Найти в Дзене
Бумажный Слон

Тот, кто живёт под кроватью, и другие

Фаня обошел дом три раза. Тяжелая металлическая дверь с кодовым замком надёжно охраняла вход в подъезд. Можно было попробовать спуститься на балкон с крыши, и Фаня уже собрался обойти дом в четвёртый раз в поисках пожарной лестницы, как вдруг из ветвей дерева, стоящего напротив нужного Фане балкона, выпрыгнул черно-белый кот, резво прошел по доске, которая одним концом упиралась в ствол дерева, а другим лежала на перилах балкона напротив и спрыгнул внутрь. — Эврика, — ударил себя по лбу Фаня и полез на дерево. Поминая неласковыми словами деда, который направил его в эту квартиру, Фаня добрался до доски, ведущей на балкон. Доска зависла на высоте пяти метров над землёй и начала слегка раскачиваться, как только Фаня на неё ступил. Пришлось опуститься на четвереньки и таким бесславным образом проползти по доске и спрыгнуть на балкон. В нижней части балконной двери оказалась дверка для кота. Как только Фаня просунул голову в кошачью дверку, как тут же получил лапой по лбу. — Куда лезешь? —

Фаня обошел дом три раза. Тяжелая металлическая дверь с кодовым замком надёжно охраняла вход в подъезд. Можно было попробовать спуститься на балкон с крыши, и Фаня уже собрался обойти дом в четвёртый раз в поисках пожарной лестницы, как вдруг из ветвей дерева, стоящего напротив нужного Фане балкона, выпрыгнул черно-белый кот, резво прошел по доске, которая одним концом упиралась в ствол дерева, а другим лежала на перилах балкона напротив и спрыгнул внутрь.

— Эврика, — ударил себя по лбу Фаня и полез на дерево.

Поминая неласковыми словами деда, который направил его в эту квартиру, Фаня добрался до доски, ведущей на балкон. Доска зависла на высоте пяти метров над землёй и начала слегка раскачиваться, как только Фаня на неё ступил. Пришлось опуститься на четвереньки и таким бесславным образом проползти по доске и спрыгнуть на балкон. В нижней части балконной двери оказалась дверка для кота. Как только Фаня просунул голову в кошачью дверку, как тут же получил лапой по лбу.

— Куда лезешь? — спросил тот самый чёрно-белый кот, за которым последовал Фаня.

Фаня выпучил глаза и уставился в наглую пушистую морду.

— Мне это, — промямлил он, — мне очень надо.

— Занято тут, — прошипел кот. — Поищи себе другое место. На первый этаж иди. У них нет никого.

Фаня хотел что-нибудь ответить, но не смог: его нижняя челюсть отвисла и осталась в этом положении.

Тем временем наглый кот вылез из комнаты и начал оттеснять Фаню от дверки. Уперевшись спиной в перила балкона, Фаня наконец-то обрёл дар речи.

— Извините, — сказал он. — Я не могу на первый этаж. Дед сказал сюда. Я, знаете ли, на практике. Делаю, что сказали.

— Это какой дед? Геннадий Петрович? — кот несколько подобрел. — Как он там? Его никто не обижает?

Фаня снова онемел. О чем речь? Обидеть деда? Самого декана факультета оберегов и прикладной магии? Хотелось бы взглянуть на этого смельчака.

— Ладно, — сказал кот и прикрыл глаза. Казалось, он окончательно оттаял. — Пошли. Меня, кстати Пуфик зовут.

Пуфик нырнул в кошачью дверку. Дверка за ним захлопнулась, затем снова открылась. Из неё высунулась щекастая морда Пуфика.

— Заходи. Что стал, как вкопанный. Как тебя там?

— Афанасий я. Афанасий Петрович, — всё ещё несмело сказал Фаня и осторожно шагнул в кошачью дверцу.

— Ишь ты: Афанасий.

— Можно Фаня.

— Жить будешь там, — кот указал на кровать. — Пошли, покажу.

***

Кровать стояла на металлических ножках так высоко от пола, что под неё можно было пройти не сгибаясь. Надо было лишь отодвинуть свисавшее до пола тяжелое вязаное покрывало. Под кроватью было просторно и вполне уютно.

— Как тебе жилище? — раздался над головой голос Пуфика одновременно с мелодичным металлическим постукиванием.

Фаня посмотрел вверх. Над его головой слегка покачивалась металлическая сетка.

«Это что за конструкция такая?» — думал Фаня, выбираясь из-под кровати. И хотя он отошёл на середину комнаты, ему всё-равно пришлось задрать голову, чтобы рассмотреть этого ископаемого монстра, называемого кроватью.

Кровать была высокая с узорчатыми металлическими ограждениями у ног и изголовья. Блестящие никелевые завитки были увенчаны резными блестящими шишечками. Словно этого металлического великолепия было недостаточно, на кровати возвышалась гора белоснежных подушек под кружевными накидками. Посередине кровати сидел Пуфик. Его Фаня сразу не разглядел: кот утопал в пуховой перине, видны были только его глаза и уши.

— Что нравится? — спросил Пуфик. — Не видел такого?

— Видел, — соврал Фаня, припоминая картинки из учебника «Домашняя утварь».

— Эта кровать Катерине Семёновне от бабушки досталась. Нет тебе сюда нельзя, — предупредил Пуфик попытку Фани вскарабкаться по покрывалу на перину. — Потом, может, когда-нибудь. Пошли на кухню! Там должно быть молоко и печенье для нас.

Пуфик спрыгнул с кровати и направился к выходу из комнаты. Фаня, вдруг осознав насколько он голоден, поспешил вслед за котом.

***

Фане снилось, что он летает.

Когда, поднявшись над верхушками деревьев, он вольготно планировал над крышами домов, громкие возгласы, крики и топот сбили его с размеренного ритма полёта, и он кубарем покатился вниз, задевая крыши и деревья, пока не ткнулся носом в жёсткую половицу. В то же мгновение под кровать залетел Пуфик и с разбегу ткнулся носом в щеку Фани. Тут Фаня полностью проснулся.

Пуфик открыл рот, чтобы что-то сказать, затем неуверенно зарычал, шерсть на его загривке встала дыбом и Пуфик, пятясь, забился в самый тёмный и пыльный угол под кроватью за Фаниной спиной.

Свисающее до пола покрывало отодвинулось и под кровать просунулось лицо с круглыми розовыми щеками и ярко-рыжими веснушками на носу.

— Сенечка! Мой руки и иди кушать, — раздался голос Катерины Семёновны.

— Иди, Сенька, иди. Может, растолстеешь так, что под кровать не пролезешь, — прошипел Пуфик.

Рыжий Сенечка тем временем протиснулся под кровать до половины, протянул руку в угол, откуда доносилось кошачье шипение, и наткнулся взглядом на Фаню.

— Ого! — восхищенно выдохнул он и схватил Фаню за воротник куртки.

— Отпусти! — закричал Фаня. — Ты ошибся. Тебе нужен кот. Кот там. Ты меня вообще не видишь.

— Ещё как видит. Это же Сенька! — Пуфик в углу злорадно заржал и скорчил рожу.

— Сенечка! Суп остынет. Ты что там делаешь? — голос Катерины Семёновны раздался совсем рядом.

— Сидеть тут! Пуф, присмотри за ним, — скомандовал Сеня, отпустил Фаню и, пятясь, вылез из-под кровати.

Быстро пообедав, Сеня вернулся, залез под кровать и за воротник выволок упиравшегося Фаню, мимоходом получив нагоняй от Катерины Семёновны за то, что испачкал футболку.

После чего Сеня убедился, что Катерина Семёновна Фаню не видит и начал доставать её вопросами: существуют ли домовые, как они выглядят, что они едят, что надевают. На каждый её ответ Сеня громко смеялся, подмигивал Пуфику, тискал Фаню. Фаня несколько раз сбегал и забивался в тёмные углы, но Сеня каждый раз находил его и вытаскивал обратно и даже пообещал завернуть его в детское одеяло, как резинового пупса, если он не перестанет сбегать.

К вечеру Фаня устал так, что уже не реагировал на Сенины выходки. Зато Пуфик был доволен: Сеня о нём забыл к глубокому удивлению Катерины Семёновны. В довершение Сеня уговорил Катерину Семёновну разрешить ему спать на кровати с периной. Но вместо того, чтобы заснуть, он часа два скакал, отчего металлическая сетка дребезжала, а из перины при каждом скачке на пол опускалось облачко пыли. Фаня сидел в своём углу, зажав уши и плакал. Наконец, кровать перестала сотрясаться. Фаня немного подождал, затем достал из кармана тонкую палочку и начал писать прямо на слое пыли у своих ног.

Пуфик просочился под кровать, уселся напротив Фани и сказал:

— Спит. Деду пишешь? Привет от меня передай.

«Здравствуй, дедушка! К Катерине Семёновне приехал внук Сеня — опасный бандит. Ещё один день с ним я не переживу. Дорогой дедушка, забери меня отсюда».

Фаня поставил точку, посмотрел на написанное. Пыль пришла в движение и тонкой серебряной струйкой утекла в щель в оконной раме.

***

Когда, поднявшись над кронами деревьев, Фаня вольготно планировал над городом, что-то попало ему в нос. Фаня громко чихнул, затем ещё и ещё раз. От чиха Пуфик заворочался, затем открыл глаза, подскочил к Фане и лапой зажал ему нос.

Теперь проснулся и Фаня, замотал головой, недоуменно уставился на Пуфика. Всё ещё зажимая Фане нос, Пуфик шепотом сказал:

— Смотри, что ты наделал.

Серебристая струйка пыли медленно опускалась на пол перед Фаней. Когда пыль улеглась, на ней проступила надпись: «оставайся на месте. Действуй по плану. Желаю удачи. Любящий тебя дед».

— Выходит, я случайно вдохнул и проглотил начало письма, — расстроился Фаня. — Что же там было написано?

— Что было, то сплыло, — сказал Пуфик. — Остаётся только гадать.

И они начали гадать.

— Думаю, он написал, что Сеньку надо хорошенько проучить, — сказал Пуфик. — Да что там думать, я деда твоего знаю. Он бы Сеньку так прессанул, что бежал бы он отсюда без оглядки.

Фаня не был уверен, что дед предлагал жесткие меры по избавлению от Сени, но ему самому очень хотелось проучить противного мальчишку. Поэтому он сказал больше обращаясь к себе, чем к коту:

— Что же дед советовал сделать?

Пуфик встопорщил усы и заговорил:

— Тут всё просто. Для начала воды ему в тапки налить, затем кнопку на стул подложить. Где взять? Да вон в том углу целых две лежат. Затем соли в сырники насыпать — пусть жуёт. Потом устроим короткое замыкание, чтобы его лэптоп не работал, и ведём его на улицу. Там надо подстроить так, чтобы он ввязался в драку с соседскими мальчишками и они бы его хорошенько отлупили — нос разбили, футболку порвали. И Катерина Семёновна сама его домой к мамочке отправит от греха подальше.

— Погоди, погоди, — перебил его Фаня. — На улицу я не пойду. Мне нельзя дом покидать. Тем более днем.

— Что струсил? Тогда сиди дома. Жди пока Сенька тебя прикончит. А я пошёл, пока он не проснулся.

Пуфик развернулся и, помахивая пушистым хвостом, направился из-под кровати.

— Ты куда? А я? — запаниковал Фаня.

Пуфик не обернулся. Он уже полностью был в комнате, под кроватью оставался только его хвост.

— Пуфик, вернись. Я правда не могу на улицу. У меня на солнце аллергия.

Пушистый хвост перестал двигаться, затем резко рванул вперёд и исчез из поля зрения Фани. Вскоре перед Фаней появилась пушистая кошачья морда.

— Вылазь, — скомандовал Пуфик.

Фаня вылез из-под кровати и зажмурился. Солнце сияло так, что от яркого света не спасали даже задёрнутые шторы. Проходя мимо Сенькиных тапок, Фаня поморщился: от тапок резко и неприятно пахло.

— А что? — не оборачиваясь сказал Пуф. — Ноги плохо моет, вот и воняет.

Из-под носка правого тапка по полу расползалась тонкая лужица.

— Иди сюда! Быстрее, пока не проснулся, — подгонял Фаню Пуфик.

«Что он ещё затеял», — подумал Фаня и ту же увидел большого мохнатого паука, неподвижно распластавшегося на прикроватном коврике.

— Бери паука и сади Сеньке на нос! — скомандовал Пуфик.

— Почему я?

Паук пошевелился.

— Всё приходится самому делать, — пробурчал Пуф.

Аккуратно прихватив паука губами, он запрыгнул на кровать. Сеня не пошевелился. Пуф наклонился, чтобы посадить паука ему на нос.

В это мгновение в комнату заглянула Катерина Семёновна:

— Сенечка, вставай! Завтрак готов.

Кот кубарем скатился с кровати, паук с Сениной щеки.

— Что за запах? — Катерина Семёновна вошла в комнату. — Семён вставай.

Она принялась раздвигать шторы и открывать окна.

Кот и Фаня шмыгнули под кровать.

Сеня удивительно бодро соскочил с кровати и босиком помчался в ванную.

— Бери кнопку и идём на кухню, пока там никого нет, — скомандовал Пуфик.

— Может, не надо, — промямлил Фаня.

— Надо, Фаня, надо, — Пуф подтолкнул лапой одну из кнопок.

Затея с кнопкой, которую Фаня всё-таки подложил на стул, тоже не удалась. Прибежав из ванной на кухню, Сеня схватил подушку со стоящего тут же у окна дивана и, не глядя, бухнул её на стул.

— Так помягче будет, — сказал он, хотя объяснений от него никто не требовал.

Вдобавок ко всему Катерина Семёновна отругала Пуфика и даже хотела отхлестать его мокрой тапкой, но Пуфик вовремя скрылся под диваном.

Пока Пуфик прятался под диваном, Фаня из-за холодильника наблюдал за тем, как Сеня за обе щеки уплетает сырники, насыпать соли в которые они так и не успели.

Следующим по плану было короткое замыкание. Пока Фаня и Пуфик решали, как бы половчее воткнуть шпильку в розетку, Катерина Семёновна высунулась в открытое окно и закричала:

— Вовочка, Дима, идите юда.

Кроме Вовочки и Димы под окно подошли ещё двое ребят.

— Ко мне внук приехал, — объявила она. — Поиграйте-ка в мяч все вместе. Только со двора ни ногой! Иди, Сеня, познакомься с мальчиками. В мяч поиграй.

Сеня, уставясь в экран лэптопа, продолжал давить на кнопки джойстика. В это время в коридоре раздался громкий хлопок, экран лэптопа погас. Сеня взвыл и ударил кулаком по столу, Катерина Сёменовна пощелкала выключателем и накинулась на Сеню:

— Вот полюбуйся на свою работу: устроил короткое замыкание, теперь электрика вызывать.

— Я тут при чем? — возмутился Сеня. — Я сам пострадал, у меня прогресс не сохранен!

— Марш во двор пострадавший и до обеда домой ни ногой. Дома тебе теперь делать нечего. А я буду электрика ждать.

Катерина Семёновна схитрила и про вызов электрика придумала: она сама прекрасно знала, как справляться с коротким замыканием.

Сеня хмуро взглянул на бабушку, сунул телефон в карман и поплёлся к двери.

— Телефон дома оставь, пока не разбил.

— Вот позвоню маме, пусть забирает меня отсюда. Зачем мне такие каникулы? — бормотал Сеня, медленно продвигаясь к двери.

Кот и домовёнок переглянулись, подмигнули друг другу, мол «ай да Катерина Семёновна, ай да молодец. Уже полдела сделала. Осталось чуть-чуть дожать, и Сенька сам отсюда сбежит».

Вслед за Сеней Фаня и Пуфик выскользнули на лестничную площадку и спустились во двор. От яркого солнечного света Фаня крепко зажмурился и залез под лавочку, стоящую у подъезда. Лавочка немного защищала от солнца. Вслед за Фаней под лавочку залез Пуфик.

— Ты чего? — спросил он. — Так и будешь тут сидеть? Надо Сеньку с мальчишками поссорить. Пусть они его поколотят.

— Что-то мне плохо, — сказал Фаня, — жарко и голова кружится.

— Не выдумывай, — разозлился Пуфик, — думай давай, как Сеньку подставить.

И они стали думать.

***

Пока Пуфик с Фаней под лавкой составляли план, как бы понадёжнее рассорить Сеню с соседскими мальчиками, сам Сеня играл в футбол и, похоже, даже находил в этом удовольствие. Мальчики тоже ничего против Сени не имели и, после двух удачных передач, окончательно приняли его в свою компанию.

Сеня носился за мячом, отбивал пасы, а после того, как с его подачи мяч оказался в воротах, он вообще почувствовал себя центровым игроком. Мальчики с криками бросились обниматься и запрыгивать друг другу на спины, совсем, как настоящие футболисты.

— Будешь и дальше в холодке отсиживаться? Так Сенька никогда не уедет. Смотри, как ему нравится в футбол играть. Про телефон и комп забыл уже напрочь, — проворчал Пуфик. — Сиди, сиди под лавкой. Стемнеет, он тебе Варфоломеевскую ночь устроит.

Фаня поёжился:

— Так что же ты предлагаешь?

— Иди на поле, перехвати у Сеньки мяч, забей в его ворота.

— А если они меня поймают и побьют? Иди лучше ты.

— Меня они точно побьют, а ты для них невидимый. Тебя они даже не заметят.

— Но Сенька-то меня видит! Помешаю, точно Варфоломеевскую ночь устроит.

— Пусть видит. Тебе-то что? Главное, чтобы его мальчишки так отколотили, чтобы он о тебе и не вспомнил. Иди, — Пуфик хлопнул Фаню по спине.

Фаня вылез из-под лавки, с опаской подошел к футбольному полю. Мальчишки носились, как сумасшедшие, мяч летал от одного конца поля к другому.

Фаня поёжился и выставил ногу на поле. Один из мальчиков споткнулся и упал, мяч остановился рядом с ним.

Фаня осмелел, подскочил к мячу, пнул его ногой. Мяч покатился в сторону, за ним бросились Сеня и мальчик из другой команды. Фаня, забыв об осторожности, тоже погнался за мячом, выбил его прямо из-под ног Сени, изо всех сил вцепился руками в мяч и понёс его к противоположным воротам. Мальчики уставились на мяч, который неожиданно сменил траекторию движения. И тут Сеня увидел того, кто управлял мячом. На мгновение он потерял дар речи, а когда снова его обрёл, закричал:

— Ты что творишь? Куда лезешь? Жить надоело? Уйди отсюда.

Игроки обеих команд переглянулись. Вовчик подбежал к Сене.

— Ты в порядке? — участливо спросил он.

Воспользовавшись коротким замешательством, игрок противников Димон, подбежал к мячу и занёс ногу для удара.

Сеня кинулся к нему.

— Нет! — заорал он. — Не бей по мячу.

Нога Димона опустилась, мяч взвился в воздух вместе с висящим на нём Фаней, и полетел в окружающие поле заросли лопуха.

— Стой! — закричал Сеня и бросился за мячом.

Игроки переглянулись и побежали за Сеней.

— Ты чего? — крикнул Димон. — Перегрелся?

— Пацаны, перерыв, — скомандовал Виталик.

Сеня нырнул в заросли бурьяна. Мяч лежал под листьями лопуха. Фаня сидел рядом.

— Ты в порядке? Фаня! — Сеня опустился на корточки и попытался протиснуться между толстых стеблей лопуха.

— Мяч нашел? — вслед за Сеней в заросли протиснулся Димон. — Давай его сюда.

Фаня воспользовался тем, что мальчики шумно обсуждали происшествие с мячом и внезапное кратковременное умопомешательство Сени, и добрался до лавочки, на которой с невозмутимым видом лежал Пуфик.

— Молодец, — сказал Пуфик, — а говорил, не сможешь. Почти получилось. Ты почти поссорил Сеньку с мальчишками. Слышь, как орут на него?

Мальчики в самом деле обвиняли Сеню в том, что он своими дурацкими криками испугал Димона, и тот выбил мяч с поля. Сеня обиженно утверждал, что он тут ни при чем.

Фаня повернул голову в сторону футболистов. Пуфик глянул на него и рассмеялся:

— Ну и видок у тебя! Ты там все репяхи собрал или что-то осталось?

В это время баба Оля, которая как раз мыла лестницу, вышла на крыльцо и выплеснула грязную воду из ведра прямо под лавку на невидимого ей Фаню. Поток воды окатил Фаню. Фаня беспомощно взмахнул руками и упал в образовавшуюся лужу.

Пуфик подпрыгнул, зашипел и сиганул с лавки под ноги бабе Оле.

— Брысь, — баба Оля замахнулась на кота мокрой тряпкой и скрылась в подъезде.

Пуфик бросился к Фане, упершись передними лапами и лбом ему в бок, перевернул с живота на спину, затем запрыгнул Фане на грудь.

— Дыши давай, — приговаривал Пуфик, отбивая дробь лапами по груди Фани. — Не вздумай тут загнуться. Что я Геннадию Петровичу скажу?

Изо рта Фани вырвалась струйка воды. Он открыл глаза.

— Наконец-то! — обрадовался Пуфик. — Как это тебя угораздило? Весь в репяхах, локти-колени в ссадинах, мокрый, грязный. Надо бы тебя в порядок привести. Идти можешь?

Фаня попробовал сесть, но поскользнулся и снова свалился в лужу.

— Мороки с тобой, — проворчал Пуфик, — залазь мне на спину. Понесу тебя. Да, осторожней. Бр-р-р, всю шерсть вымазал.

Пройдя пролёт лестницы между первым и вторым этажами, Пуфик услышал, как Катерина Семёновна кричит в открытое окно:

— Сенечка, иди домой!

И приглушенный расстоянием голос Сени:

— Не сейчас, ба! У нас матч-реванш.

— Слышь, как разошелся? Даже домой не хочет идти. Ничего, мы ещё что-нибудь придумает. Выпровадим его отсюда, — прошипел Пуфик.

Фаня не ответил. Думать и выпроваживать ему не хотелось.

Дверь распахнулась, когда Пуфик оказался перед ней. Катерина Семёновна в соломенной шляпке, солнцезащитных очках, с гобеленовой сумкой в руках вышла на лестничную площадку. Пуфик прошмыгнул в дверь и скрылся за тумбой с обувью.

— Молодец, что пришел. Я в магазин. Сенечка пусть ещё с мальчиками погуляет, — сказала Катерина Семёновна и захлопнула дверь.

***

Катерина Семёновна вернулась домой часа через три вместе с Сеней. Отправила Сеню в ванную, а сама пошла на кухню разогревать поздний обед. К этому времени Фаня с помощью Пуфика привёл себя в порядок, они даже выстирали его одежду.

Сбросив кроссовки, Сеня забежал в спальню, под аккомпанемент голоса Катерины Семёновны.

— Сенечка, в ванную и кушать!

Сеня лёг на пол и засунул голову под кровать.

— Эй, ты как? Вылазь! — Сеня сунулся в угол к Фане.

Тут же появился Пуфик. Стал между Фаней и Сеней и зашипел.

— Ты чего? — Сеня посунулся назад. Затем спохватился, вытянул руку, дотронулся до Фани.

Пуфик снова зашипел, выгнул спину дугой. Шерсть у него на загривке и вдоль хребта стала дыбом.

— Ой, — сказал Сеня и отдёрнул руку, — у тебя температура. Ты заболел? Сейчас я принесу тебе молока.

Сеня помчался на кухню, откуда Катерина Семёновна отправила его в ванную, а затем усадила за стол обедать: пришлось быстро глотать суп и жевать котлету. Минут через сорок он вернулся в спальню со стаканом молока и блинчиком на блюдце.

Катерина Семёновна не унималась:

— Сенечка, иди сюда! Книжку почитаем!

— Ба, можно я полежу? Что-то я устал.

— Набегался. Нельзя же так с непривычки. Давай кровать разложу, — Катерина Семёновна зашла в спальню.

— Это что ещё такое? — недовольно спросила она, взглянув на тумбочку.

— Молоко, — ответил Сеня. — Мне мама всегда на ночь молоко даёт.

— Выпей на кухне и ложись.

— Ну, ба…

— Ладно, сегодня только. С блинчиком поаккуратней, подушки не измажь.

Катерина Семёновна поцеловала Сеню и вышла из комнаты.

Сеня с трудом уговорил Фаню вылезти из-под кровати. Полтора десятка репяхов, которые Пуфик не смог вытащить зубами, пришлось ножницами вырезать из густой Фаниной шевелюры.

Молоко Фаня выпил, а от блинчика отказался. Его разделили между собой Сеня и Пуфик.

Сене было жаль Фаню — локти и колени ободраны, волосы выстрижены пучками, а ещё Фаня постоянно сморкался и шмыгал носом.

— Да что же это такое? — сокрушался Сеня. — Насморк откуда? Как можно было простудится в такую жару?

— Это не простуда? Это аллергия. У меня аллергия на солнечный свет, — объяснил Фаня.

— Так что же ты на улицу днём поперся?

— Хотел тебя с мальчишками поссорить. Чтобы ты убрался отсюда поскорее и нас не доставал, — влез в разговор Пуфик.

Фаня отвернулся. Ему почему-то было стыдно.

Сене тоже стало стыдно. Зачем он мучил Фаню? Просто хотел познакомиться с ним поближе. Ведь не каждый день видишь такое чудо, редко у кого в квартире живёт домовой. Даже не домовой, а домовёнок, чудо-мальчик из хрупкого волшебного мира. Вот он какой маленький и беззащитный, как котёнок. А он, Сеня, его за воротник тягал, пугал, спать не давал. Вот дурак-то.

— Прости меня, Фаня. И ты, Пуфик, прости. Я не хотел вас обидеть. Я не подумал.

— Думать надо, — сказал Пуфик.

Фаня ничего не сказал. Он спал, его дыхание стало намного легче — тёплое молоко сделало своё дело.

Пуфик посмотрел на спящего Фаню, лизнул в знак примирения Сеню, свернулся клубочком и заснул рядом с ними.

***

На рассвете Фаня проснулся. Он чувствовал себя совершенно здоровым. Выбрался из-под одеяла, спрыгнул на пол и отправился под кровать. Как только он добрался до своего угла первый солнечный луч пробился в щелку между шторами. По лучу, как по горке, на пол спустилась струйка золотистой пыли и аккуратными буквами трансформировалась в послание от деда: «Надеюсь, задание подружиться с Семёном было не трудным, и ты его выполнил. Задание на сегодня…».

Пуфик влез под кровать и хвостом смёл окончание послания.

— Пуф, ты что натворил? Там было задание от дедушки на сегодня.

— Всё нормально. Не боись, — потянулся Пуфик, при этом передними лапами перечеркнув и начало послания, — прорвёмся. Что-нибудь придумаем.

— Может, не будем ничего придумывать сегодня? — с опаской спросил Фаня. — Вчера у нас не очень получилось.

— Будем, обязательно будем. Вот только подождём, когда Сеня проснётся. Втроём лучше думается, чем вдвоём.

Автор: Crazybug

Источник: https://litclubbs.ru/articles/50814-tot-kto-zhivyot-pod-krovatyu-i-drugie.html

Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!

Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.

Читайте также: