Самым сложным оказалось понять, с чего следует начать поиски Стива. В бортовых журналах военных Алекса не нашла записей о его пребывании где-либо. С одной стороны, эта новость заставила меня выдохнуть: он не в тюрьме, что не могло не радовать. С другой – пират оказался той самой иголкой в огромном стогу сена. Он буквально мог находиться в любой галактике, в любом измерении, в любой точке вселенной.
Я решила оправиться в то измерение, где мы последний раз виделись. Опрометчиво было заявляться в тот же паб, из которого меня забрали военные: я все еще чувствовала, как огромная тень Брюса нависает надо мной. Но остановиться нам все же пришлось.
Почему-то мне подумалось, что именно такая закусочная может приглядеться Стиву. Внешне она очень напоминала бревенчатую хижину, какие обычно строят в лесах сторожи или лесорубы. Внутри убранство не пестрило роскошью: просторное, довольно светлое помещение, большие деревянные столы, такие же удобные скамейки. На стенах висели картины с потрясающими пейзажами: были в них и морские глубины, и кривые хребты высоких гор. Мне вдруг подумалось, что это заведение было чересчур земным. Да и из посетителей я не заметила никого, кто хотя бы отдаленно не напоминал человека.
За барной стойкой сидели двое крепких мужчин, потягивая не менее крепкие напитки из больших тяжелых стаканов. Бармен стоял немного поодаль от них, протирая свою рабочую поверхность. Юноша, на вид чуть старше меня, имел довольно колоритную внешность: темные вьющиеся волосы, большие пухлые губы, глаза, цвета солнечного янтаря, в ухе красовалось маленькое золотое кольцо. Мускулистые руки натирали до блеска бокал, из-под рукава черной футболки выглядывал черный узор татуировки. Видимо, я слишком увлеклась изучением незнакомца, что от него не ускользнуло. Лицо молодого человека озарилось широкой улыбкой, он подошел поближе.
– Доброго дня, сеньора. Могу я вас чем-нибудь угостить? – он оперся на стойку по обе стороны от меня. Интересно, здесь для всех такой сервис?
– Боюсь, что нет, я пришла сюда не ради напитков, – я поймала на себе недоумевающий взгляд бармена. – Я ищу одного человека.
***
День не задался с самого утра. Пирата разбудили тревожные вести: его любимая лошадь пропала. Не выспавшийся и рассерженный он направился на ипподром. Прошло уже несколько недель с момента, когда его златовласая спутница угодила в руки к армейцам. По началу, Стив всерьез раздумывал над тем, чтобы бросить все свои силы на ее поиски и спасение. Но какая-то его часть, по всей видимости отвечающая за логику, находила эту идею очень сомнительной. Они здорово поругались в тот день, наговорили друг другу много лишнего. Где гарантии, что, даже если он каким-то чудом сумеет ее отыскать, она согласится пойти с ним? Поэтому, раздосадованный очередной потерей в своей жизни, Стив решил заняться тем немногим, что приносило ему удовольствие.
Он всегда любил лошадей. Еще с детства маленький пират не пропускал ни одних скачек, на которые его водил отец. Ему нравилось наблюдать за бегом резвых жеребцов, слышать мерный стук их копыт и видеть ветер, гуляющий в их загривках. Обычно, подобный детский интерес у многих быстро проходит, но Стив оказался тем самым удивительным исключением. Лошади всегда оставались частью его жизни, что бы в ней не происходило. Свои первые деньги он заработал на конюшне, убирая стойла и насыпая животным овес. Многим такая работа приходилась не по душе, поэтому хозяин ипподрома был очень рад любой помощи.
Возможно, свою роль в его трепетном отношении к этим существам сыграла генетическая память: лошади одни из немногих земных животных, которых успели спасти и успешно адаптировать к новой жизни в космосе. Многим внеземным существам пришлись по вкусу столь прекрасные создания, причем в прямом смысле этого слова. Черные рынки были забиты мясом краденных лошадей. Вот только людей такое положение дел совсем не устраивало. Отец Стива с другими неравнодушными общими усилиями сумели добиться официального запрета на содержание лошадей где-либо еще кроме большого ипподрома, а также запрета на куплю и продажу лошадиного мяса. Вот только, подобное сопротивление системе не могло остаться безнаказанным.
Дверь с грохотом отворилась, пират фурией влетел в помещение, сопровождаемый беспокойным ржанием.
– Что значит пропала? – Стив схватил за грудки мальчишку-конюха, который и без того был довольно напуган. – Она что, взяла и испарилась из стойла? Я зачем тебе плачу, чтобы ты мне сказки рассказывал?
– Сэр, когда я пришел утром, ее уже не было, – голос конюха звучал надломлено. Видимо, судьба лошади беспокоила его не меньше, чем собственная. – Сторож сказал, что ночью она еще была в стойле.
Пират с досадой что-то пробубнил себе под нос. Сторожи на ипподроме имели большой грешок за душой – выпивали во время работы. Стиву не раз самому приходилось будить перебравших доходяг, поэтому он питал доверия к их словам. Мужчина решил осмотреть стойло, в надежде найти хоть какую-то зацепку. Внутри все было по-прежнему: старое сено под ногами, полная кормушка, чистая вода в ведерке. Словом, ничего не вызывало подозрений. Кроме одного – на задней стороне деревянной дверцы был выцарапан символ.
– Похоже на рыбу, – мальчишка почесал затылок.
Неприятное чувство завладело пиратом, словно сама тьма просачивалась из своих недр, протягивая к нему щупальца. Лошадь пропала не случайно. Ее украли.
Стив не знал, кому могло понадобиться красть его кобылу. Безусловно, ему много раз предлагали продать ее за довольно кругленькую сумму, но, получав решительный отказ, эти люди его больше не беспокоили. Все дело в том, что для Стива она была бесценна. Серебряночка стала последним подарком его отца, прежде чем он его лишился. Серый в яблоках жеребенок стал единственной отдушиной, единственным родным существом для мужчины. Стив вырастил ее и вырос вместе с ней, поэтому эта лошадь была ему особенно дорога. Внимание пирата привлек клочок бумаги, завалявшийся под ногами.
«Возвращена дарителю по известному адресу».
Руки с силой сжали записку. Все происходящее походило на какое-то безумие, словно кто-то решил сыграть с ним в злую шутку. Вот только Стиву уже было совершенно не смешно. Меньше всего на свете ему хотелось возвращаться туда, где его никто не ждал уже многие годы.
– Я поеду к отцу.
***
Каждый сантиметр небольшого помещения был пропитан безумием. Повсюду на столах стояли приборы и колбы с различными жидкостями, рядом с ними в горшках росли селективные растения причудливого вида, которые Стив сразу окрестил уродцами. Освещение было минимальным: одна старая, уже доживавшая свой век лампа и настольный торшер. Казалось, что каким бы позитивным ни был настрой входящего сюда человека, сквозящее ото всюду уныние быстро брало над ним верх.
Он не навещал отца уже несколько лет. Прогрессирующая деменция не оставляла никаких шансов на то, что старик признает в этом грозном бородатом мужике своего сына. Стив не мог выносить его безумного взгляда и отрешенного голоса, не мог смотреть, как человек, воспитавший в нем все лучшее, что у него есть, медленно сходит с ума. Пират нанял ему личную сиделку и регулярно отправлял к отцу знакомого доктора, который докладывал о состоянии старика. Прогнозы были не утешительными: с каждым годом состояние ухудшалось. Вот и сейчас, сидя на старом запятнанном кресле, Стив лично убеждался в этом.
Его отец был ученым биологом, одним из тех, чей задачей было спасти и восстановить как можно больше земных биологических видов. Он занимался селекцией растений, выводил новые сорта зерновых и прочих культур, приспособленных для выращивания в космосе. Он был человеком с большой буквы, его уважали, к его мнению прислушивались. К несчастью, даже самые светлые умы забирает неизбежная старость. Вот и сейчас, он сидел напротив своего сына, поглаживая седую бороду, и совершенно его не узнавал.
– Так, зачем Вы ко мне пришли? Я Вас никогда раньше не видел, – послышался горестный смешок пирата.
– Отец, я пришел к тебе, потому что пропала Серебряночка. Помнишь нашу лошадь? – ответом послужил пустой взгляд совершенно потухших карих глаз.
– Говорите, Вас зовут Стив? На днях я провел эксперимент по скрещиванию батата и брюссельской капусты, хотите посмотреть? – шаркающей походкой он стал пробираться к своим бесконечным пробиркам. На лице Стива застыла дежурная улыбка.
Конечно, отец всю жизнь посвятил науке. Не удивительно, что теперь, будучи уже старым и больным человеком, он продолжал заниматься тем, что так любил. Горько было лишь от того, что он совершенно позабыл свою семью, позабыл своего единственного сына. Каждый раз, когда Стиву приходилось навещать старика, он уходил от него с большим комом в горле и огромной дырой в сердце. Тяжело наблюдать, как чье-то солнце угасает, особенно, если это солнце твоего родителя.
– Нэн, подойди, пожалуйста, – пират окликнул сиделку. В комнату вошла женщина на порядок старше бородача. Ее большие темные глаза всегда смотрели на него с той нежностью, с которой мать смотрит на своего ребенка.
– Уже уходите? Подождите, я совсем забыла, – она вдруг стала торопливо шарить по карманам своей одежды. Маленькие пухлые ручки протянули ему записку. – Вчера приходил человек, просил вам передать.
Недолго думая, Стив схватил несчастный клочок бумаги и принялся изучать содержимое. На одной стороне красовался тот же символ рыбы, что был вырезан в стойле, на другой – послание.
«Малыш Джонни подскажет тебе, где искать последний ключ».
***
С семьей Джонни Стива свел его пиратский дух. Еще будучи юнцом, он часто наведывался к ним в «Тортугу» – их семейную закусочную. Вечера они проводили за играми и выпивкой, обсуждая предстоящие налеты. Джонни был пиратом, каких Стив еще не встречал: пылким, рьяным, бесстрашным. Он никогда не разменивался на мелочи, всегда брал по-крупному, убежденный, что от этой жизни нужно брать все. Его семья никогда не позволяла Стиву чувствовать себя одиноким. За многие годы их дружбы он ни разу не чувствовал себя чужим: его любили и заботились, как о родном человеке. Конечно, никто не одобрял их работу: разбой и пиратство всегда порицались в стенах «Тортуги», но это не отменяло того, что все они были и остаются одной большой семьей. Малыш Джонни со временем отошел от пиратской жизни, погрузившись в семейный бизнес и бытовые проблемы, но это не помешало им сохранить теплые отношения друг с другом.
Вот и сейчас, входя в двери такого родного помещения, его встречали с широкой улыбкой и выпивкой.
– Братец Стив, рад тебя видеть. Давненько ты к нам не заходил, старина, – бармен протянул ему руку для крепкого приветствия. – Присаживайся, налить тебе чего-нибудь?
– Не откажусь, спасибо. Я пришел по делу, Джонни, – пират сделал глоток. В его стакане находился виски, бессмертная классика. – Кто-то украл мою Серебряночку и теперь водит меня за нос.
– Знаю-знаю, новости печальнее некуда. Кому же ты успел так сильно насолить, братец?
– Хотел бы я знать. Думал, может ты поможешь мне разобраться, – Стив протянул бармену записку. – Вы явно с ним знакомы.
Янтарные глаза юноши загорелись каким-то странным озорным огоньком, заставив пирата поежится. Джонни присвистнул.
– Смотри, дружище, – он указал на соседнее от Стива место. На деревянном столе была выцарапана все та же проклятая рыба. – Записку тебе тоже оставили, держи.
«На этом же месте в восемь вечера. Ты получишь все ответы»
– Что за дерьмо, Джонни? Кто оставляет мне эти подсказки? – бармен широко улыбнулся, покачал головой.
– Ты скоро сам все узнаешь, дружище.
***
Для вечера в выходной день было, на удивление, не густо. Лишь парочка завсегдатаях сидели в дальнем углу, поедая фирменный мясной рулет. Лишь войдя в знакомые двери, сердце Стива забилось чаще. Он не понимал, с чем связанно его волнение: от предстоящей встречи с похитителем или же от чего другого.
За барной стойкой сидела незнакомка с длинным каре, потягивая какой-то темный напиток. Собравшись с мыслями, Стив подошел к ней и присел рядом. Руки его похолодели, дыхание стало шумным и нервным. Вопросов становилось лишь больше: кто эта девушка и почему ей понадобилась его лошадь?
– Добрый вечер, мисс, – незнакомка молчала. – Могу я узнать, какого черта происходит? Зачем вы выкрали мою кобылу?
Брюнетка неожиданно встала, отходя в тень. Джонни, все это время натиравший бокалы, отложил тряпку, внимательно наблюдая за происходящим. Руки пирата сжались в кулаки, он встал, намереваясь подойти к девушке, но остановился, услышав знакомый голос.
– Мама все-таки не научила тебя обращаться с дамами, – ее рука потянулась к макушке. На пол упали темные волосы, которые все это время были париком. По плечам рассыпались золотистые локоны. Она повернулась, выходя в свет. На пирата смотрели глаза, горящие синем пламенем.
– Рыбка?
Ноги мужчины подкосились, он упал на колени, все еще не веря происходящему. В руках девушки искрились, кружась в плавном танце, три светящихся силуэта, почти просвечивающихся насквозь. Это были маленькие эферы.
– Наконец-то я тебя нашла, – мой голос дрогнул от подступивших слез.
Стив закрыл руками лицо, истерично засмеявшись. Как же давно я не слышала его голос. Он смотрел на меня, продолжая стоять на коленях и улыбаясь. Казалось, мы оба не верили в происходящее. Я сделала пару неуверенных шагов вперед.
– Мне казалось чудовищной несправедливостью оставлять тебя. Пришлось потрудиться, отвалить крупную сумму за маскировку: продавцы черного рынка берут не сколько за товар, сколько за молчание. Я многое узнала о здешних порядках, многое удалось узнать и о тебе, Стив. Знаешь, мне вдруг захотелось стать феей и исполнить твое желание. Я знаю, где нам искать эферов.
Пират встал и, неожиданно, заключил меня в объятия. Я чувствовала, как сильно бьется его сердце.
– Одно желание ты уже исполнила, – шепотом проговорил он, прижимая меня к себе крепче. – Я так скучал.