4. Южный Олений и другие острова
У острова Южный Олений мы ночевали во время первого похода. Это довольно большой остров, поросший смешанным лесом. Дело было в августе, и мы там очень душевно паслись в обширных малинниках, которые кое-где были объедены, кажется, медведем.
Остров необитаем, но в прошлом был весьма и весьма посещаемым. На Южном Оленьем когда-то давно добывали лучшую в России известь. Уважающие себя люди, да будет вам известно, белили печи только онежской известью. Но мы тогда, в 1986 году, ничего такого не знали: давеча – это вам не теперича. Сейчас можно залезть в Интернет и нарыть любую информацию, а тогда «Амазонка» просто пришла к незнакомому острову, имеющему явно насыпной длинный мол, у которого было очень удобно причалить. И мы, бродя по лесу, обнаружили там, кроме уже упомянутых малинников, довольно странные сооружения: длинные параллелепипеды, сложенные из камней, с рядами глубоких «нор» с двух сторон.
Помимо этих сооружений на острове имелись разрушенные бараки, над которыми нависала покосившаяся вышка, а кое-где на берегу мы натыкались на остатки спутанной колючей проволоки. То есть, небольшой лагерёк там в своё время точно функционировал. Однако назначение тех каменных сооружений осталось для нас загадкой. Теперь-то ясно, что это были печи для отжига извести. У меня много лет хранился светло-серый камешек с рыжей кляксой лишайника, прихваченный с Южного Оленьего.
Кижские шхеры – весьма обширный архипелаг, и острова, образующие его, порой расположены столь кучно, что кажется, будто яхта петляет по лабиринту, из которого нет выхода. Мы обшарили немалое количество этих островов, самых разных и по размерам, и по природе. Одни не оставляют сомнений, что ты – на Севере: скалы, хвойный лес и огромные валуны, покрытые то бархатным, то колючим на вид мхом самых разных оттенков. Другие – низкие, с редко растущими берёзами и земляничными полянами, – моментально переносят тебя в среднюю полосу России. На одном таком «земляничном» островке мы обнаружили справную баньку, которая ещё не успела остыть. И – ни одного человека вокруг, – ни мытого, ни грязного.
Попадались острова с возделанными участками. Какие культуры там выращивают, осталось секретом, так как урожай был уже убран. А сами участки примечательны тем, что огорожены невысокими каменными стенками. Карелия… Прежде, чем вспахать землю, её нужно освободить от бесчисленных камней.
Там, где глубина не позволяла подойти вплотную к берегу, «Амазонка» вставала на якорь, а мы добирались до острова на «Стручке» – надувной лодке, получившей название за форму и зелёный цвет. Посудина хлипкая, но двоих-троих выдерживала.
Побывали мы и на Кижах, сходили там на экскурсию, хоть не она была основной целью посещения знаменитого острова. В тот день, по предварительной договорённости, на Кижи должен был приехать Сергей, чтобы сменить Иванова, которому пора было возвращаться домой. Проводив Женьку на метеор до Петрозаводска, мы отправились осматривать достопримечательности. День был холодный, дождливый, и на нашу суровую команду (в сапогах, плащ-палатках и прорезиненных рыбацких робах) с завистью поглядывали цивильные экскурсанты, экипированные легкомысленными зонтиками. Мы утюжили насквозь промокший остров вдоль и поперёк почти до вечера, так как Серёга задерживался, и дружно пришли к выводу, что памятники деревянного зодчества при солнечной погоде смотрелись бы значительно лучше.
5. Ялгуба
Ялгуба – это длинный узкий залив, место ближайшей от Петрозаводска ночёвки. То есть, в одном походе это была первая наша стоянка на озере, в другом – последняя. Место замечательное: высокий берег, сосны, а чуть подальше от воды – длинная гряда, густо поросшая еловым лесом.
В первом походе, когда мы двигались от Петрозаводска, именно в Ялгубе, за ужином, был достойно отмечен день рожденья Лиды. Чуть позже пришла и встала рядом с «Амазонкой» ещё одна яхта, и команда соседей пригласила нас к своему костру. Капитаном там был колоритнейший мужик, похожий на пирата. Вы не поверите: с деревянной ногой.
У команды «пиратов» нашлась не только характерная для туристов гитара, но и флейта, на которой бесподобно играл один парнишка. И вот представьте:
Ночь. Искры от костра алыми змейками взлетают в небо и смешиваются там с пронзительно-колючими звёздами. Из-за гряды, царапаясь об иглы елёй, поднимается неправдоподобно огромная, перламутровая Луна. И в полной тишине плывёт, чуть дрожа, хрупкое и прозрачное волшебство, творимое пением флейты. Вот тогда, в первую же ночь, Онега и покорила меня навсегда.
Нам в тех походах досталось и штормов до семи баллов, и томного штиля, и дождей, и жаркого солнца, и ягод, и грибов, и рыбы. Незабываемых впечатлений – море. Целое море по имени Онего.
Чем ещё хорош отдых под парусом, так это абсолютной свободой (куда захотели, туда и отправились) и такой же полной отрешённостью от внешнего мира. Мы старались посещать безлюдные места, заходя в населённые пункты лишь в случае необходимости – пополнить запасы продуктов или бензина. Изредка встречались другие яхты, которыми управляли такие же бродяги из Питера, Москвы или Петрозаводска. На борту «Амазонки» имелась и даже иногда функционировала допотопная «Спидола», но экипаж принципиально не слушал новости. В сущности, нам было глубоко начхать на то, что происходит где-то там, во внешнем мире. Вот это, в моём понимании, и есть настоящий отдых.
По славному городу Петрозаводску мы всегда бегали рысью – от вокзала к порту или наоборот. В первый раз, правда, было чуть больше времени, и мы успели заскочить по пути в хозяйственный магазин. Где бы я ни бывала – а поездить по «Союзу нерушимому» довелось изрядно, – всегда заходила в книжные и хозяйственные магазины. В Петрозаводске замечательная керамика: лёгкая, хоть и толстостенная, облитая глазурью, сделанной будто из горького шоколада, с размытыми светло-серыми узорами. Маслёнка, купленная в столице Карелии, служит верой и правдой до сих пор. Ещё Петрозаводск запомнился дивным парком на берегу озера и домами, характерными для севера – стянутыми по тёмно-коричневому фону перекрестьями светлых балок.
Что же… Мы коротко прошлись «по волнам моей памяти» от Вытегры до Петрозаводска. Надеюсь, читатели не успели соскучиться. Что до меня самой… Не знаю, доведётся ли ещё побывать в тех краях, но море Онего как будто всегда где-то рядом – рукой подать. Или «чуточку прикрыть глаза»…