Давно у нас не было красивой белой зимы. Так давно, что я даже не помню, была ли она когда-то…
Разве что лет десять назад. Но это не точно. Так как вместе со снегом я помню сильные морозы. И тут уместнее написать, что вместо снега только они и остались в памяти. Но это не то!
Когда настоящей новогодней погодой является бесконечно идущий снег – то медленно танцующий в свете фонарей, то неукротимо рвущийся куда-то вдоль улицы, вдаль – сложно обращать внимание на зимы, скованные льдом и холодом, не менее сложно, чем помнить зимы, растворяющиеся в пелене дождя и сгустках тумана, рваными клочьями оседающего на шпилях башен.
Снег декабрьской ночью сродни свету. Возвышающиеся вдоль дорог сугробы – верные спутники сознания, погружённого в мечты. Идёшь вдоль них, небрежно касаясь пальцами хрупких стен сказочного замка, и чувствуешь, что попал в мир, полный чудес и ожиданий.
Не исключено, что очищающий наш тротуар каждую ночь незнакомый трактор, - из той, другой, параллельной реальности, в которой грубые лопаты и тяжёлый физический труд заменены на воздушные фантазии, создаваемые легко ложащимися на бумагу словами, словно морозными узорами на стёкла наших детских домов.
Дай мне волю – и все зимы были бы такими волшебными: с утопающими в снегу городами и совсем уж заметёнными хуторами, между которыми всё сплошь вьюги и метели - насквозь пронизанное снежинками пространство, в котором нет привычных путей, и дорогу каждый раз нужно прокладывать заново, особенно, если тебе никуда не надо идти.
Сотканный снегом мир не нуждается в логике, и будучи в Риге вы легко можете ощутить это на себе, когда по выписанному автовладельцу «билету метели» члены его семьи, мало того, что должны отказаться от комфортного в непогоду средства передвижения, так ещё и платить за проезд в общественном транспорте, который может встать в ближайшем сугробе.
Реальность – тяготит, но кто сказал, что с ней необходимо мириться, когда всё вокруг проникнуто волшебством, а за ближайшим поворотом тебя ждёт сказка, в которой нет места разочарованию от снежного месива под ногами, поскольку в иллюзорных рождественских мирах пройдёт ещё миллион лет прежде, чем изобретут снегоуборочные машины, легко теряемые и в нашем, насквозь пропахшем сигаретами мире (интересно, почему на морозе начинают больше курить?), за первым же встреченным тобою сугробом – творением рук человеческих.
Когда-то снег принимали как данность и с радостью шли по нему, скрипящему на морозе, твёрдо зная, что он – та же земля, что не даёт тебе упасть посреди холодной пустыни, в которой день – обступивший тебя космос, а ночь – бесконечная степь света выроненных Вселенной звёзд. К ним, мерцающим серебром и отдающим эхом чёрных дыр, только и применять – что песок – вёдрами и камни – лопатами, ноя, что недостаточно ещё привычных почв на расползающейся по швам реальности, подозрительно напоминающей Матрицу, вкривь и вкось изменённую приближающейся сменой Времени.
Материал оказался полезным? Ставьте лайк. Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые статьи.