В ноябрьские праздники мне несказанно «повезло». Вот прямо перед выходными загремела я со своим младшим фруктиком в больницу.
Так вышло, что это было необходимо. На все мои: «А можно ли остаться дома? Это же праздники, что нам там делать?», доктор сказал: «Там он будет под присмотром врачей, а если будешь дома, то скорая может ехать долго!»
Что ж… Пришлось подчиниться.
Кто лежал с детьми в больницах, поймут меня. Для меня, как для мамы, это настоящий ад.
Сева у меня неугомонный. Есть, конечно, дети неугомоннее его, но спокойствием он точно не отличается. В общем, поскольку сыну 8 лет, мне сказали, что он по идее должен лежать уже сам.
А если я хочу с ним, то нам могут выделить только одну койку на двоих.
Я была согласна. Положили нас в палату с мальчишками. Удивительно для меня, что такая палата во всём отделении одна. В основном в других палатах лежали мамы с грудничками, подростки девочки, и несколько девочек возраста моего младшего сына, но без родителей.
И вот наша палата была укомплектована следующим образом: парень 16 лет, мальчик 13 лет, мальчик 14 лет, парень 17 лет (в январе будет 18), 10 летний мальчик и я с Севой.
Ну сказать, что неудобно с такими взросляками взрослой тёте в палате находиться, ничего не сказать. Особенно когда они «парили». Мне пришлось выходить из палаты с сыном, до полного проветривания.
Того семнадцатилетнего привезли в тот же день, что и нас.
И это было очень своеобразно. В палату вошёл ребёночек ростом 186 см. Койка для него оказалась коротковатой. А что делать.
Парень, конечно, накосячил сильно. Его в полночь поймали ППСники за нетрезвый вид, ну и за то, что после десяти он не дома. Парню было плохо, вот его и по скорой отправили в соматическое отделение для отрезвления. Нашли родителей.
И вот заходит мама. Маленькая такая женщина, наверное, ростом не больше полутора метров. Смотрит она на сына и врача. Врач собирает анамнез.
Мама рассказывает:
— В год сломал обе ноги, в два года обе руки, в три года сломал шею, в восемь лет два раза вырезали аппендицит (да-да, вы не ослышались). В девять лет сломал позвоночник и был прикован к постели. В одиннадцать опять сломал обе руки. В прошлом году на мотоцикле разбился. Собирали по кусочкам. И вид у той мамы знаете какой был? Мне её было очень жалко.
Она всё-всё рассказала и ушла.
Парни потом активно делились своими жизненными устройствами.
Те, что постарше, учатся в колледжах.
Один работает после занятий в автосервисе.
Другой — монтажник интернет линий в МТС (тот, что 186 см).
Ну а остальные — школьники.
Были интересно услышать опыт подростков, поскольку у моего на носу окончание школы и он ещё не определился.
Вот так и жили вместе такой толпой почти неделю.
А что стало с тем мальчиком?
Его выписали за день до нас.
Сначала пришла мама и забрала его вещи.
А потом!
А потом в палату вошёл его младший брат на костылях и сказал:
— Максим, я тоже приехал на твою выписку.
Бедная, бедная мама… Осталось немного, и её старшему сыну стукнет 18. ППСники уже не будут разыскивать родителей. Начнётся самостоятельная жизнь.
И дай бог, чтобы она была полна счастливых моментов!
Ума нашим детям и благоразумия! А мамам спокойствия и счастливых глаз.
Всем доброго воскресенья и удачной новой недели!