Найти в Дзене
Петербургский Дюма

О ЧЕХОВЕ⁠⁠

...и даже двух Чеховых — упомянутом в начале цитаты АнтонПалыче и его младшем брате и биографе, авторе воспоминаний "Дядя Гиляй" МихалПалыче. А основноё рассказ — о Владимире Алексеевиче Гиляровском (1855-1935), журналисте, писателе и выдающемся знатоке Москвы. Но не только. Однажды, ещё в самые ранние годы нашего пребывания в Москве, брат Антон вернулся откуда-то домой и сказал:
— Мама, завтра придет ко мне некто Гиляровский. Хорошо бы его чем-нибудь угостить.
Приход Гиляровского пришёлся как раз на воскресенье, и мать испекла пирог с капустой и приготовила водочки.
Явился Гиляровский. Это был тогда ещё молодой человек, среднего роста, необыкновенно могучий и коренастый. <...>
Жизнерадостностью от него так и прыскало во все стороны. Он сразу же стал с нами на "ты", предложил нам пощупать его железные мускулы на руках, свернул в трубочку копейку, свертел винтом чайную ложку, дал всем понюхать табаку, показал несколько изумительных фокусов на картах, рассказал много самых рискованных ан

...и даже двух Чеховых — упомянутом в начале цитаты АнтонПалыче и его младшем брате и биографе, авторе воспоминаний "Дядя Гиляй" МихалПалыче.

А основноё рассказ — о Владимире Алексеевиче Гиляровском (1855-1935), журналисте, писателе и выдающемся знатоке Москвы. Но не только.

Однажды, ещё в самые ранние годы нашего пребывания в Москве, брат Антон вернулся откуда-то домой и сказал:
— Мама, завтра придет ко мне некто Гиляровский. Хорошо бы его чем-нибудь угостить.
Приход Гиляровского пришёлся как раз на воскресенье, и мать испекла пирог с капустой и приготовила водочки.
Явился Гиляровский. Это был тогда ещё молодой человек, среднего роста, необыкновенно могучий и коренастый. <...>
Жизнерадостностью от него так и прыскало во все стороны. Он сразу же стал с нами на "ты", предложил нам пощупать его железные мускулы на руках, свернул в трубочку копейку, свертел винтом чайную ложку, дал всем понюхать табаку, показал несколько изумительных фокусов на картах, рассказал много самых рискованных анекдотов и, оставив по себе недурное впечатление, ушёл. <...>
Гиляровский был знаком решительно со всеми власть предержащими, все его знали, и всех знал он; не было такого места, куда бы он не сунул своего носа, и он держал себя запанибрата со всеми, начиная с графов и князей и кончая последним дворником и городовым. Он всюду имел пропуск. <...>
Он был принят и в чопорном Английском клубе, и в самых отвратительных трущобах Хитрова рынка. <...>
Не было такого анекдота, которого бы он не знал, не было такого количества спиртных напитков, которого он не сумел бы выпить, и в то же время это был всегда очень корректный и трезвый человек.
Гиляровский обладал громадной силой, которой любил хвастануть. Он не боялся решительно никого и ничего, обнимался с самыми лютыми цепными собаками, вытаскивал с корнем деревья, за заднее колесо извозчичьей пролётки удерживал на всем бегу экипаж вместе с лошадью. В саду "Эрмитаж", где была устроена для публики машина для измерения силы, он так измерил свою силу, что всю машину выворотил с корнем из земли.

Эх... Были ведь на Москве писатели полтораста лет назад!

Читать авторские книги, комментировать эксклюзивные публикации, порой вступать в переписку с автором — эти и другие приятные возможности с начала 2025 года получают подписчики аккаунта "Премиум". Стартовый минимум — цена пачки дешёвых сигарет.
Подписывайтесь, потолкуем.

★ "Петербургский Дюма" — название авторской серии историко-приключенческих романов-бестселлеров Дмитрия Миропольского, лауреата Национальной литературной премии "Золотое перо Руси", одного из ведущих авторов крупнейшего российского издательства АСТ, кинотелевизионного сценариста и драматурга.
Иллюстрации из открытых источников.