Автор Филипп Фиссен
Прогибание иноагента под изменчивый мир фиксирует обозреватель «Абзаца» Филипп Фиссен.
Израильский пенсионер, бывший советский эстрадник, участник ВИА «Машина времени» придумал такую пиар-стратегию раскручивания своего альбома. Сборник гнусавого блеяния и неких «молитв на иврите» объявлен автором запрещённым для скачивания на территории России и Белоруссии.
Чего же боится иноагент Макаревич, ограничивая ознакомление с новым опусом? Конечно, разоблачения.
Расфасовывает он свои аккорды и малопонятное камлание с истинно национальной рачительностью. «Бережёт силы и дрова», противореча себе же 40-летней давности.
Он уехал из России по понятным причинам. Здесь свобода высказывания теперь принадлежит всему обществу, а не маленькой группе запрограммированных манипуляторов.
Талантливый конъюнктурщик, сын премиального московского монументалиста. Миф о «бунтаре» Макаревиче – не более чем продукт брежневской пропаганды.
Свою славу он стяжал отнюдь не в подполье. В далёком 1979-м песни «Машины времени» и родственного ей «Воскресения» уже крутили по радио «Москва», вещающему на 70 языках по всей планете.
Наши люди знают, где искать карьерную лестницу. Для нынешнего израильского пенсионера социальным лифтом была женитьба на дочери влиятельного политического обозревателя Игоря Фесуненко.
Киссинджеру приписывают анекдот про принципы еврейского сватовства. В нём мало юмора, это серьёзный ветхозаветный циркуляр. И брак Макаревича, вынесший его на кремлёвскую сцену и в «Голубой огонёк» – лучшее тому подтверждение.
Фантастическая карьера Макаревича в СССР создала ему долгий шлейф узнаваемости и даже почтения в России постсоветской. И вот она пришла к карикатурному финалу – «свидетели ОВИРа» стали последними слушателями всесоюзной когда-то звезды.
Свои 40 лет успеха Макаревич теперь считает 40 годами блуждания по пустыне. И только сейчас он дошёл до ручки дверцы, ведущей в «настоящий мир».
Характерно, что переезд Макаревича туда, где никогда не жили его предки, кроме легендарных, и истовое поклонение сионизму в самых его воинственных проявлениях тоже связаны с очередной женитьбой. Новая жена – новая жизнь. Супруга Макаревича, киевлянка Калинина, уже сменила родовое имя на Кляйн.
Молитвы на иврите, которыми Макаревич заманивает к скачиванию своего нового альбома легковерных, – тоже мимикрия. Как и тогда, в период гэбэшного проекта его фальшивого диссидентства.
Безусловно, такой демонстративный человек, чья жизнь смолоду была показной, мог обратиться в любую религиозную конфессию. Но ивритоязычество Макаревича – это просто возвращение в круг деляг из тумана забвения. Вечный агент, привыкший служить «актуальным» богам, в этой игре мастер. Менять кожу под изменчивый мир Макаревич умеет.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
*Признан иноагентом в РФ.