На вечернее небо цвета спелой тыквы невесть откуда навылезали облака. Они всегда вылезают по вечерам, чтобы искупаться и покрасоваться так и сяк в золотистых закатных лучах. Стоишь, любуешься, замечаешь, как недолговечна эта красота, и думаешь: а не испечь ли мне тыквенный кекс? Такой же оранжевый, как этот закат. С нежной сочной мякотью и коричневой хрустящей корочкой с трещинками. А потом, горячий, полить мёдом. И пригласить нас двоих к кому-нибудь в гости. К тем, кто тебе будет искренне рад. Ну, или хотя бы кексу... Маленькие радости большой жизни...
На вечернее небо цвета спелой тыквы невесть откуда навылезали облака. Они всегда вылезают по вечерам, чтобы искупаться и покрасоваться так и сяк в золотистых закатных лучах.
Стоишь, любуешься, замечаешь, как недолговечна эта красота, и думаешь: а не испечь ли мне тыквенный кекс? Такой же оранжевый, как этот закат. С нежной сочной мякотью и коричневой хрустящей корочкой с трещинками. А потом, горячий, полить мёдом. И пригласить нас двоих к кому-нибудь в гости. К тем, кто тебе будет искренне рад. Ну, или хотя бы кексу...
Маленькие радости большой жизни...
