За день до прибытия корабля в Крым, разыгрался страшный шторм. Корабль жутко качало на волнах,большинство пассажиров плохо себя чувствовали.
Назлы и Сюмбюль лежали пластом, Лука ощущал дурноту временами, Хюррем неплохо переносила плавание, но порой и ее подташнивало. Лишь маленькая Михримах и Рустем чувствовали себя хорошо.
- Мама, а что с Назлы? - с испугом спросила крошка.
- Девочка моя, она болеет. Я тоже неважно себя чувствую, но Назлы очень-очень плохо...
- Она умрет? - с ужасом воскликнула девочка.
- Нет, Михримах. Все будет хорошо, как только закончится шторм, Назлы почувствует себя лучше.
В это время в дверь постучались и в каюту вошла Гюльшах.
- Как вы? - с неожиданной для нее сердечностью спросила женщина. - Я смотрю вы все плохо переносите шторм. Сюмбюль лежит зелёный, я не успеваю ему тазики менять. Бедняга, ему так дурно. Лука тоже неважно себя чувствует. Один Рустем молодец - из него вышел бы хороший моряк.
- А я тоже себя хорошо чувствую! - похвалилась Михримах. - Значит я тоже могла бы стать морячкой!
- Да, Михримах, - улыбнулась Гюльшах. - Ты умница. Госпожа, как ваше самочувствие?
- Я то почти нормально, - откликнулась Хюррем. - А вот Назлы плоха. Она, как и Сюмбюль очень плохо себя чувствует.
Гюльшах подошла к Назлы, спросила ее о самочувствии и принесла больной попить. Затем женщина покинула каюту.
- Жалко, что Лука болеет, - надула губки Михримах. - Кто мне расскажет сказку? Кто поиграет со мной?
- Михримах, давай я расскажу тебе сказку, - произнесла Хюррем, и обняв дочь начала ей что-то рассказывать. Однако сказка не пришлась Михримах по душе.
- Мама, ты не интересно рассказываешь! - заявила девочка. - Все твои сказки похожи на одну!
- Ну, Михримах. Наверное, я плохой рассказчик...
В это время в дверь постучались.
- Да, Гюльшах, - вздохнула Хюррем.
Но в каюту вошла не Гюльшах, а Рустем.
- Госпожа, как вы?
- Все хорошо, Рустем. Гюльшах только что приходила, спрашивала. Назлы плоха, а я с Михримах нормально.
- Рустем, мама не хочет рассказывать мне сказки, - пожаловалась Михримах.
- Михримах! Как тебе не стыдно! Я рассказываю, но тебе не нравятся мои сказки.
- Мне нравится, как их рассказывает Лука, но Лука болеет, - продолжала откровенничать Михримах.
- Госпожа, если позволите я расскажу сказку.
- Ты? - Хюррем с удивлением уставилась на Рустема.
- Ну да, я. Попробую поведать сказку, которую нам рассказывала матушка. Итак, в одном королевстве жила была принцесса...
К удивлению Хюррем, Михримах с интересом слушала сказку Рустема.
Сюжет сказки был таков - принцессу хотели выдать замуж за принца, но она не любила его, и сбежав с простым парнем стала жить в деревне, отказавшись от своего королевства.
Рустем очень увлекательно рассказывал сказку, и сама Хюррем слушала ее с удовольствием.
- Ты прекрасный рассказчик, Рустем, - заметила Хюррем. - Даже мне было интересно слушать эту сказку.
- Рад, что вам понравилось, - поклонился Рустем. - А теперь с вашего позволения, я пойду к себе.
**************************
Когда корабль наконец прибыл в Крым, вид у большинства путешественников был довольно помятый. Назлы еле шла, ее сильно шатало. Выглядела служанка очень плохо,и Хюррем неоднократно задавала себе вопрос - а надо было брать в поездку Назлы? Лучше бы она взяла Софию...
Сюмбюль охал и кряхтел, как старуха, этим он вызывал сильное раздражение Хюррем.
- Сюмбюль, ну что ты кряхтишь, как старая бабка?
- Ох, госпожа, ну это же невозможно - это плавание по морю совсем выбило меня из сил! А теперь нам надо ещё доехать до вашего села...
- Помог бы лучше Рустему и Луке найти экипаж, - раздражённо бросила Хюррем. - От вас с Назлы никакого толку.
Лука и Рустем наконец-то нашли подходящий вариант. Они купили четырех лошадей и наняли кучера.
Двух лошадей запрягли в карету, а на двух остальных уселись Лука и Рустем.
Хюррем, Назлы, Михримах и охающий Сюмбюль поехали в карете.
Хюррем пристально всматривалась в родные места.
"Как все знакомо, и в то же время незнакомо", - размышляла Хюррем. "Тут было село, а сейчас не его месте пепелище... А здесь, наоборот был лес, а теперь на его месте выросла большая деревня. Сколько же всего поменялось за девять лет! Моя родная земля, моя родина. Как я соскучилась..."
На глазах Хюррем выступили слезы.
- Мама, ты что, плачешь? - Михримах увидела, как по щеке Хюррем потекла слеза.
- Это от счастья, Михримах, - тихо произнесла султанша. - Я возвращаюсь домой, в родные края, где прошло мое детство.
Михримах с интересом уставилась в окно, но не увидев там ничего интересного, пожала плечами.
- Не знаю, мне тут не нравится. Лучше нашего Топкапы ничего нет.
- А твоя бабушка хотела, чтобы Крым тебе понравился, - заметила Хюррем. - Она ведь тоже родом из Крыма.
- А почему она этого хотела? - рассеянно спросила Михримах, следя из окна кареты за полетом птицы.
- Ну во-первых, это наша родина, а во-вторых бабушка хочет, чтобы ты когда выросла переехала в Крым.
- Бабушка меня совсем не любит, - захныкала Михримах. - Она хочет оставить меня здесь?
- Нет, Михримах, ты не поняла, - терпеливо объясняла Хюррем. - Бабушка хочет, чтобы ты когда стала взрослой, вышла замуж за какого-нибудь крымского вельможу.
- Не хочу за крымского! Хочу замуж за Бали-бея, - закапризничала Михримах, и Хюррем поспешно перевела разговор на другую тему.
Михримах уже два года была влюблена в Бали-бея. Влюбленность конечно была детской, но временами это раздражало Хюррем. Если Михримах начинала говорить про Малкочоглу, ее было трудно остановить. Маленькая султанша была без ума от прославленного воина. Она по-детски восхищалась мужчиной, и считала его своим идеалом.
Никакие разговоры о том, что Бали-бей женат, да к тому же старше тебя на 24 года, не могли переубедить Михримах. Султанша верила своим детским бесхитростным умом в то, что Бали-бей предназначен ей судьбой. На все разговоры взрослых Михримах находила свои ответы.
- К тому времени,когда я подрасту, Армин умрет, - беспечно говорила девочка. - И тогда я выйду замуж за Бали-бея.
Кроме того, Михримах искренне считала, что Бали-бей всегда будет таким же молодым и красивым и никогда не состарится.
Валиде посмеивалась над причудами внучки, и говорила, что все это пройдет. Хюррем так не считала - она видела, что дочка не по годам развита,и что она очень упряма. Кроме того, разговоры о Малкочоглу могли длиться часами, и это также не нравилось Хюррем - она предпочитала, чтобы ее девочка больше играла в куклы, а не думала о женихах.
Хюррем, переведя разговор на другую тему, стала рассказывать дочери о своем детстве. Рассказ заинтересовал не только Михримах, но и Сюмбюля с Назлы. Им было интересно, каким же было детство их прославленной и любимой госпожи.
И вот наконец родное село. В нем все изменилось - старых домов нет, их сожгли татары. Несмотря на изменения, Хюррем узнала свое село, и ее сердце болезненно защемило.
Лука подъехал к карете.
- Вот наш дом, госпожа, - произнес Лука, и шепнул Хюррем на ухо. - Все остаётся в силе?
- Да, Лука, - поспешно шепнула Хюррем. - Я сама поговорю с Марией, все остаётся в силе.
Мария выйдя на шум, увидела около дома двух всадников и карету.
- Лука! - воскликнула она, узнав в одном из всадников мужа.
Лука, соскочив с коня, подошёл к жене.
- Мария, здравствуй, любимая! Я вернулся и вернулся на один, а с гостями...
Мария ахнула - во втором всаднике она узнала Рустема. Затем из кареты вылезли Сюмбюль, Назлы и Хюррем с Михримах.
- Александра! - Мария забыла про все на свете и крепко обняла подругу.
- Здравствуй, Мария, я очень рада тебя видеть. Если можно, я бы хотела серьезно с тобой поговорить. Наедине.
Мария кивнула, в ее сердце вползла тревога - почему Хюррем оказалась здесь, и что за серьезный разговор?
- Пойдем в дом, Хюррем, - произнесла Мария. - Лука, отведи пока лошадей на конюшню и займись гостями. Пока мы разговариваем с Хюррем,можешь показать им наш сад.
Едва переступив порог дома, Хюррем увидела мальчика, игравшего с чем-то в углу.
Сердце Хюррем бешено забилось - это был ее сын - Абдулла.
Женщина не смогла сдержать своих эмоций. Она подалась к мальчику, и чуть слышно прошептала:
- Абдулла, сынок...
- Что ты говоришь, Хюррем, я не расслышала? - не поняла Мария. - Знакомься, это мой Васятка.
- Вот о нем то я и хочу поговорить, - твердо произнесла Хюррем. Мария с недоумением смотрела на подругу.
Хюррем рассказала Марии все без утайки и рассказала ей о своем плане.
Мария, с любовью и нежностью глядя на сына, прослезилась:
- Хюррем,кто бы знал,что у нас будет один ребенок на двоих? Вася, иди сюда родной, познакомься - это твоя вторая мама.
Васятка подошёл, хмуро посмотрел на Хюррем.
- У меня одна мама, - наконец произнес ребенок.
Хюррем мокрыми глазами посмотрела на подругу - сын ее так и не узнал...
А вскоре в избу зашел Лука.
- Ну долго вы ещё будете лясы точить, - заявил он. - Гости уже устали ждать! Хюррем-Александра, как тебе не стыдно - твоя дочка уже кушать хочет и отдыхать!
- Лука, - Хюррем сидела с потерянным видом. - А ведь Абдулла меня даже не узнал.
Лука с жалостью посмотрел на султаншу, затем он подошёл к женщине и крепко ее обнял.
- Он ещё маленький, Александра, и пока ничего не понимает. Когда он станет постарше, мы все ему расскажем.
- Хорошо, Лука... - выдохнула Хюррем. - Я на это надеюсь.
*************************
Мария не ждала такого большого количества гостей, и поэтому поначалу она просто налила каждому по кружке с квасом и дала по куску хлеба.
- Уж, извините,не ждала гостей, - развела она руками. - Сейчас начну готовить...
- Сюмбюль, Назлы, помогите Марии! - распорядилась Хюррем.
Назлы покорно кивнула, а Сюмбюль попробовал сопротивляться.
- Госпожа, да чем я могу помочь?? Я же не Шекер-ага! Готовить я не умею. Надо было Шекера брать, а не меня!
- Сюмбюль! Ты будешь делать то, что тебе скажет Мария, - промолвила Хюррем.
- Да что я могу сделать? - ершился Сюмбюль.
- Для начала, порежешь лук, Сюмбюль-ага, - произнесла Мария и поставив перед евнухом доску, нож и луковицу, подмигнула Хюррем.
- Аллах, Аллах! - воскликнул Сюмбюль, закатив глаза. - За что мне это?
****************************
Через некоторое время был готов обед, который состоял из гречки с говядиной и яичницы с луком - бедно, скудно, но для Хюррем этот обед был более родным,чем все дворцовые трапезы.
Хюррем делала вид, что у нее все хорошо, улыбалась и шутила.
- Кстати, - объявила она. - Совсем забыла сказать. Василий не мой сын. Так что гостим у Марии пару дней, и возвращаемся домой!
Лука и Мария переглянулись - они поняли, что это была ложь и таким образом Хюррем решила оставить сына у них.
Остальные же открыли рты - они приняли признание Хюррем за чистую монету.
- Но как-же так, госпожа, - промямлил Сюмбюль. - Мальчик, ваша копия и...
- Сюмбюль! - Хюррем гневно посмотрела на евнуха. - Это не мой сын! Запомни это раз и навсегда!
Признание султанши ошарашило всех. Михримах с разочарованием смотрела на Васятку, с которым уже успела подружиться...
*****************************
Ночью Хюррем вышла на крыльцо. Ей было нестерпимо душно, болела душа и разрывалось сердце. Сев в саду на скамейку, султанша наконец дала волю чувствам и разрыдалась.
Проплакав минут десять, Хюррем спиной почувствовала чье-то присутствие. Обернувшись, султанша увидела за собой печально стоявшего Рустема.
- Извините, госпожа. Я пошел за вами, ибо боялся, что вам может стать плохо, - промолвил Рустем.
Хюррем попыталась объясниться:
- Видишь ли, Рустем. Я так разочарована в том, что Васятка не мой сын...
- Кого вы обманываете, госпожа, - перебил Рустем султаншу. - Я не Сюмбюль и не Назлы. Я понял, что вы хотите оставить Абдуллу у Луки с Марией, и решили соврать, якобы этот мальчик не ваш сын. Вам жалко Луку и Марию, кроме того, вы думаете о законе Фатиха и поэтому решили оставить ребенка здесь.
- Рустем! - прошептала Хюррем. - Откуда ты все знаешь?
- Я догадался, госпожа. Вы приняли мудрое решение. Вашему сыну будет лучше здесь, а когда он вырастет, его приемные родители все ему расскажут. Он будет знать,чей он сын, но будет жить здесь и находиться в безопасности.
- Ты прав, Рустем. Я плачу не только из-за вынужденной разлуки с едва найденным сыном. Я плачу ещё потому,что он не узнал меня, свою родную мать.
******************************
Утром Хюррем-султан была снова бодра и весела. Ее ночные слезы, выдавали лишь припухшие красные глаза.
- Ночью вспомнила свою погибшую семью, всплакнула, - пояснила Хюррем за столом и тем самым избежала лишних вопросов.
Затем дети пошли в сад играть, а Хюррем села за стол и стала писать письмо Сулейману.
В это время Лука, Рустем и Сюмбюль с Назлы пошли прогуляться по селу.
Закончив, писать письмо, султанша встала, потянулась и сказала Марии:
- Пойдем в сад к детям.
Женщины вышли, но детей в саду не оказалось.
- О, Аллах! Где же они! - воскликнула Хюррем. - И почему никто не смотрит за детьми? Где Назлы?
- Все пошли прогуляться, - оправдывалась Мария. - А я сказала детям, чтобы они не выходили из сада на улицу.
- Мария! Ты идиотка! - в сердцах крикнула Хюррем и помчалась за ворота. - Возможно, Васятка и послушается, но Михримах...
На улице детей также не оказалось.
- Михримах!! - кричала Хюррем.
- Василий! - вторила ей Мария.
Внезапно в ближайших кустах раздался шорох, и вскоре из них выбрался Васятка.
- О, Аллах! - выдохнула Хюррем. - Скажи,где Михримах?
- А ее здесь нет, - просто ответил мальчик. - Она ушла с тётей.
- С какой ещё тётей? - Хюррем схватилась за сердце.
Из обрывочных показаний Васятки удалось выяснить вот что. Вначале дети играли в саду. Затем Михримах стало скучно, и она потянула Васятку на улицу. Там они стали играть около забора. Внезапно откуда-то взялась женщина в сестрой одежде. Она позвала Михримах и дала ей яблоко.
- Тетя и меня звала, но я не пошел. Она тоже предложила мне яблоко, но я испугался и убежал.
- Михримах, глупое дитя, - прошептала Хюррем, и тут же сорвалась на ушедших слуг. - Назлы, Сюмбюль, как они посмели уйти! Назлы вообще перешла все границы!
- Хюррем, это я виновата, не надо было оставлять детей одних в саду. Я же не знала, что Михримах такая активная, - пыталась оправдаться Мария.
- Ищи быстрее этих болванов! - выпалила Хюррем. - Пускай они разделятся и ищут Михримах. Думаю похитительница не могла далеко уйти.
Продолжение следует.
Было интересно? Ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал, чтобы не пропустить новых публикаций.