Британская колония Гонконг состояла из трех частей: острова Гонконг, переданного Китаем навечно по результатам Первой опиумной войны в 1842-м году; полуострова Коулун, также переданного навечно по результатам Второй опиумной войны в 1860-м году; «новых территорий», переданных в аренду на 99 лет в 1898-м году.
По состоянию на 1997-й год, когда вся колония была официально возвращена Поднебесной, Гонконг и Коулун представляли из себя высоко урбанизированные городские районы, где проживала меньшая часть местного населения. Но это был важный экономический центр.
Напротив, «новые территории» занимали 86 % площади этого британского владения. Там проживало около 52 % гонконгцев и находились морские порты, склады и прочая важная инфраструктура города, включая телефонные линии, электростанции, водопровод и канализацию. В свое время многие из них были построены без учета реальных границ, и у китайцев были все юридические основания, дабы легально «перекрыть крантик».
В случае возвращения «новых территорий» Гонконг как самостоятельная и самоуправляемая единица никак бы не смог существовать в течение длительного периода времени. И, опять же, возникал вопрос, как распорядиться более чем с половиной местных жителей, которые привыкли к благополучному британскому правлению и никак не желали становиться гражданами КНР. Эвакуировать их на оставшийся остров и полуостров не представлялось возможным, ведь Гонконг и без того крайне перенаселен. А в результате вывоза их в метрополию могли возникнуть новые сложности.
К тому же, даже если решить эти проблемы, то никак нельзя было избавиться от перманентной угрозы, что Китай в определенный момент заблокирует всякие коммуникации и Гонконг придется снабжать только по морю. Ну либо, поступит с Гонконгом, как Индия поступила с Гоа: здесь находилась португальская колония на протяжении нескольких столетий, но в 1961-м году индийцы ввели войска и заняли ее безо всякого сопротивления. Португалия в дальнейшем согласилась с совершившимся фактом.
И вероятность, что Китай пойдет именно по этому пути, была явно ненулевая. КНР никогда не соглашалась с утратой своих территорий на основании неравноправных договоров, подписанных в результате того, что в просторечии называлось «дипломатией канонерок». К тому времени у Поднебесной появились собственные корабли в большем количестве и большего размера, и Британской империи от этого было не по себе.
Ее политическая гегемония давно стала достоянием истории. Королевский флот более не являлся властелином морей и, если бы британцы не вернули Гонконг, Китай бы рано или поздно сам его забрал силовым путем. Вместо того, чтобы быть униженными на весь мир, англичане нашли способ уйти с достоинством и сохранить лицо. Быть всемирной империей у них уже просто не хватало денег.
Поэтому задолго до истечения срока аренды Маргарет Тэтчер лично посетила Китай и стала пробивать вопрос о возможности возвращения всего Гонконга, а не только «новых территорий». Взамен она выторговала для гонконгцев определенные политические права.
Было согласовано, что гонконгская система управления и экономика сохранят автономию, как минимум, на протяжении 50-ти лет после передачи. Это привело к провозглашению политики «одна страна – две системы», которая до сих пор проводится правительством Китая.
КНР легко согласилась с таким решением, поскольку не желала рисковать разрушением инфраструктуры Гонконга в результате возможных военных действий, а главное, не хотела, чтобы город утратил статус крупного морского порта.
Поэтому Дэн Сяопин дал британцам возможность уйти культурно и гарантировал гонконгцам самоуправление. Хотя, конечно, если бы он пришел к необходимости действовать жестко, проблема все равно была бы решена. В конце 20-го века англичане уже не могли вести войну на другой стороне планеты с одной из крупнейших мировых держав.