Когда рисунки Николая Фешина мне попались впервые на глаза, поняла, что что-то про его творчества я упускаю и не понимаю. И неверно оцениваю, главным образом потому, что вижу регулярно его произведения в групповых выставках. Странным образом соседние произведения влияют или подбираются так, что творчество Николая Фешина до сего момента оказывалось вне поля зрения.
Кажется на выставке "Три коллекции" в Русском музее была его "Капустница". Вспоминаю, как замерла перед ней в недоумении. Определенно мне эта картина нравилась. Что-то в ней было от тончайшего кружева, переливы узоров которого хочется рассматривать и рассматривать. Здесь нет выпуклых персонажей, есть намек. А уж как этот намек понять - личное дело каждого. И все же недоумение. На фоне других картин изображение смотрелось как заросли мелкой полевой травы на поляне. Вроде есть роскошный ковер, а не понятно. Впечатление усиливалось ясными образами с соседних картин, размывали и разбивали тонко построенную композицию. Чтобы рассмотреть нужно время, место и пространство, которого на выставке в Русском музее не было.
И вот я уже спешу в Академию художеств. По большей части из-за желания увидеть рисунки Фешина живьем. Надеялась, что что там будет и графика. Но нет. Жаль. Последнее время я увлеклась изучением графики. Почувствовала в ней вкус и интерес. Началось увлечение с рассматривания рисунков Шишкина на его выставке. Тогда я с изумлением обнаружила, что картинки на компьютере выглядят иначе, чем если их видишь вживую. Многие детали пропадают при небольшом формате. Тем не менее рисунки Фешина мне попались поначалу в соцсетях и заинтересовали.
Возрождение. Вот что пришло сразу. Неожиданно. Как он это делает?
Впрочем, понятно. Если вы когда-либо пробовали рисовать более ли менее профессионально, то знаете, что такие потертости можно сделать массой способов. Это и материал - уголь. Он чудесным образом стряхивается с бумаги. Клячка, которая убирает лишнее. Резинка, которую опытный художник использует как карандаш наоборот. Палец, которым можно что-то растушевать или ослабить тон. Графитовая или угольная крошка... ну вы поняли.
Вот именно это мне и было интересно. Очень хотелось рассмотреть вблизи.
Присмотревшись, можно увидеть, что у художников Возрождения вполне конкретная штриховка, ощупывающая форму. Эффект состаренности с пропусками, шероховатостями, той красотой, которую я так люблю, сообщает время. Изменяет цвет карандаш, бумага. Со временем появляются пятна, заломы и рисунок оживает. Приобретает свою долгую историю.
Оставляю за кадром вопрос, почему на выставке "Николай Фешин и Степан Ерьзя" не было графики. Возник он вот сейчас, кажется странным. Впрочем, скорей вопрос больше касается сохранения рисунков. Бывая на выставках, вы наверняка обращали внимание на весьма сдержанное освещение в местах расположения графики. Рисунки имеют тенденцию выцветать под световыми лучами. Поэтому освещение приглушается, а сами рисунки оформляют под стекло. Невозможность организовать качественное освещение рисунков могли привести к тому, что на этой выставке графика отсутствует. Это одна из причин. Возможны и другие: нехватка пространства, другие задачи (приоритет показать именно живопись)
Но "Капустница" вдруг приобрела другое звучание. Дробившееся изображение среди работ других художников интересным образом собиралось в целое. Было и время, и место, и пространство.
Портреты
Оказались другими. Да и зарисовки портретов совсем иные, чем наброски фигур. Словно существуют два разных направления, восприятия. Человек и "событие". Из которых художнику больше интересна персона, человек. Многофигурная композиция, такое ощущение, что распадается на тонкие нюансы неспроста. Свойство художника подмечать тончайшие нюансы движения мимики играет здесь в некотором смысле злую шутку. Мешает собирать и конкретизировать пространство, отказываться от неважного в пользу главного. Впрочем, я не смогла отказать себе в удовольствии сделать фото фрагментов. Богатая фактура, разные приемы заставили меня провести достаточно времени перед картиной. Насладиться деталями.
Портреты
Оказались другими. Меньше детализации, но живые! Не зря Николай Фешин, ох не зря был учеником Репина. То, что дробит большую сюжетную картину, собирается в портрете, четко расставляя нюансы и детали там, где они необходимы. Отсекая лишнее.
В жанровой композиции теряется исчезает портрет (или персонализация) человека. Все элементы картины подчиняются общему впечатлению художника от происходящего. Сравните жанровые произведения Василия Сурикова. Мы видим каждого. Каждый персонаж в картине персонифицирован. Он имеет свою историю. В итоге произведение смотрится клубком историй, переплетенных в одном моменте.
Портреты
Становятся отражением истории, которую художник рассказывает нам посредством карандаша/кисти. Карандаша в большей степени для меня, чем кисти. Не мешает дёрганный фон. Посмотрите на портрет Сапожников. Спокойный фон - а каждая черточка обоев системно прорисована художником. Не аппликация, как я сначала подумала, увидев эту картину. И вот этот спокойный фон ограничивает фокус. Заостряет, концентрирует взгляд на лице.
Задумалась о том, что излишне проработанные фоны в его портретах мешают. А вот незаконченные, с пустым холстом гораздо лучше. Свойство некоторых натур - любовь к тончайшим цветовым отношениям, как у Фешина, работает не всегда в хорошую сторону. Очень легко увлечься и тогда портрет уже растворяется в картинной плоскости.
Словом, мне бы хотелось, чтобы фон был более нейтральным. Но это ничуть не уменьшает колоссального впечатления от его портретов.
Умение передавать разные эмоции, разное "содержимое", свойственное конкретному человеку - это умение у художника не отнять. Недавно я писала про небрежность в живописи Константина Коровина. Здесь та же "небрежность". И то, что я называла в его жанровых картинах дробностью, под другим углом зрения можно назвать легкостью и точностью. Потрясающим умением передать тончайший колорит. При этом в его портретах маслом легко можно проследить графические приемы. Там, где в графике потертость, "историю" можно соотнести с титанической аналитической работой, в живописном портрете смотрится как сделанное за один час.
Интересно, то в графике все же присутствует линия. Контур. Деликатный в одних и достаточно ясный в других портретах. В живописи Фешин линией не пользуется, словно отрицает ее. По сути это так. Линия, штука достаточно условная. Ее видит художник. Ее делает художник. При помощи линии художник отделяет один предмет от другого. Фешин скорей линию трактует как край цветового пятна, плоскости. Можно вспомнить Моне с его плавкими и нежными картинами. Фешин энергичен главным образом за счет свободных, решительных мазков, работы мастихином, неровных слоев краски.
Выскажу мысль, с которой вы можете поспорить. Мне кажется важным понимание значения фона в портретах. Фон для чего? Тему эту я понимала краем и в статье про Шилова, уж простите, хоть к нему как и к Сафронову нельзя относиться серьезно. Если заглянуть в историю, то наши, русские портреты были достаточно утилитарными. Интерьер, окружающие предметы подсказывали нам так или иначе кто перед нами.
Фешин, на мой субъективный взгляд, интересовался человеком. Его взаимодействие с окружающим для художника было слишком сложным механизмом. Это не плохо в том смысле, что Фешин внимателен к деталям. Он видит каждую "ресничку". Такое глубокое и подробное видение усложняет и утяжеляет в некотором роде живопись. Даже несмотря на воздушность мазка и деликатное прочтение цветовых отношений.
В графике он отбрасывал фон. Портреты становились ясными. Самодостаточными. Энергия мазка в живописных портретах, некоторая размашистость живописи, создает лишний шум. Побуждает задать вопрос о может быть излишней увлеченности цветом, колоритом, фоном и невозможностью иногда сказать себе в нужный момент "стоп". А может быть и непониманием, зачем этот фон нужен. Для чего он его пишет. Чтобы заполнить пространство? На выставке мне больше понравились портреты его кисти, где фоном служил полупустой холст. Эти же портреты у меня больше ассоциировались с его графическими как логическая связь, продолжение и прием.
Понимание для чего художник изображает контекст в портрете наполняет живопись дополнительным смыслом. Да, это про ту же утилитарность, полезность. Но не только. Мы как зрители в первую очередь взаимодействуем с общим - с фоном. Через него уже погружаемся в личность. Фон - некоторый мостик. Особенно, если личность нам незнакома. Мы ищем какие-то символы, знаки, близкие нам и через них идем к впечатлению от портрета.
Поэтому его произведения у меня в групповых выставках вызывали легкое недоумение.
Скажу, что я предпочитаю больше неоднозначных художников. Живопись которых недельно выработана. Есть ошибки. Есть эмоции. Есть труд и чувствуется пытливый ум. Когда художник ищет. Увлекается, погружается так, что порой невозможно остановиться.
Но повторюсь, это мое впечатление.
Напишу еще раз, вдруг вы не читали статью про выставку, проходящую в Академии художеств им. И. Репина. Спокойный, сложный по цвету фон успокаивает некоторую дробность картин, собирает их.
Сходите.
Понравилась статья? Вот здесь можно поблагодарить Автора за вдохновение и на вдохновение: