Под Сенной, где жив трёхдулый эМ -
из Садовой, Спасской и наследной,
на проходе алчный мальчик-Мем
замер в позе горестливо-бедной.
Он не просит милости никак,
не скулит для фраерни ушастой -
он сидит... Он подаёт ей знак
к бескорыстью жалости лохастой.
На рюкзак пристроив тощий зад
и склонившись куколем в ходули,
он взывает к людям невпопад
скоморошьей дерзости - А х..ли...,
потому что верует в серьёз,
в силу чувств и в равнодушье божье,
в безотказность выверенных поз,
в медный дождь на тихое подножье...
Мальчик-фейк, сегодня в моде фрик -
разверни колодец до улитки,
и - наверх, на свет - учись, старик,
обувать прохожего до нитки.
Милый лжец мой, бедный мой нахал,
пионэр фантазии телесной -
Будь готов - сегодня театрал
крайне скуп к аскезе бессловесной...
Под Сенной, где жив трёхдулый эМ -
из Садовой, Спасской и наследной,
на проходе алчный мальчик-Мем
замер в позе горестливо-бедной.
Он не просит милости никак,
не скулит для фраерни ушастой -
он сидит... Он подаёт ей знак
к бескорыстью жалости лохастой.
На рюкзак пристроив тощий зад
и склонившись куколем в ходули,
он взывает к людям невпопад
скоморошьей дерзости - А х..ли...,
потому что верует в серьёз,
в силу чувств и в равнодушье божье,
в безотказность выверенных поз,
в медный дождь на тихое подножье...
Мальчик-фейк, сегодня в моде фрик -
разверни колодец до улитки,
и - наверх, на свет - учись, старик,
обувать прохожего до нитки.
Милый лжец мой, бедный мой нахал,
пионэр фантазии телесной -
Будь готов - сегодня театрал
крайне скуп к аскезе бессловесной...