Над небольшим деревенским домишкой, что один-одинёшенек стоял на краю деревни, и подпирал границу Кряжистого леса, клубами валил дым из трубы, и тянулся по ночному небу, почти лишённому звёзд.
Окна того дома изнутри подсвечивал свет свечей, и если бы кто-то вдруг решился пройти мимо, то непременно бы заметил, что в комнате за столом сидят двое: молодая темноволосая девица, двадцати лет отроду, да отец её, которого все в деревне величают Всеволодом.
В комнате было настолько тихо, что они сразу услышали громкий смех девиц и молодцев, что доносился с тёмной и холодной улицы. Когда вся эта шумная толпа, гогоча и улюлюкая, подошла к очередному деревенскому дому, с намерением поколядовать, раздался заливистый собачий лай, затем зазвучала коляда, а вскоре весёлые голоса и звонкий смех стали постепенно смолкать. Спустя некоторое время за окном вновь воцарилась морозная тишина, нарушаемая лишь шелестом ледяного ветра, да шуршанием присыпанных снегом деревьев.
Всеволод удручённо выдохнул, откладывая ложку в сторону. К их дому не подошли. Снова. И так каждый год. Он бросил грустный взгляд на дочь, что сидела с ним рядом. Вроде всё в его Лесе было ладно: и иссиня-чёрная коса до пояса, и тёмные, широко распахнутые глаза, и носик, вздёрнутый кверху, но как-то сторонились её деревенские парни и девицы. Да и сама Леся не больно-то уж стремилась водить с ними дружбу. Стал тревожиться за дочь Всеволод.
"Так и замуж её никто не возьмёт! - удручался он, разглядывая исподлобья Лесю. - Будет в девках всю жизнь ходить! А мне и помирать боязно, пока дочку в надёжные руки не пристроил! Ох, беда!"
-Ты снова не пошла колядовать, - произнёс Всеволод, когда закончил вечерять.
-Не пошла, - ничуть не смутившись, отозвалась Леся своим красивым напевным голосом.
-Отчего же?
-Оттого, что не хочу.
-Ты ведь молодая ещё, Лесенька! Негоже тебе со мной, стариком, сидеть в такой праздник! - напутствовал её отец, но Леся лишь усмехнулась. - Ты хоть в посиделочную избу сходила бы! Там же вся молодёжь соберется. Может, и жениха себе сыщешь!
-Отец, - Леся подняла на него взгляд тёмных, почти чёрных глаз, а Всеволоду на миг почудилось, что это на него смотрит её покойница-мать. - Не хочу я туда идти. Ты ведь знаешь, что деревенские обо мне судачат...
-Оттого они и судачат, что ты не ходишь никуда! - возразил Всеволод, и закашлял. Уже неделю эта простуда, будь она неладна, не давала ему житья, а кашель прямо-таки душил. Особенно тяжко приходилось по ночам.
-Мы уже говорили об этом, и не стоит снова начинать пустой разговор. Не к добру это, - отмахнувшись, Леся поднялась со своего места, и проследовала к большой печи, занимавшей один из углов комнаты.
Там она взяла небольшой котелок с полки, и налила из него пахучий отвар, и по дому потянуло пряным запахом чабреца. Вернувшись, Леся поставила глиняную чашку перед отцом на стол, со словами:
-Выпей, это поможет тебе.
Всеволод не стал перечить дочери, и осушил содержимое чашки одним махом.
-А ты меня всё же послушай, - никак не унимался Всеволод, и Леся шумно выдохнула, опускаясь на место. - Не серчай, дочка, но в посиделочную избу всё же сходи. Вреда ведь никому не будет от этого. Не вечно же тебе со мной здесь сидеть. Да и я уже не так молод...
Поняла Леся, что не сладить ей в этот раз с отцом, и чуть заметно кивнула.
-Хорошо, схожу.
-Вот и славно! - улыбнулся Всеволод, чем вызвал негодование дочери.
-Далась тебе эта посиделочная изба? - удивилась она, блеснув чёрными глазами, в оправе длинных изогнутых ресниц. - Вон замóк у нас совсем износился. В кузницу надо бы сходить, да новый замок попросить у кузнеца!
-Так праздники же нынче... - растерялся Всеволод. - Кто ж в такое время работает?
-А кузнец работает, - тихо произнесла Леся, бросив на окно быстрый взгляд. - Слышу я каждый день, как он куёт своё железо.
Она зябко повела хрупкими плечами, хотя в комнате было жарко натоплено.
-Ну, раз такое дело, то схожу я, дочка, - пообещал Всеволод, и зашёлся в очередном приступе кашля. - Схожу, ты не серчай только!
-Да куда ты пойдёшь? - напустилась она на отца. - Сама завтра схожу, а ты лучше полезай на полати. Поздно уже.
-И то верно, - отозвался Всеволод, и побрёл в сторону печи.
Как только отец устроился, Леся задула свечи, но сама ещё долго не отходила от стола. Она всё глядела на тёмное небо сквозь замёрзшее окно, изукрашенное морозом, и слушала надрывный кашель отца.
"Завтра после заутрени пойду в кузницу", - подумала она, прежде чем лечь спать, а сама задрожала от этой мысли.
Продолжение следует...
Дорогие друзья! Рассказ "Тихая вьялица" выложен в рамках конкурса Сказочный кошмар, который проходит сейчас на Литнете. Продолжить чтение можно пройдя по этой ссылке: https://litnet.com/ru/contests/skazochnyi-koshmar-c120
