Помните, я начинала с вами разговариваниями заниматься, когда тоже было белое и холодно? Но только тогда не было никаких Бозь и Тун, и я приходила к Двуногой, садилась на её лапы и мурррчала. А она очень мне радовалась, чесала уши, и никто нам не мешал.
Ужасненько скучаю по тем временам. А во времена эти у нас тут Туна возмурщается. Как увидит, как белое-холодное падает откуда-то сверху, сразу подбегает к гляделам, откуда мы всё, кроме дома нашего видим, и говорит:
— Убери то белое, мне не нравится…
А Двуногая ей отвечает:
— Фортуша, я не могу выключить снег. Нет у меня такой возможности. Понимаю, возмутительно, но к сожалению, я такого не могу.
И чешет её. Туне почему-то жуть как не нравится холодновое время, она все время к моей Двуногой липнет и мурчит ей. И чего-то от неё хочет. А мне ни времени, ни места не хватает. Я только иногда успеваю прийти раньше, чем Туна, но тогда Двуногая часто спит. Так и лежу на её голове. Иногда она просыпается и меня чешет, но чаще нет. Сильно спит. Крепко, у вас говорят?
А Бозя стала какая-то совсем… беспокойная, вот! Я уже совсем взрослая и некоторые сложные двуногие слова знаю, это, например. У меня же Двуногая — писателевая, она сама говорила. Только теперь не совсем моя, но я обещала перестать много ворчать.
Поэтому, про Бозю. Той всё время скучно. Она и меня за хвост ловит, как я её, и Туну сваливает все время, и часто ходит нас и зовёт:
— Ну кошки большие… сестрёнки! Мне скучно! Давайте играть, а? Неужели вам тоже не скучно? Вы мне нужны обе!
Ужасно мне не нравится, что она Туну тоже сестрой зовёт. Она только моя сестра! А не Тунина. Возмуртительное вообще, я после такого играть не пойду! А Туна тоже не ходит. Говорит, устала, не может столько ловить Бозю.
Поэтому на Бозю ворчит Двуногая. Та когда нас не получается поймать, придумывает способы интересное делать. То мои любимые круглые гонятельные штуки уворует — двуногие их резвинками называют. То белое-мягкое утащит. Обычно такими белыми-мягкими Двуногая делает всё чистым и невкусно пахнущим. А Бозя говорит, их грызть вкусно и весело. Я не пробовала, мне как-то не хочется кусать почти что шерсть.
А еще Бозя хочет убрать большую штуковину, с помощью которой Двуногая и Грозный иногда не пускают нас в комнату с лежанкой. Или наоборот, оттуда не выпускают. Она решила, что если от той штуки понемножку откусывать, то рано или поздно мы её уберем. Мы бы может и смогли, но за это Грозный нам морды мокрит! Даже Бозе, хотя она его фамильяр.
И ругается он громко-громко… ворчит! Не страшно, конечно, но ругается. Думаю теперь, как бы их так сильно заснуть, чтобы мы штуку покусали, и он ничего сделать не успел. Бозя просила.
А самой мне скучно и грустно. Туну, наверное, совсем никогда не уберут, да? Она с нами теперь? А так не хочется!
Ладно, пойду я. Двуногая обещала вкусное только мне дать. Надо съесть!
А вы пока помните, что мы в телеграмовых часто бываем. И там еще будет новое-интересное, когда Двуногая страдать перестанет и к теринарам двуноговым ходить: