Я сейчас перечитываю некоторые произведения с тематикой "конца света", потому что пишу о чем-то подобном (пишу и сама удивляюсь). Решила перечитать К.Воннегута, роман "Колыбель для кошки", хотя, в отличие от романа Х.Мураками (о котором писала недавно) знаменитая антиутопия об иллюзиях и крахе цивилизации не вызывает у меня полного приятия и глубинного отклика. Помню, как случайно увидела у родственницы этот роман с аккуратными закладками, на прикроватной тумбочке. Спросила себя, стала бы я делать закладки в этой книге? И ответила, нет, вряд ли. Сейчас отвечу то же самое, но все-таки с некоторой паузой, в юности мое мировоззрение было более цельным, а ответов на вопросы было гораздо больше, как это ни странно. Но роман необычайно остро-актуален именно сейчас, когда мир буквально на грани краха, благодаря чудовищному цинизму политиков, спутанных липкой паутиной (котоую мы никогда не увидим) в один сверток со сверхприбылью гигантских корпораций и комплексов (в основном, на данный момент, военно-промышленных).
Сюжет романа крайне прост, некий американский писатель (он же повествователь) по имени Джон (в самом начале романа он предлагает называть себя Иона) задумал создать книгу о реакции американцев на трагедию Хиросимы, книгу про день, когда были сброшены первые ядерные бомбы. В его сознании этот день символизировал окончательную победу мятущегося человеческого разума, поставленного на службу политикам, над жизнью как таковой.
В процессе сбора материалов писатель опрашивает всех знакомых "отца ядерной бомбы" нелюдимого Феликса Хониккера и пишет письма его детям. Из всех троих весьма своеобразных детей (словно несущих печать странности отца) откликается младший, крошка Ньют Хониккер (юноша имеет очень низкий рост). Ньют делится воспоминаниями об отце, который не интересовался ничем, кроме науки, и был крутым социофобом, почти лишенным эмпатии и нормальных человеческих чувств. Описание момента, когда отец в раннем детстве внезапно "очнулся" и обратил на Ньюта внимание, показав маленькому сыну "колыбель для кошки", нитку намотанную на пальцы определенным образом, на мой взгляд, заключает основной горький смысл романа. Человечество постоянно обманывают, показывая ему как несмышленому ребенку "кошкину колыбель", какие-то искусственные конструкции политики, идеологий (мировые религии все-таки трогать не буду,это немного иное), маркетинговые ловушки всех видов и размеров... Крик души повзрослевшего Ньюта, ставшего художником: – "Не удивительно, что ребята растут психами. Ведь такая «кошкина колыбель» – просто переплетенные иксы на чьих-то руках. А малыши смотрят, смотрят, смотрят…
– Ну и что?
– И никакой, к черту, кошки, никакой, к черту, колыбельки нет!"-- вполне отражает нормальное недоумение от абсурдистского мира, где легко можно создавать пустые идеологические конструкции.
Переплетение повествования с цитатами отца "новой религии" Лайонела Джосона-Боконона создают немыслимую атмосферу черного юмора и какой-то апокалиптической безнадежности. Каждый стишок и цитату можно с удовольствием повторять как удачный афоризм, они, действительно острые и неожиданно глубокие. И прекрасно ложатся в сюжетную канву, где переплетено все -- роковое открытие великого ученого, уединенный остров, где неудачно производилась попытка построения отдельно взятого нового мира и счастливого общества, соединение диктатуры и религии, странные люди и еще более странные взаимодействия этих людей.
Незатейливая религия Боконона, которую дружно стали исповедовать абсолютно все жители острова Сан-Лоренцо (начиная от неграмотных туземцев и заканчивая местный диктатором "папой" Монзано) начинается с очень отрезвляющих и неожиданных для любой религии (проповедующей всегда истинное знание) слов:
«Все истины, которые я хочу вам изложить, — гнусная ложь».
Это, собственно, закладывает весь смысловой пафос романа, говорящего нам -- нет на свете абсолютных истин, мы живем в мире привычных иллюзий, нет колыбельки и нет кошки! Зато есть судьбоносные встречи людей, которые таинственным образом связаны друг с другом (религии и политические идеологии к этому не относятся), и эта связь буквальным образом меняет мир вокруг.
"Мы, боконисты, веруем в то, что человечество разбито на группы, которые выполняют божью волю, не ведая, что творят. Боконон называет такую группу карасс – и в мой личный карасс меня привел мой так называемый канкан , – и этим канканом была моя книга, та недописанная книга, которую я хотел назвать День, когда настал конец света ."
Стишки и мысли Боконона, на первый взгляд, такие забавные, по сути, неплохая альтернатива привычным духовным практикам:
И пьянчужки в парке,
Лорды и кухарки,
Джефферсоновский шофер
И китайский зубодер,
Дети, женщины, мужчины –
Винтики одной машины.
Все живем мы на Земле,
Варимся в одном котле.
Хорошо, хорошо,
Это очень хорошо.
Жизнь людей, свзянных между собой судьбой, это и есть настоящий смысл, которого нет в хаотичном рисунке нитей, это и есть настоящая "кошкина колыбелька". Запутанная, живая и непредсказуемая жизнь. Жизнь, которую нельзя уничтожать. Неподдающаяся логическому анализу. Возможна, еще одна метафора -- жизнь, которая "поймана" в сети, колыбелька -- это капкан разума для живого существа. Только вот, нити есть, а кошки нет...
Почему повествователь называет себя Ионой? Он сам объясняет это тем, что его: "всегда куда-то заносило". Мне кажется, не только поэтому. Будто библейский пророк, томившийся три дня во чреве китовом, а потом выбравшийся на сушу, чтобы обличить грешных ниневитян, Джон-Иона переосмысливает свою жизнь и жизнь всего сущего. Видит мир совсем другими глазами. Он неоднократно напоминает, что задумал книгу, будучи христианином, а теперь он боконист. Весь мир, на примере одного затерянного в океане островка, где все лживо, начиная от отношения к народу-туземцам, заканчивая прекрасными девушками (Мона Эймонс Монзано, которая казалась Джону идеалом, оказывается практически обманкой), видится теперь Джону одной гигантской фантасмагорией, ложью, нарисованными декорациями. Реальна только жизнь, море, солнце, альбатросы (которых на острове поедают в виде деликатеса) ,а именно она под угрозой.
"В какой момент мы прошли точку невозврата и не только можем, но и хотим уничтожить себя и свою планету?" -- спрашивает он.
Страшное изобретение профессора Хониккера "лед-девять" (вещество превращающее любую жидкость в лед), которое разделили между собой его дети (и уже успели использовать ради достижения своих целей) вырывается наружу. Мировой океан и все воды Земли замерзают. Не остается ни растений, ни животных. Только их замороженные туши, которыми могут некоторое время питаться оставшиеся в живых. Небеса темнеют, и в них носятся жуткие червеобразные фиолетовые вихри. Это картина трупа. Трупа Земли, которая погублена безудержной жаждой познания, не отягощенной никакими этическими нормами.
Крошка Ньют в письме к Джону-Ионе рассказал о реакции Феликса Хониккера на взрыв ядерной бомбы: "Когда эта штука взорвалась, когда стало ясно, что Америка может смести целый город одной-единственной бомбой, некий ученый, обратившись к отцу, сказал: «Теперь наука познала грех» И знаете, что сказал отец? Он сказал: «Что такое грех?»"
Джон не написал свою книгу, ответов на мучившие его вопросы не оказалось. Вернее, ответом стал Конец света. Встреченный им на вершине самой высокой горы острова Боконон завершил свою книгу такими словами:
"Будь я помоложе, я написал бы историю человеческой глупости, взобрался бы на гору Маккэйб и лег на спину, подложив под голову эту рукопись. И я взял бы с земли сине-белую отраву, превращающую людей в статуи. И я стал бы статуей, и лежал бы на спине, жутко скаля зубы и показывая длинный нос – САМИ ЗНАЕТЕ КОМУ!"
Мы смотрим на небо и видим непонятную и гигантскую сеть звезд, линии возможных соединений переплетаются, как те самые белые линии на черном холсте крошки Ньюта. Где колыбель? Где кошка? Огромное, склонившееся над нами, лицо Вселенной безмолвно.
Друзья, пишите свои мысли, ставьте лайки. Буду благодарна, это очень поможет продвижению канала!