В эфире передачи Михаил Хазин и Дмитрий Дробницкий обсудили следующую тему:
Дмитрий Дробницкий:
Кадровые изменения в Китае показывают, что и в китайском руководстве тоже полного единства в отношении курса, по крайней мере тактического, нет.
А это значит, что они могли обсуждать только одну насущную вещь, которая действительно могла привести либо к конфликту, либо к его отсрочивание, а именно 13 января 2024 года. То есть на наш, русский, старый Новый год, там как раз будет самое веселье.
Учитывая, что ситуация политическая сильно поменялась, то есть Китай повысил ставки, когда все оппозиционные партии объединились и присягнули Гоминьдану и его кандидату в президенты, который требует немедленно начать интеграцию с материковым Китаем, - это повышение ставок.
А Соединенные Штаты этого не хотят. Обе страны имеют возможность во внутренние дела этого непризнанного острова вмешаться. И, очевидно, что вокруг этого тут же начнётся конфликт.
Михаил Хазин:
Понимаешь, я-то эту ситуацию понимаю так. Что проголосуют они, вне всякого сомнения, за Гоминьдан. То есть голосов у него будет очень много. Но считать будут Соединенные Штаты Америки. И вот тут-то и возникнет самое интересное. Понимаешь, я с этим сталкивался в других местах. Аналогичный случай был в городе Бердичев. По этой причине я прекрасно понимаю, что американцы посчитают со своей точки зрения правильно. Вопрос состоит только в том, что массовые выступления они удержать на Тайване не смогут. Проблемы как посчитать у них нет. У них проблема в том, как сделать так, чтобы там не произошла, как в Китае, жёлтая революция. Вот это их волнует.
Дмитрий Дробницкий:
Я могу сказать следующее. Если выборы действительно будут посчитаны неправильно и будут с мест раздаваться, условно, с Тайваня, возгласы «Гоминьдан топчут, наших бьют», то Си будет очень плохо, если он не вмешается. Это первый момент.
Второй момент: не стоит забывать, что кандидат в президенты от объединительной партии, от Гоминьдана, это все-таки мэр Тайбэя. Это человек, обладающий невероятным влиянием в центре страны, прямо в столице и так далее.
То есть на самом деле посчитать ровно по-американски тоже будет затруднительно, это тоже конфликт. С ним надо будет что-то делать. И это тоже беда. Но его могут посадить, например, может исчезнуть куда-нибудь. Но это снова поставит Си перед необходимостью начинать конфликт, потому что, в противном случае, во внутриполитической китайской кухне, с учётом её напряжённости, мы видим просто по интенсивности отставок.
Михаил Хазин:
Ты меня прости, но не так давно мы видели в Японии Синдзо Абэ. Вот какой-то фанатик возьмет и в процессе предвыборного митинга выстрелит. Что мы, не видели что ли никогда этого?
Дмитрий Дробницкий:
Здесь не так просто потому, что в Гоминьдане есть скамейка, и эта скамейка будет вопить, кричать и требовать Си Цзин Пина, говорить ему: "Ты лопух или ты вмешаешься?" Вот что они будут говорить.
Синь Цзин Пин не может проявить слабость, потому что на внутреннем, так сказать, фонде у него начнутся проблемы.
Вот ты спрашиваешь: есть ли у них стратегическое видение? У кого-то, может быть, и есть. И, скорее всего, оно есть у нескольких людей. Но проблема стоит в том, что быстро развивающиеся события прямо сейчас, на политическом контуре, они не дают им возможности остановиться и сказать: слушайте, давайте подумаем на 3-4-5-10 лет вперед.
Какие 5-10 лет вперед? Ты о чем вообще? Какой ремонт в доме, который горит? На три месяца - да. Давай тушить, давай тушить. Вот, на мой взгляд, вот проблема. Поэтому ты всегда спрашиваешь, есть у них концепция? Да, есть. Проблема в том, что ее высказать некогда. Развивается все очень быстро. На мой взгляд, вот основная у них проблема.