Микуньская пересылка сталинского образца, семьдесят шестой год.
Ночь. ШИЗО. Ужасно холодно, спать невозможно, курева на три скрутки, под нарами беснуются крысы. Двадцать шесть человек в камере.
Петр Рубаненко, шепелявый ухтинский бродяга и воришка тридцати семи лет, держит прикол и смешит всех без исключения. Весельчак и простяга, он имел неосторожность послать при всех хозяина по известному адресу. И вот уже четвертый раз получает по пятнадцать суток через день после выхода. Причина всегда находится, всем понятно, за что его морят. Но Петр не унывает, полон оптимизма и энергии. Невозможно без улыбки смотреть на эту физиономию, умора.
Вот он рассказывает нам, за что вообще сидит; возмущен до глубины души.
— На привозе вертанул пиджачишко... Не новый, ношеный такой, думаю, пятерку все равно дадут, чего не взять, взял. Ну иду значит, к пивнушке, предлагаю одному, другому, третьему... Не берут. Не берут, и все!
Я и так и сяк кручу, нахваливаю, не берут. В пиджачке-то ничего, расческа да билетик на автобус, что ли. А, отдам за трешку, думаю. Предлагаю за трешку — не берут! С час вертелся у пивнушки, без толку!
Тут одна баба с мужиком подходят, я уже и здесь!
"Земляк, говорю, как раз на тебя, прикинь... " Смотрю, баба зыркнула оком, я быстренько к ней... Короче, поторговались— отдал за четыре рубля.
Ну, похмелился я с приятелем, думаю, надо что то пожрать. А время десять утра, жрать охота, караул! С вечера не жрамши! Гляжу, идут какие-то двое, и тот корешь с бабой, что пиджак взяли. Я хотел было свалить, куда там! Ко мне...
— Где пиджак взял?
— Купил, говорю, часа два назад. Купил за пятерку. Немного мал, ну и отдал за четыре им... — показываю на бабу с тем типом. Бить накинулись, гады! Оказывается, хозяин узнал свой пиджак, а те привели его ко мне.
Повязали, одним словом, дело... Я, понятно, в несознанку, не брал, и все! Шесть суток в КПЗ били, и айда на тюрьму. Статья сто сорок четвертая, блин! Четыре года дали за пиджак. Ну дали-то еще нормально, могли бы пятерик вмазать, обидно просто... В пиджаке том, как выяснилось на суде, сорок семь рублей было в тайном кармашке! За трешку предлагал! Испарились деньги-то, да-а! Те, как и я, в несознанку, а я, в натуре, в глаза не видет денег-то! Бросил бы пиджак и три дня гудел себе. Сорок семь! Хозяин уперся, говорит, были, и все, свидетелей нашел, карман тайный показывал... Четыре года! Вот дыбани, дыбани хорошо сразу, три дня гудел бы, три дня! Дурак, одним словом, невнимательный я, невнимательный. Всю жизнь страдаю за это. Свободы не иметь, вот все так и было! Может, закрутим одну на всех, а? Курить охота, караул!
автор: Павел Стовбчатый