрили и в операционную. Прошло много лет, а мы до сих пор общаемся. Там тоже не было травмы, просто головная боль и общее недомогание. Не надо терпеть боль! Боль - защитная реакция организма, это сигнал, что где-то что-то не так. Боль терпеть вредно - надо искать ее причину».