Глава 13
ЛЕРА:
В то же самое время Лера жарилась на солнце, пила вино и объедалась фруктами в компании Вадика и Марины. Через три дня после прибытия, в одной из бухт в посёлке Орджоникидзе троица случайно обнаружила нудистский пляж. Чтобы дойти до него, понадобилось миновать четыре бухты, преодолеть подъёмы и спуски. Идея заключалась в том, чтобы добраться вдоль моря до Коктебеля, а оттуда вернуться в Феодосию на катере. Но планы изменились. Вид голых людей, как ни в чём ни бывало разгуливающих по пляжу, заставил друзей притормозить. Если сначала стесняясь осматривались, тихо перешептывались и глупо хихикали, то примерно полчаса спустя, решительно стащили купальники и познали ни с чем не сравнимое удовольствие купания голышом, загара без следов, единения с природой.
Каждое утро, чтобы приехать на пляж уже к семи, поднимались в шесть, завтракали и топали на Центральный рынок города, где останавливались маршрутки.
Под солнцем торчали до тех пор, пока мозги не начинали плавиться. Часов до четырёх, а то и пяти вечера. С собой, по настоянию Маруси, всегда брали навес от солнца, корзину с едой, воду, карты и книги. Вконец одурев от моря и солнца, опустошив запасы провизии, возвращались домой, наскоро принимали душ и топали в город, где пили до темноты, танцевали и заводили знакомства.
Время от времени, устав от пития и бесконечных загулов, Лера оставалась дома и вела с Марусей долгие, проникновенные беседы о жизни, о семье, об отношениях.
Ей не терпелось узнать, как так получилось, что Ирина ни разу не упоминала о том, что у них с Витой имеется прекрасная бабуля, проживающая в Крыму? И какой была мама в юности? Куда подевались её родители? И прочее, прочее.
Благодаря вечерним этим посиделкам, Лера узнала много такого, о чем никогда не слышала прежде. Маруся поведала, что много лет не видела свою родную сестру Лену, мать Ирины.
- Они с мужем внезапно всё бросили, укатили в Питер, никого не поставив в известность и зажили так, будто нет ни меня, ни Ирки. А ей на тот момент семнадцати не исполнилось, школьница. Переживала она очень... Я, конечно, помогала чем могла, навещала, но Ирина во мне не нуждалась, дистанцировалась, а потом отца вашего встретила, отдалилась совсем. Не звонила, не приезжала.
- А ты? - спросила Лера, ласково поглаживая загорелую руку Маруси.
- А что я? Приехала как-то, вы тогда не родились ещё, но Ирка уже беременна была, токсикоз её мучал. Не захотела она со мной общаться, дверь не открыла...
- Да... Она может... - задумчиво протянула Лера.
- Когда вы родились, я её однажды в парке поймала, на прогулке. Но диалог у нас не сложился. Ирина ясно дала понять, что никого из родни видеть не хочет. Мне, мол, так проще. Одна, значит одна и нечего меня дёргать.
- Чего только не бывает... - Лера посмотрела на Марусю, грустно улыбнулась. - Мама всегда говорила: " У вас их нет. Разговор закрыт". - А нам с Виткой хотелось чтобы семья была ещё больше, чтобы бабушек и дедов полный комплект...
- Знаешь, Лерка, я не думаю, что случилось нечто особенное. Разновидностей семей очень много, а вот счастливых мало. Ленка искренне считала, что долг свой материнский выполнила сполна, на этом всё, пусть дочь живет как хочет, квартиру ей оставили, этого более, чем достаточно. И главное папаша-то... Дед ваш. Хрен с горы, возражать не стал, как жена велела, так и сделал.
Просто есть люди, которым не стоит иметь детей. Вот и всё. Ирка-то тоже... Не самая же нежная мать. Так? А откуда нежности взяться, если в глаза её никогда не видела? Вот и получилась Снежная королева.
- Это верно, ба, мать у нас, мягко говоря, своеобразная.
А что, кстати, с маминой квартирой? Куда она делась? Мы же на Речном всегда жили, пока родители кооператив не купили... Странно как... Ты не знаешь, ба? - заинтересовалась Лера.
- Да откуда? Нет, милая, не знаю я ничего...
- А как так получилось, что вы снова стали общаться? - не могла не спросить Лера.
- Я вашу маму в покое-то не оставляла. Тем более когда вы родились. Когда сюда перебралась, писала, звонила, звала. Но Ирка на контакт не шла. Поначалу и на письма не отвечала... А потом вдруг фотографии ваши начала присылать. Причём ни привет, ни как дела, ни единого слова. Пачка фотографий в конверте вот и всё общение. Словом, худо-бедно, а какую-никакую связь поддерживали...
Верность Арси Лера не хранила. Избегая отношений, искала секс без обязательств на ночь или две, иногда три. Не отдавая себе отчёта, Лера стремилась опровергнуть слова Ларисы, запавшие в подсознание. Выбор свой Лера останавливала на трезвых, молодых и привлекательных мужчинах, вышедших, как и она сама, на охоту. Трезвость требовалась Лере для того, чтобы увериться в своей привлекательности, поскольку пьяному всё равно, а трезвый, да при таком богатстве и разнообразии выбора, абы с кем проводить время не станет. Иногда Лере хватало лишь неоспоримого факта заинтересованности, иногда нет. Друзья её не одобряли, но и осуждать не брались. У каждого, как известно, свои причуды.
- Будь осторожна, - неоднократно повторял Вадик.
- Не забывай предохраняться, - вторила Марина.
- Хорошо, хорошо. Хватит меня грузить! - отмахивалась Лера.
Отправляясь за дичью, она внимательно шарила глазами по отдыхающим, заприметив того, кто отвечал её вкусам, некоторое время наблюдала, готовилась к прыжку. Убедившись, что спутницы нет, подходила, затевала непринуждённый разговор или просто просила прикурить.
Слово за слово, договаривались встретиться вечером на набережной.
Проделывалось подобное примерно два раза в неделю. Осечек не случалось, самолюбие тешилось, нежилось, радовалось, самооценка неуклонно поднималась. Иллюзия? Безусловно! И всё же это работало.
- Никаких романчиков, - говорила Лера, - мне это не нужно. - Только секс, без лишней мишуры.
Ей фантастически везло, приключения обходилось без эксцессов.
В августе вместе с Шуриком и Мухой прикатил Арси.
Его немного смущало присутствие Вадика в компании Леры, и мужчина решил нагрянуть без предупреждения, чтобы своими глазами увидеть, ЧТО происходит.
По приезде разделились, отправились на поиски, согласно тому, как расписывала свои передвижения Лера, когда звонила в Москву.
Троицу нашёл Арси. Он увидел Леру в прибрежном баре, где терраса раскинулась у самой воды, а плотный навес надёжно защищал от солнца. Лера сидела в плетёном кресле, удобно перекинув через подлокотник длинные, до черна загорелые ноги, на которых лежала книга. Она задумчиво курила More, потягивала белое вино и смотрела на море. А Вадик с Мариной, прихватив бокалы и бутылку, сидели на берегу, в нескольких метрах от неё.
Арси присел в кресло, заказал коньяк и некоторое время никак себя не обнаруживал.
Однако повода для скандала Лера не дала.
Южное солнце растопило сердце Марины и всё сложилось так, как Вадик хотел ещё в десятом классе. Интерес у Марины возник внезапно, дня через два после того, как приехали в Крым. Она, наконец, расслабилась, перестала придираться и разглядела Синицина, увидела то, чего упорно не замечала раньше. Глядя на них, Лера добродушно посмеивалась, но и без шпилек не обошлось.
Как-то незаметно и почти мгновенно эти двое превратились в единое целое и уже невозможно было представить, что ещё недавно Марина крутила носом и раз за разом отказывала Синицину во взаимности.
Осушив коньяк, Арси подсел за столик к Лере:
- Привет! - лучезарно улыбнулся он.
Лера чуть было не подавилась, настолько неожиданным было появление любовника.
- Привет! - сказала она и села как подобает сидеть за столом.
- Как ты... Откуда... Короче, Арси! Здорово что ты здесь! - она засмеялась, вскочила и обняла его, целуя губы и бледные щеки.
- Я не один, - признался Арси, когда Лера снова села напротив. - Мы приехали на машине. Шурик, я и Муха.
- А Муха зачем? - недовольно спросила Лера. - Муху было брать обязательно?
- Обязательно, - спокойно ответил Арси.
- Что делать думаете? - не стала углубляться Лера.
Вадик с Мариной остались с Марусей, а Лера с компанией отправилась в путешествие по Крыму.
- Сидеть в Феодосии две недели, не по мне, - заявил Арси. - Каждые два дня новый город, потом отвезём тебя обратно, а сами домой, в Москву, - бесцеремонно распорядился он.
Поездка вышла насыщенной и интересной. Отдыхать с Арси оказалось комфортно не только с финансовой точки зрения, но и потому, что вне работы, человек он был лёгкий, щедрый, заботливый и нежный. За две недели Лера узнала его лучше, чем за все предыдущие месяцы.
Узнала она и то, что Муха была его любовницей, как он выразился "по-дружески".
- Мы спим вместе, если ни у неё, ни у меня, нет ничего серьёзного. Сейчас у меня есть ты. Мухе придётся подвинуться.
Сказать, что Лера удивилась или расстроилась, значит соврать. Что-то подобное она давно уже подозревала.
Немало новых аспектов об отношениях полов узнала Лера, живя с Арси. Ханжой она не была, любопытной, готовой к экспериментам - да. Кроме всего прочего, с Арси она чувствовала себя желанной, а это для Леры было очень важно.
ВИТА:
В январе родилась Алиса. Крошечная Алиса Романовна, с появлением которой жизнь Виты, её к ней отношение, стали неотвратимо меняться.
К родам Вита отекла, груди увеличились настолько, что походили на две огромные дыни-торпеды.
- Скорей бы уже! - говорила Вита утомлённым голосом. - Надоело носить!
Став мамой, Вита мгновенно заважничала, при каждом удобном и неудобном случае многозначительно, немного свысока говорила Лере:
- У меня семья, ты не понимаешь?
Касаться это могло чего угодно, от предложения вместе посмотреть новый фильм, до попытки обсудить книгу, написать письмо в Рудаково, или Феодосию. Мол, что ты с глупостями своими, есть дела поважнее. Алиса росла на удивление спокойным ребёнком, спала ночами, не болела, ела строго по расписанию. Идеальная девочка, но это ничего не меняло, как если бы Вите приходилось разрываться между орущим ребёнком и уставшим мужем, которого нечем кормить, потому как ребёнок не давал вздохнуть.
Не имело значения и то, что помогали свёкры, регулярно приходили три, четыре раза в неделю, гуляли с Алисой, иногда вдвоём, а чаще Дмитрий Сергеевич уходил один, а Тамара Игоревна готовила обед, бывало и с уборкой справлялась, пока Вита безмятежно спала.
- Давай, детка, прими душ, пока мы здесь, - говорила Тамара. - Может быть маску сделаешь? Для лица, для волос? Ночью же все равно встаёшь кормить по два раза, не высыпаешься.
Вита делала маски, умащивала тело маслами, не трогая только грудь, которую мыла обычным детским мылом.
Ей нравилось её новое, налитое тело, она с удовольствием рассматривала в зеркале крутой изгиб бёдер, тонкую талию, тяжёлые груди с потемневшими сосками. Даже многочисленные растяжки её ничуть не огорчали.
Вечером Вита встречала мужа не так чтобы выжатым лимоном, а вполне себе отдохнувшей, вкусно пахнущей и свежей после душа.
Лерина жизнь стала казаться Вите неправильной, неприемлемой, недостойной, не имеющей смысла.
Как будто ценность её, Виты,
многократно возросла, а ценность Леры ровно так же уменьшилась, съёжилась до размеров игольного ушка.
Виделись сестры нечасто. Вита завела новые знакомства, общаться теперь предпочитала с такими же молодыми мамочками как сама. Благо, не нужно искать темы для разговоров, они находились сами, без всякого труда. С ними Вита чувствовала общность, а с Лерой ничего подобного больше не испытывала.
Институт она, не задумываясь, бросила, брать академку или переводиться на вечерний не пожелала:
- Мне это не пригодится. Муж должен зарабатывать, а жена домом заниматься, - с пафосом произнесла она, когда Ирина спросила, что она думает делать, собирается ли продолжить учёбу?
ЛЕРА:
Лера и Арси ездили отдыхать не меньше четырёх раз в год. Чаще всего на Кипр. Посетили Проторас, Ая-Напу, Ларнаку. Обильная, вкусная кухня: октопусы, креветки, мизе - мясное и рыбное, вкуснейшие вина и поездки по острову на открытом джипе. В Москве Лера ездить боялась, но на отдыхе охотно садилась за руль и с удовольствием колесила по ровным дорогам. Арси любил и умел отдыхать, и так уж вышло, что разделил эту любовь с Лерой.
Пока Вита растила дочь, Лера смотрела на мир.
Зимой отправлялись в Швецию или Финляндию, где гуляли по улицам, любуясь рождественскими витринами, а замерзнув, шли в ресторан чтобы отведать стейк из лося или оленины.
Однажды с Кипра полетели в Ливан, в Бейрут, где полька-гид, прожившая в стране больше двадцати лет, показала им самые интересные уголки города, увидеть которые доводится отнюдь не всем туристам.
Лера начала ходить к преподавателю, изучать английский. Два раза в неделю, по полтора часа. Поездки предполагали практику, язык давался легко, благодаря опыту учителя и искренней заинтересованности ученицы.
Сидеть дома Лере было скучно и когда в Москве появились первые школы крупье, Лера отправилась учиться.
Лучшая школа находилась в казино "Кристалл" на Пролетарской. После её окончания, можно было претендовать на работу в любом, самом высококлассном заведении города. О казино ходили и по сей день ходит множество слухов и легенд. На самом же деле это стройная, чёткая, до мелочей продуманная, выверенная система. Ни в коем случае не напёрстки.
Лера посещала казино один-единственный раз, на пароме "Хельсинки-Стокгольм". От визита осталось ощущение нескончаемого праздника и ей резонно подумалось, что работа крупье, или дилера, должна быть лёгкой, интересной и полной впечатлений. Феерия, одним словом.
Однако приехав на Пролетарку, сама толком не понимая, чего ожидать, как проходит учёба и как весь этот блеск выглядит изнутри, первое что Лера услышала, это:
- Предъявите пожалуйста ваш паспорт.
Никакой романтики, суровые реалии.
В то время в казино брали только москвичей и жителей Подмосковья. Это было первое и обязательное условие, но со временем его упразднили, как и другие, утратившие актуальность условия приёма.
Кроме того, у входа стояли двое мужчин, с цепким взглядом, которые разворачивали некоторых соискателей, по принципу "рожей не вышли". На крупье должно быть приятно смотреть - гласило второе условие. Так было в начале, позже внешность уже не играла значимой роли. Народу пришло много, очень много, можно сказать толпа. А ведь отбор в школу шёл постоянно.
Оказавшись вместе с парой десятков человек в небольшом холле, где по стенам крепились узкие столы и стояли высокие стулья, Лера получила математический тест:
- У вас минута! Время пошло! - прозвучала команда.
И присутствующие послушно склонились над своими листками.
"Хм... Как интересно!" - подумала Лера, у которой, как и у многих других, казино и математика пролегали в разных измерениях. В тесте, однако, имелись примеры на сложение и вычитание. Числа "кривые", трех, четырёхзначные.
По результатам теста часть желающих учиться попросили; дескать, не подходите вы нам, считаете плохо.
Оставшимся девушкам предложили показать руки:
- Ногти не должны быть видны с внутренней стороны. У кого длиннее, придётся подпилить. Если не укоротите сами, это сделаем мы и, поверьте, красиво не будет. Итак, завтра ждём вас ровно в девять у входа. Опоздавшие могут ехать домой, оправдания не принимаются.
- Как школа? Какие впечатления? - спросил Арси.
Лера переехала к нему окончательно, лишь изредка бывая на Речном. Всё получилось само собой, без каких бы то ни было обсуждений и специальных предложений. Просто оставаясь всё чаще, Лера как-то посетовала на то, что нет под рукой необходимых вещей.
- Завтра дай Шурику ключи, он съездит, все соберёт, - как нечто само собой разумеющееся предложил Арси.
Он жил на Беляево, у Битцевского парка. От метро далековато, зато Вита обитала совсем рядом, каких-то две остановки и вот они, родные Черёмушки. Не смотря на перемены, происходящие с сестрой, Лера скучала и минимум раз в неделю приезжала к ней.
- Школа... Ты знаешь, очень интересно. Мне хочется попробовать. Завтра поеду рано, надо выспаться, - ответила Лера.
- Ты уверена, что хочешь работать? Я имею в виду не именно в казино, а вообще, в принципе? Тебе это нужно? - уточнил Арси. - Я спрашиваю, потому что ты вполне могла бы сидеть дома, учиться готовить.
- Я хочу попробовать, - твёрдо повторила Лера.
Надежда Ровицкая
.