Найти тему

Особенности национальной охоты или как мы француза в Рыльск возили

Еще один частый вопрос, на который приходится постоянно отвечать владельцам борзых: «А вы с ними на охоту ездите?» После утвердительного кивка обычно идет уточнение : «А куда?»

Случай, о котором я хочу рассказать, произошел больше двадцати лет назад в городе Рыльске. Это один из самых старинных городов России и расположен он в 120 км от всем известного Курска. В нем сохранилось немало памятников архитектуры, но такой популярностью как Суздаль или Ростов Великий он не пользуется. Большинство россиян о нем даже никогда не слышали.

Ищем зайца
Ищем зайца

Туда, в маленькую деревню, расположенную в пятнадцати километрах от города, мы и отправились на охоту. Вернее, на испытания. В чем отличие? Во-первых, на испытаниях работа собак отсуживается экспертами, а во вторых, есть много ограничений, касающихся самого процесса охоты. Нельзя пускать собак ближе 25 метров, нельзя мешать чужой работе, и прочее.

Примерно за два дня до отъезда мне позвонила одна из экспертов и спросила, знаю ли я французский. «Кроме пардон муа и се ля ви – ни слова» - честно ответила я. «А английский?» - с английским более-менее хорошо. «Ну и отлично! Там нужно будет на вокзале одного француза подхватить. Хочет посмотреть на нашу охоту. Он по-английски говорить не очень любит, но понимает, да и выхода у него нет!» - обрадовала меня женщина.

Собираемся на испытания
Собираемся на испытания

Я начала задавать бесконечные уточняющие вопросы. Как выглядит, как зовут, как я его узнаю?

«Он сам тебя узнает по собакам» - подвела черту судья. «Билет у него есть, только посадить в поезд и довезти до места, а там мы вас встретим!»

В согласованное время я заняла наблюдательный пункт в самой середине просторного холла. Кроме рюкзака, примерно одного со мной роста, у меня в руках были три русских борзых. Семья. Мама Даная, папа Славный и их сын Дерзай. Я вглядывалась в бесконечный поток людей, боясь, что иностранный гость или не найдет меня, или мы не узнаем друг друга, или еще какое-нибудь «или». Ровно за двадцать минут до отъезда он появился! Не узнать его было невозможно. В коротком английском плаще и красном берете, он вез за собой серебристый чемодан на колесиках. Сказать, что он выделялся в толпе обычных пассажиров южного направления - это не сказать ничего!

Отдых после работы
Отдых после работы

- Фредерик Маршаль! – представился мой будущий спутник по путешествию. Я пожала руку и сказав, что нам нужно побыстрее двигаться, стала втискиваться в лямки своего рюкзака. Галантный француз немедленно перехватил мой багаж, выразительно крякнув по поводу его веса.

- Сколько километров до Рыльска? – это был первый вопрос, который он задал, когда мы с тремя собаками разместились на сидячих местах экспресса.

- Около пятисот, - ответила я.

- А сколько идет поезд? – поинтересовался он.

- Почти девять часов.

- Это не экспресс! – резюмировал французский гость. – У нас за пять часов можно доехать от Парижа до Перпиньяна.

Мои знания обогатились названием французского города, расположенного в паре десятков километров от границы с Испанией.

И снова ищем зайца
И снова ищем зайца

Со временем я поняла, что вопрос расстояний для него важен. Он задавал его постоянно: Сколько от вокзала до дома, сколько от дома до рынка, сколько от дома до реки, и так до бесконечности.

Прибыли мы уже в полной темноте. Француз немедленно оповестил нас, что вот этого, вот этого и вон того созвездий - у него во Франции не видно. Не иначе, готовясь к путешествию, он не исключал возможности ориентирования по звездам.

За время пути я узнала, что он - конезаводчик, живет в Бретони, и его лошадей покупают даже в Англию. Также у него есть несколько ирландских волкодавов (борзые 10-й группы), и посмотреть настоящую охоту – его мечта.

Утро перед охотой
Утро перед охотой

Утром, цветущий и благоухающий, он вынес к завтраку (мы жили большой компанией в большом, с двумя печками, деревенском доме) коробку печенья. И каждое следующее утро удивлял нас бесконечным количеством захваченных из дома, или купленных специально в дьюти фри конфет, крекеров, пряников и прочих сластей. Мы, в свою очередь, удивляли его блинами на завтрак, и гречкой с блинами и пивом – на ужин. Если попадался заяц, меню разнообразилось блинами с зайчатиной, а пиво заменялось шампанским или, если погода была не очень – водкой.

Утром перед испытаниями нам надлежало отправиться в город, чтобы оформить путевки. Это документ, подтверждающий заключение договора об оказании услуг в сфере охотничьего хозяйства между охотпользователем и охотником, и получить его можно непосредственно в охотничьем хозяйстве. Там прописано, сколько и каких зверей может добыть охотник за сезон.

Усталые, но довольные
Усталые, но довольные

Правление, где выдавались путевки, было расположено недалеко от городского рынка. Фредерику путевку не оформляли, поэтому договорились, что встретимся у входа через полчаса. Едва я вышла, француз в нетерпении потянул меня к стоящей у входа кляче. Она меланхолично жевала губами, и с моей точки зрения не представляла никакой племенной ценности.

- Что это? – он показал куда-то в районе головы.

- Дуга, хомут, - я не очень сильна в терминах.

- Да нет! Вот это! – он указывал на висящий посередине колокольчик.

- Колокольчик – пожала плечами я, не очень понимая вопроса.

- А зачем он тут?

- Колокольчик? Ну, лошадь бежит, колокольчик звенит. Красиво и слышно.

- Типик ля рус, - не то одобрил, не то подытожил собеседник.

Ну, да. И типик, и ля рус. Такие вот мы, любим чтобы красиво.

И снова в путь
И снова в путь

День в плане поисков зайца выдался совсем неудачным. Пара очень далеких встали на пашне, но никто из собак не пометил. Усталые, возвращались в полной темноте вдоль шоссе.

Вдруг мой постоянно задающий вопросы спутник оживился и, кажется, забеспокоился. Он оживленно показывал мне куда-то в темноту и старался привлечь мое внимание к чему-то важному. Я посмотрела в направлении его руки и почти одновременно услышала звук автомобиля. Еще через несколько секунд мимо, без света фар, проехала раздолбанная «четверка»

- Водитель – кошка! – не то с восторгом, не то с испугом повторял Фредерик.

- Почему кошка? – устало спросила я.

- Он видит в темноте! – ты разве не заметила, что машина была без огней?!

- А ну, да! Тут многие так ездят! – пожала плечами я.

- Оооо! Типик ля рус! – снова заметил наш иностранец.

Привал. Попоны для того, чтобы издалека можно было различить работу собак одного окраса
Привал. Попоны для того, чтобы издалека можно было различить работу собак одного окраса

Появление машины без габаритных огней произвело на него настолько невероятное впечатление, что он молчал всю оставшуюся дорогу.

Дома мы решили налить французу водки. Кто их знает. Вдруг он заподозрил водителя в покушении на его жизнь. Надо было поднять в госте боевой дух.

Водка оказала свое действие, Фредерик расслабился. Затем многозначительно подняв указательный палец произнес: «Я понял, для чего колокольчик!» - и немного помолчав, резюмировал: «Лошадь бежит в темноте, и его слышно! Все русские ездят в темноте!»

- Ну, так я тебе сразу это и сказала!

- Типик ля рус! – снова ответил любитель русской экзотики, и переполненный впечатлениями дня отправился спать.

Хотите узнать продолжение? Подписывайтесь! У нас про борзых и не только!