Но, как говорится: «человек полагает, а Бог располагает». Настя проснулась от телефонного звонка. Михаил уже ушел на работу и трубку было взять некому. Телефон замолчал, но тут же зазвонил вновь.
- Алло,- сонно ответила Настя, ежась от утренней прохлады,- Слушаю вас.
- Настя,- она услышала рыдающий голос матери,- Доченька...- мать продолжала плакать и Настя испугалась.
- Мама, что случилось?- испуганно спросила она,- Бабушке плохо?
- Нет,- Ольга Васильевна с трудом могла говорить,- Леша умер.
- Какой Леша?- не поняла Настя,- Мам, ты можешь сказать яснее.
- Леша... То есть твой папа умер,- Ольга Васильевна снова зарыдала.
- Папа?- Настя едва не выронила телефонную трубку из рук,- Мам, скажи, что ты шутишь. Если это так, то шутка очень глупая.
- Мне сейчас позвонили с его работы,- Ольга Васильевна продолжала всхлипывать,- Он... он...упал прямо на проходной завода, потерял сознание. Сразу вызвали скорую помощь, но было уже поздно. Нет больше моего Лешеньки.
- Я сейчас к тебе приеду,- трубка все же выпала из Настиных рук и из нее послышались короткие гудки.
- Он последнее время на сердце жаловался,- начала говорить Ольга Васильевна, едва Настя, с дочкой на руках переступила порог родительской квартиры,- На работе у него какая то комиссия приехала, придиралась, что мол все не так, да не эдак, вот Леша сильно и переживал, за сердце держался. Я его даже к кардиологу записала, должен был пойти на прием на следующей неделе, да не успел...,- она закрыла лицо руками и заплакала.
- Успокойся,- из комнаты, едва передвигая ноги вышла Мария Григорьевна,- Внучку испугаешь. Настя, отнеси Дашеньку ко мне в комнату, а сама приготовь что-нибудь поесть, нам нужны силы, чтобы выдержать такое горе.
Настя послушно пошла на кухню, за ней следом отправилась и Ольга Васильевна.
- А я на сегодня отгул взяла,- она сел на стул, который стоял возле окна,- Последнее время что-то давление мучает. Думала- посижу один денек дома, отдохну. А оно, вон, как вышло...,- она всхлипнула,- Надо всех друзей и знакомых обзвонить,- она вышла в прихожую и вернулась оттуда с записной книжкой,- Только у меня язык не поворачивается сказать, что Леша..., что Леши...,- она снова зарыдала.
- Мам, надо ведь похороны организовывать,- Настя испуганно посмотрела на мать,- Что делают в этом случае?
- Начальник отца сказал, чтобы мы ни о чем не беспокоились, он все возьмет на себя. Сама знаешь, что твоего отца уважали на работе. Господи, как теперь жить то?- Ольга Васильевна закачала головой,- Что я без моего Лешеньки буду делать, тридцать лет мы прожили с ним душа в душу.
Отправив маму гулять с Дашенькой, Настя стала обзванивать знакомых, в квартиру то и дело заходили какие то люди, коллеги отца, соседи- предлагали помощь. Настя вежливо всех благодарила, принимала соболезнования.
Ночевать она осталась в родительской квартире и лишь ночью, лежа на диване, она вдруг вспомнила, что не предупредила мужа о том, что не придет этой ночью домой . Она набрала номер домашнего телефона и долго слушала длинные гудки. Наконец в трубке раздался сонный голос Михаила.
- Алло,- недовольно ответил тот,- Кому неймется на ночь глядя?
- Миша, это я, Настя,- она была уверена, что муж волнуется за нее и дочку, а он, оказывается спокойно спал,- Я сегодня буду ночевать у родителей,- она немного помолчала,- Папа умер и я сейчас должна быть рядом с мамой.
- Ну должна и должна,- пробурчал Михаил,- Меня то зачем будить? Мне, между прочем, утром на работу,- в трубке послышались короткие гудки.
- Миша, наверно, не понял, что я ему сказала,- подумала Настя, но перезванивать ему больше не стала.
Похороны отца для нее прошли как в тумане. Настя, как могла поддерживала мать, которая казалось совсем обезумела от горя. На кладбище Настя заметила Михаила, но подходить к нему не стала, да и он стоял где то в стороне, наблюдая за всем происходящим с равнодушным видом.
На следующий день, после похорон, Настя вернулась домой, оставив Дашеньку на мать и бабушку. В квартире она застала такой бардак, словно в ней никто и никогда не убирался. На полу валялись окурки, раковина была полна грязной посуды, а в холодильнике не было абсолютно никаких продуктов, кроме засохшего кусочка сыра. Вздохнув, Настя принялась за уборку и уже к вечеру в квартире стало чисто и уютно. Оставалось только сходить в магазин и приготовить что нибудь из еды, но на это у Насти уже не оставалось сил. Она прилегла на диван и незаметно для себя уснула.
Проснулась она от шума в прихожей, это Михаил громко хлопнул входной дверью, закрывая ее за собой.
- Явилась?- нахмурившись он посмотрел на жену и прямо в ботинках прошел на кухню.
- Миш, но я только что полы...- Настя осеклась, увидев взгляд мужа.
Тот достал из пакета и поставил на стол бутылку водки, затем вытащил какую то консерву, плавленный сырок, хлеб и немного колбасы.
- Садись, помянем твоего отца,- он жестом указал жене на стул,- Хороший был мужик, жалко, что мало прожил,- Михаил разлил водку по рюмкам и залпом опрокинул содержимое себе в рот, занюхав кусочком хлеба.
Настя к водке не прикоснулась, лишь укоризненно посмотрела на мужа, который сразу же снова наполнил свою рюмку.
- Ну, земля пухом,- он снова выпил,- Мать то твоя как? Переживает небось?
- Конечно, переживает,- тяжело вздохнула Настя,- Папа для всех нас был опорой.
- А моя мамка не переживала когда батька умер,- беспечно махнул рукой Михаил,- Она даже обрадовалась. Говорила, что теперь хоть спокойно жить начнет. Да... много ей доставалось от мужа, поколачивал он ее.
- А ты чего же не вступался за мать?- удивилась Настя,- Сын всегда должен маму защищать.
- Я ни в чьи семейные разборки не лезу,- усмехнулся Михаил,- Мужик со своей бабой должен сам разбираться. Если бьет — значит заслужила. Зазря мужик никогда руку поднимать не будет.
- И чем это твоя мать заслужила от мужа такое к себе отношение?-опешила Настя.
- А не надо было ей отцу мозг клевать. Пришел мужик пьяный- посиди с ним, поговори или спать уложи. А не скандал устраивать и говорить, что он всю жизнь ей испортил. Вот будет трезвым, тогда и высказывай свои претензии. А пьяный мужик- дурной, ему и убить- ничего не стоит. Так то!- он поднял вверх указательный палец,- Этому в ваших институтах не учат. А надо бы!
- Ну да, больше там учить нечему,- усмехнулась Настя,- Кстати, ты мне когда то обещал, что и сам в институт поступать будешь. Не передумал?
- А мне теперь некогда учиться,- Михаил откусил кусок колбасы и стал жевать,- Я ведь один мужик в вашей семье остался, без меня вы совсем пропадете. Ты давай, сына мне рожай, а то мне в вашем бабьем царстве одному как то не по себе.
- Ты бы для начала пить бросил,- назидательно ответила Настя,- А потом уже о дальнейшем потомстве будем думать.
- А ну цыть,- Михаил ударил кулаком по столу,- Нечего мне указывать, что делать. Твое дело думать, как бы мужа повкуснее накормить, да ублажить его, а глобальные вопросы буду решать я один. На том простом основании, что я мужчина.
- Тогда давай ремонт в ванной сделаем?- предложила Настя,- Унитаз надо заменить, да и плитка на полу вся потрескалась.
- Тебе надо ты и делай,- Михаил развалился на стуле,- А меня все устраивает.
- Вот и поговорили,- вздохнула Настя, посмотрев на опустевшую бутылку,- Давай спать ложиться, а то мне утром надо Дашеньку забирать, да и тебе рано на работу вставать.
Михаил давно уже спал, а Настя лежала с открытыми глазами, вспоминая отца. Он был очень мягким и добрым человеком по отношению к ней. Никогда не ругал , даже когда Настенька иногда шалила и всегда защищал перед матерью, когда та пыталась воспитывать дочку. «Оленька, ну это ребенок»,-говорил он жене,- «Вспомни себя, в детстве ты тоже баловалась и капризничала. Сама же рассказывала, что родители терпели твои шалости и никогда не наказывали». И Ольга Васильевна смягчалась.
А еще папа всегда что то мастерил, чинил. В кладовке у него стоял ящик с инструментами, а гвоздики и шурупчики были разложены по коробочкам. Насте нравилось, когда папа просил подать ему тот или иной инструмент. Она потом хвалилась маме, что «они с папой вместе повесили полочку в ванной» и гордилась собой, когда папа добавлял: «Без Настеньки я бы никогда не справился.»
Именно папа научил Настю читать. Он придумал такую хитрость, начинал читать интересную сказку, но никогда не дочитывал ее до конца, а Насте так хотелось узнать, чем же она закончилась. Поэтому она начала учить буквы, слоги, а потом складывать все в слова. И теперь уже она читала папе сказки, а он внимательно слушал, словно ему было очень интересно.
А еще Настя вспомнила, как впервые огорчила отца, когда еще училась в школе. Как то она с подружками пошла в кино, фильм был двухсерийный, про любовь и после просмотра им очень захотелось прогуляться, чтобы обсудить фильм. Часов ни у кого не оказалось, а спросить время у прохожих, никто не догадался.
Когда Настя подходила к дому, то увидела человеческую фигуру, которая сгорбившись сидела на скамейке. Подойдя поближе, она узнала в этой фигуре отца. Увидев дочку живой и здоровой у Алексея Геннадьевича задрожали губы и он не мог произнести ни слова, а потом обнял дочку и крепко прижал ее к себе. Зато Насте досталось от мамы, которая стала ругаться на дочь, говоря, что та «доведет их с отцом до инфаркта своими выходками». Отец по прежнему молчал, но Настя до конца жизни не забудет его глаза, полные страха, отчаяния и безмерной любви к своей дочери.
По Настиным щекам непроизвольно потекли слезы и она зарыдала, уткнувшись в подушку.
- Папочка, миленький,- шептала она,- Я очень редко говорила, что люблю тебя. Я сейчас готова кричать о своей любви к тебе во весь голос, только ты этого уже никогда не услышишь.