Наша жизнь полна разрушений, мы сталкиваемся с ними каждый день и каждый день вынуждены им сопротивляться. Перспектива катастроф, болезней, лишений и утрат - все это отнюдь не добавляет устойчивости и равновесия. Разумно ожидать, что извечное и столь тяжелое давление жизни со всей ее непредсказуемостью и жестокостью соединит нас друг с другом, активизирует наше стремление беречь и созидать все то ценное, что у нас есть. Поразительно, насколько многогранны наши попытки противостоять бесчисленным деструктивным силам: мы флуктуируем от упования на науку до слепой надежды на мистическое и сверхъестественное, надеясь взять под контроль хотя бы крохотный кусочек своей жизни.
Но, может, что не менее поразительно, - это то рвение, с которым мы присоединяемся к разрушению и продолжаем его. Как мы делаем это Деструктивное частью собственной жизни, инвестируем в него и заботимся о его эффективности. Это ставит в тупик любого, убежденного в стремлении человечества к жизни, свободе, счастью, пропагандируемым из каждого утюга. Дедушка Фрейд писал о теории инстинкта смерти, постулируя, что в каждом человеке есть глубинная деструктивность, стремящаяся уничтожить все живое, что есть вокруг. Благо, он также писал и об инстинкте жизни, благодаря которому мы в той или иной степени остаемся способны противостоять своим самым разрушительным стремлениям. Жизнь полнится противоположностями и лишь благодаря им остается возможна: любовь и ненависть, создание и разрушение, рождение и умирание.
Однако порой наша психическая энергия меняет свое направление самым кардинальным образом. Злость и агрессия, направленные вовне, обращаются против нас самих. Любовь и привязанность, принадлежащие внешнему миру, становятся достояниями нашего собственного Я. Все это происходит, как правило, бессознательно, и бывает крайне непросто отличить созидательные тенденции от тенденций разрушительных. Так, вроде бы поощряя себя вечером после тяжелого дня вкусной едой, я могу в глубине атаковать себя и свое стремление улучшить свое здоровье. Или наоборот, казалось бы, конструктивно и созидательно направляя себя в спортзал в выходной день, я могу истощать собственные силы и аутоагрессивно вгонять себя в глубочайшую функциональную яму. В чем разница и как правильно понять поведение человека? Как в японском языке - исследовать контекст и анализировать. Сложный и нудный навык, но достижимый и крайне полезный.
У каждого разрушения всегда есть функция, цель, которую оно преследует. Порой маленькое разрушение позволяет избежать глобального. Животные отгрызают себе лапу, попадая в капкан. Человек наносит себе увечья, чувствуя опасную переполненность невыносимыми переживаниями. И то, и то - деструктивность, позволяющая тем не менее продлить жизнь. Цена всегда разная. Этой цене мы, как правило, находим объяснение - верное или ошибочное, но всегда резонное. Разница в том, осознает ли человек свое разрушение и берет ли на себя (сознательно-бессознательно) ответственность за него. Кто-то вовсе не пытается понимать происходящее, как бывает в случаях глубокого алкоголизма или наркомании, и лишь упорно движется по пути распада. Кто-то полностью берет на себя ответственность, кто-то перекладывает ее на внешние события (происходящие порой в силу их собственных бессознательных стремлений). Кто-то оказывается не способен ни понять происходящее, ни увидеть свою роль в нем. Об этих очень разных случаях мы и попробуем подумать в обозримом будущем.