С одной стороны, СНЕГИРИ Андрея Козловского – просто очень хорошая песня, с другой – это повод поговорить и о счастье, и о печали, и о разочарованиях, и о такой прекрасной глупости юности.
Сам-то Андрей давно бросил писать подобные песни. Повзрослел, помудрел, или наоборот, растерял что-то, что позволяло бесстрашно говорить какие-то бессвязные, но прекрасные слова, доходившие до самого сердца едва не каждого, кто их слышал.
Я и вовсе давно бросил писать все, что хотя бы отдаленно напоминает стихи, но нет-нет, да и приснится, что не бросил. Может, и ему иногда снится, что он пишет что-то этакое. Один наш общий знакомый, прекрасный казанский автор Сергей Бальцер в свое время по поводу подобных снов высказался категорично – «но выспишься, и все проходит». Наверное, так и должно быть, и в обычной жизни об этом не жалеешь и даже не вспоминаешь. «Так откуда взялась печаль?»
Некогда, на казанском еще альбоме Андрей перед этой песней читал небольшой стих:
Словно клавиша - кнопка звонка,
Только нот не прочту в темноте.
Узнаешь? - этой твой музыкант
И его непослушная тень.
Удивляешься? Дай мне войти
И спиной прислониться к стене.
Я, как ветер, навеки в пути,
Вспоминала ли ты обо мне?
Не отталкивай и не прощай,
Видишь - сам на себя не похож.
Прошепчи, если поздно кричать,
Промолчи, что меня узнаешь...
Тоже, скажу я, не ахти какая гениальная поэзия, но все это вместе умело наполнить сердце какой-то сладкой болью и светлой печалью. О чем? Да не важно о чем. Подсознание дорисует и гениальность стиха и песни, и даже собственные как бы воспоминания о чем-то подобном. Жаль вот, что подобное пишется в основном в юности. Потом понимаешь, как все устроено и из чего состоит, стихи становятся крепче, умнее, образнее, объемнее, но те самые гении, которые в античной мифологии попросту почтальоны богов, прилетать перестают. Как бы больше незачем – ты все умеешь, и все можешь сам без чьих-то там подсказок. А заставлять тебя оторвать зад от удобного дивана, пойти взять перо и бумагу – не дело богов, или их почтальонов. Есть осторожное предположение, что гении эти только с юными и общаются, ну или с теми, в ком юность не проходит с возрастом.
Пару лет назад, когда я записывал интервью на РАВНОДЕНСТВИИ с Витаковым, заговорили как раз о том, что в чистой поэзии молодым намного легче реализоваться, чем в авторской песне. Песня более требовательна к наличию судьбы. Не уверен, что эта мысль – истина в последней инстанции, все-таки песня наша где-то до конца 90-х оставалась делом молодых и подхватывалась в основном молодыми. Она и по сей день могла бы оставаться такой, кабы не искусственный разрыв преемственности, связанный с развалом страны. Это ведь не только у нас произошло, разрыв поколений случился практически во всех направлениях творчества. Кино вон по сей день этот разрыв преодолеть не может, у них молодые и не очень грамотные победили и разогнали мастеровитых стариков – вот и смотреть нечего. У нас ситуация оказалась ровно противоположной, старики слишком многого и, к тому же, странного стали хотеть от молодежи, вот и слушаем в основном стариков. А к старикам почтальоны богов-то не прилетают. Понять бы это вовремя! Но, увы, все мы крепки задним умом. А у многих же только задний ум и работает.
Я не стану, конечно, подобно Юрию Левитанскому писать тут свое «Послание моим юным друзьям», да и не густо на этом канале юных бардов. Хорошо, хоть сколько-то есть, неплохо и то, что я почти всех их знаю. Они порой даже что-то важное говорят мне, но не в комментах, пишут в личку. И это – тоже последствия поколенческого разрыва. Вот им хочется сказать – пишите, ребята. Вы уже отлично играть и петь научились, вы уже понимать все умеете и даже говорить об этом меж собой – пишите. Это очень нужно. И не важно, что ничего совершенного вам не написать в ближайшее время, не важно, что мы по своей старперской привычке вам расскажем, в чем вы не правы. Не для нас пишите, друг для друга, просто для себя пишите, гении только к вам залетают. А, может, просто снегири, но если один из нах забьется в груди – это то же самое.
А Андрей иной раз тут почвляется, пару раз даже что-то забавное черкнул в комментах. Ему-то я точно ничего советовать не буду, сам все понимает, умеет, и сам давно уже своих гениев и снегирей разогнал, чтобы не мешали писать объемнее, умнее, образнее и музыкальнее. Все это прекрасно, все это мы тоже любим и слушаем, но мы-то ладно, не о нас речь. А я вот и сам видел, как разглаживаются морщинки на твоем уже не молодом лице, когда ты вдруг вспоминаешь и поешь свои юношеские вещи. Жаль только, редко это случается.