Что такое шаровая молния? Какое она имеет отношение к НЛО? Что обитает в зимнем лесу? Эти вопросы долго не давали покоя админам Биореактора. А где вопрос — там и ответ. Только вот искать его надо не в «Википедии», а лично посетив эпицентр событий.
Поэтому, дорогие читатели, ловите репорт об очередной экспедиции нашего паблика. Будет, как вы любите — странно, глумно и смешно.
Есть в Крыму характерная достопримечательность под названием Аю-Даг. С татарского она переводится как Медведь-Гора. Старая легенда повествует о мишке, который решил испить воды из Чёрного моря, да так увлёкся, что окаменел и порос лесом. Наряду с Ласточкиным Гнездом гора часто мелькает на открытках и картинках, будучи плотно ассоциирована с лагерем «Артек», летом и Пушкиным.
И всё бы ничего, но Аю-Даг тянет к себе всяких персонажей с повышенной концентрацией мистики в крови. Пожалуй, у каждого туриста есть друг, который знает мужика, чей знакомый точно видел огненные сполохи над Медведь-Горой, наблюдал НЛО и бегал от инопланетян.
Такие люди зовутся контактёрами. Их время ушло вместе с бесславными девяностыми. Сейчас их осталось немного, но каждый из этих реликтовых «мамонтов» — кладезь отборной шизофрении. В нашей истории не будет конкретных имён. Отметим лишь то, что некоторые участники похода каким-то боком относились к группировке «Астропоиск». Кто не знает, именно эта организация ищет круги на полях, Кыштымского карлика и «вселенных людей» с Плеяд.
Разумеется, мы не могли пройти мимо такого мракобесия. Нам на руку сыграл осенне-зимний период. Отдыхающие разъехались, дорога обледенела, и никто не мог помешать грядущему торжеству критического мышления. Бойся, подлый пришелец: работают агенты «Людей в Чёрном»!
Мы взяли палатки, еду и дрова, потому как в крымских лесах некоторая напряжёнка с топливом. В пятилитровой канистре плескалось особое горючее — то самое, под чьим действием человек сбрасывает маску разумного существа и проникается первобытными архетипами.
Поворот на неприметную дорогу — и наш адский рыдван оказался в стороне от цивилизации. Колёса гремели по бетонным плитам. Справа был обрыв, а слева нависали скалы. Вскоре шоссе перешло в грунтовку, а по сторонам нависли обледенелые деревья.
Вечерело. Погода наступила в тот момент, когда стылый воздух с гор врезался в морскую сырость. Вялый снегодождь перешёл в метель. Быть может, -5 по Цельсию — это не мороз, но при влажности в сто процентов он щипает кожу, как все минус тридцать! Трудно представить себе более тяжёлые условия для туризма, но мы никогда не искали простых путей. Кое-как поставив палатки и откушав консервами, наша группа решила ждать прояснения неба. Тогда пришло время для особого горючего. Холод ушёл на второй план. Нас грело сатанинское пламя этанола и твёрдое желание посмотреть на шаровую молнию.
Где-то к полуночи небо, наконец, прояснилось. Откуда-то сверху злобно мерцали звёзды, над морем ползли чёрные облака. Аю-Даг выглядел, как провал в пейзаже, лишь немного подсвеченный огнями Гурзуфа. Признаков шаровых молний или дисколётов не было.
Заниматься в лесу толком нечем. Поэтому инициативная группа в составе автора и двух человек отправилась в деревню. Нас мало волновал тот факт, что ни один магазин не работает в такое время суток.
Идти по заснеженному лесу, подсвечивая дорогу телефоном — особое удовольствие. Где-то через два часа мы поняли, что деревня почему-то не появляется. От физической нагрузки «допинг» потихоньку выветривался, и мороз напомнил о себе крайне сомнительными ощущениями. Тогда мы сделали то, к чему прибегаем лишь в крайних случаях: повернули назад.
Впрочем, категории «назад» и «вперёд» были условными. Ещё три часа наш отряд совершал хаотичные манёвры, пока не вышел к озеру. Его вода была затянута тонким слоем льда, так что форсировать её пешком не удалось бы даже таким отморозкам, как мы. Когда пальцы перестают чувствовать прикосновения, а батарея телефона издыхает на холоде, слово «отморозок» начинает играть совершенно новыми красками. Естественно, холодных оттенков!
В тот момент мы увидели оранжевое пятно, пляшущее между деревьями. Тогда нам казалось, что это костёр, который жгут наши друзья. Ага, во время предрассветной метели! Стоило приблизиться к месту, где расположен источник света, как он моментально пропадал. Но отойди подальше — и пламя вновь начинало мерцать.
Тогда корреспондент Биореактора ощутил неприятный холодок под рёбрами. Что делает благородный исследователь, когда ему страшно? Правильно, начинает кошмарить других.
Прозвучал вполне логичный вопрос: «Вы знаете, как погибла группа Дятлова?». Ответом было пожелание заткнуться. Все знают, что случилось на перевале горы Холат-Чахль, но подробности этого инцидента до сих пор выступают предметами спора.
Выйдя на открытую площадку, автор включил автопоиск машины. Оставалось только внимательно слушать, не пробьётся ли через ветер слабый писк сигнализации. Где-то к началу седьмого часа мы нашли автомобиль, который хотя бы защищал от ледяных порывов и снежной крупы.
С первыми лучами солнца мы вернулись к стоянке по вполне цивильной тропе. Как выяснилось, наш отряд несколько раз проходил мимо своих же палаток, но так и не заметил их.
«А что с огнями?» — спросите вы. Трудно сказать. Уважаемый человек по прозвищу Дурман, оставленный сторожить лагерь, показал очень мутную фотку с камеры. С его слов, он вылез наружу, когда услышал странный звук по типу шороха пакета.
Весь этот бред нужно делить на десять, а лучше — вообще не слушать. Крымский лес абсолютно не похож на тайгу. В нём нет опасных животных, но темнота и метель всегда готовы устроить перевал Дятлова любой неподготовленной группе. Особенно когда люди сами хотят приключений.
Касаемо «шаровой молнии» мы готовы допустить, что она была фарой мотоцикла, фонарём лесника или вообще — наглой провокацией Дурмана, заботливо режиссированной ещё в городе. Не стоит искать мистику там, где её нет и в помине.
Впрочем, этот «перевал Дятлова» был важным событием. Мы поняли благодаря нему, что именно так формируются легенды. Стоит немного приукрасить реальные события и рассказать о них впечатлительному слушателю, как он моментально проникнется таинственной атмосферой. Дальше байка становится мифом, обрастает фэнтезийными подробностями — и вот готовый сюжет для «РЕН-ТВ». Впрочем, Биореактор тем и отличается от других групп, что делает странные вещи, но никогда не отказывается от критического мышления.
Мораль сей басни такова: впечатлительным персонажам с нестабильной психикой совершенно нечего делать в лесах.
Автор: Никита Игнатенко