Как я съел чужую сосиску
Я не вор. Я из приличной семьи. Моя родословная уходит десятым коленом до родичей, которые были при дворе английской королевы. Но как порой хочется есть! Вы бы знали. Кушать обычную пищу, как все.
А эти запахи! Боже мой собачий, эти запахи вкусной и здоровой пищи: котлетки, сосиски, огурчики, слабо прожаренный стейк. Нет, не могу, я когда-нибудь съем свой язык. Вот жизнь, не хотел, но иногда приходится хитрить. Высматривать добычу и искать возможность присоединить ее к моему настрадавшемуся желудку.
Я не имею в виду, что у меня нет еды. Она есть: калорийная, сбалансированная, но сухая, в шариках, и однообразная. Оно и то же каждый день. И вот удача, он оставил на журнальном столике макароны с двумя аппетитными сосисками в красной шкурке, с запахом настоящего мяса и пошёл за чаем. Я не вор, но инстинкты побороли родословную. Я знаю приличия, и взял только одну сосиску. Да, поругали! Потом ещё поругали! Стыдно!
Я же приличный пёс, но вы бы знали как это вкусно, и за это я готов идти на любую жертву!
Кризис среднего возраста
Кризис среднего возраста — не шутка. Пока всё есть: ноги, руки, туловище, голова, но чего-то постоянно не хватает, по-простому ничего не хочется, и ты как выжженная пустыня. Снимаешь пробы, а оно все кислое или протухшее. Вышел из дома, вышел из себя и пошёл в разгул. Вот она жизнь — живи и радуйся, и потянуло на всякие приключения, и он вцепился в эту жизнь обеими руками. Вот оно как, а надолго не хватило. Первыми отказали ноги, пошли на забастовку, а потом завыступали внутренние органы и различные системы организма. Особенно сердце, кто здесь главный мотор, затарахтело оно. Печень пинала стенки живота и рвалась наружу в чистое поле. Эта неразбериха спутала все планы, и нормальная жизнь ушла на задворки. Пришлось срочно разбираться с революционной обстановкой отдельных членов некогда дружной семьи. Договорился, живёт как прежде, по-семейному, и в печали, и в радости, но по-тихому.
Конец августа
Конец августа. Ранее утро. Беседка на берегу озера. Двое пьют кофе, курят. Первый второму:
— Ты правильно сделал, что вовремя бросил большой спорт. Что он мне дал? Регалии, звания? К чему они? А ты работал, делал то, к чему твоя душа лежит. Много зарабатывал, многим помогал.
Второй: первому:
— И что? Сидим с тобой рядом, пьем кофе. У меня дача в престижном месте, у тебя сад у красивой речки. У меня большая машина, у тебя поменьше, но хорошая. Ты работаешь ещё, а я пенсионер. У тебя двое детей, и у меня двое. Вместе начинали, к одному пришли. А главное, скоро подъедут ребята, привезут шашлык. Ты представляешь? Мы знаем друг друга шестьдесят лет, с первого класса школы.
Первый задумался, улыбнулся, потушил сигарету.
— Пойдём искупаемся.
Они прыгнули с понтона в озеро и стилем «кроль» непроизвольно, не договариваясь, понеслись наперегонки.
Лето в этом году выдалось жаркое. Вода, как парное молоко.
Домашнее задание
Вечером вся семья в сборе. Родители спросили: — Сын, как дела в школе?
— Нормально.
— Уроки сделал?
— Сделал, кроме литературы.
— А что там?
— Задали сочинить стих — четверостишие.
— Ну и как?
— Не получается, в голове одно... «Вороне Бог послал
кусочек сыра...»
— Вот и напиши похожее.
— Какое похожее?
Отец с сыном ушли в другую комнату, и через некоторое
время у них получилось:
Вороне Бог сказал, не отдавай,
Ведь больше я не дам,
Жуй, клюв не открывая, будь умней. Так вкусен «Маасдам».
— На другой день вечером родители спросили: — Как дела?
Сын замялся и сказал:
— Папа, Татьяна Петровна прочитала наш с тобой написанный стих в классе и спросила: «Ты писал с кем-то?» Я ответил: «С папой». — «Твой папа жадный» «Почему?» — спросил я Татьяну Петровну.
— А она?
— Она сказала. Что мы пожалели сыр для бедной лисички.
Родители рассмеялись, а отец сказал:
— Передай Татьяне Петровне: «А что, вороне подыхать без жратвы в голодный год? Одной на морозе, без дома, без родни. А справедливость? Бог ей послал кусочек сыра, а не лисице. Та хитрючая, найдет кого одурачить».
Мальчик задумался и добавил:
— А еще Татьяна Петровна сказала, мне одному, что ты жадный, потому что в прошлом году не сдал деньги на новые окна для школы, и хитро так на меня посмотрела.
— А ты?
— А я ей ответил, что ты был в командировке и сдал деньги позже, прямо директору.
— И что? — спросил отец.
— Татьяна Петровна как-то странно скосила глаза и покраснела, — ответил мальчишка.
Утром отец заговорщически подошёл к сыну, передал сложенный листок и сказал:
— Передай от меня Татьяне Петровне стишок. На листке было написано:
С дерева падает первый жёлтый лист. Жаль, грустно,
Лето было таким недолгим.
Зимой опять замерзнем,
Через старые школьные окна сквозняк.